В редакции «Советского спорта» побывали бывшие игроки российских клубов бразильцы Робсон и Самарони и их московский друг Гильерме, выступивший в роли переводчика. Робсон и Самарони уже завершили карьеру футболистов и пробуют себя в агентской деятельности. Как признались приятели, их сентябрьская поездка в Россию вышла спонтанной. Помимо профессионального интереса она вызвана и давней грустью по русским друзьям.

Самарони и Робсон по-прежнему узнаваемы, правда, как отметили журналисты, в габаритах заметно раздались. Эта тема для бразильцев открыта, можно пошутить и цифрами поделиться.

Самарони: – Уже шесть лет не тренируюсь активно, не играю. Каждый год прибавлял по три кило. Итого – плюс 18.

Робсон: – Я легче перенес окончание карьеры, плюс 10 килограммов. Еще, как видите, очки теперь ношу.

– Чем занимались после окончания карьеры?

Самарони: – Последний раз я выходил на поле в футболке «Терека» в 2003-м. Досадую только, что забыл соперника и дату встречи – ведь матч был прощальным! После уехал в Бразилию, работал консультантом в разных клубах, а затем освоил агентское дело.

Робсон: – Я бы мог играть и по сей день, но неожиданно заболела дочь. Я бросил все и сосредоточился на семейных делах. Был без работы до тех пор, пока знакомые агенты ФИФА не предложили помогать им.

– У вас спросили на российском пограничном пункте о цели приезда?

Робсон: – Нет. Ясно же, что по делу. Хотим вести дела на российском рынке. Все последние дни ездили с Самарони по клубам, знакомились с руководителями, обсуждали перспективы сотрудничества. Мы давно мечтали о такой поездке, и не только по профессиональной надобности. Сколько лет здесь прожили, сколько друзей появилось.

Самарони: – Можно сказать, Россия – наша вторая родина!

– Спустя несколько лет вы вместе возвратились в Москву. Что вас больше всего поразило?

Робсон: – Состав «Спартака». Ни одного знакомого игрока. Из клубных работников почти никого не осталось. Разве что начальник команды и водитель автобуса. С водителем, Матвеичем, тепло пообщались. Он мне рассказал, кто куда ушел и что базу в Тарасовке основательно перестроили. И такие изменения за каких-то восемь лет!

Самарони: – Меня всегда поражали темпы реконструкции и строительства в Москве. Я не узнаю этот город.

– После матча «Спартак» – «Томь» Луиса Робсона видели в компании полузащитника «Ростова» Александра Павленко. И оба заразительно смеялись…

Робсон: – Мы смеялись, потому что я ударился в воспоминания о Саше. Каким маленьким и наивным мальчиком он был, когда попал в «Спартак». А сейчас – такой мужчина!

– Олег Романцев признался, что с бывшими подопечными его теперь связывает дружба. Не возникло желания увидеться?

Робсон: – Знаю, что Романцев консультирует тренеров «Спартака». Я бы мечтал о встрече с Иванычем, но в поездку собирались спешно и не смогли разумно спланировать время. В следующий раз увидимся.

Самарони: – Я в замешательстве. С Романцевым ни разу в жизни не общался, хотя провел в «Спартаке» целый сезон. Только во время упражнения «квадрат» Романцев становился близок к нам, игрокам. В сорок с лишним лет он играл в футбол, как молодой.

Робсон: – А мне Романцев дал очень многое не только как тренер, но и как человек. Мы не раз с ним сидели на базе, говорили об игре, о моей роли в команде. Романцев сделал все, чтобы я почувствовал себя своим в «Спартаке». Не стану скрывать: я приехал в Россию футболистом посредственным. Но благодаря тренеру и умнейшим партнерам – таким, как Цымбаларь, Титов, Аленичев, – стал совершенно по-другому мыслить на поле.

Связанные материалы: