«Победили те, у кого стальные нервы». Германия выиграла у России еще один матч – в смешанной зоне

В смешанной зоне, такое впечатление, высадились посланцы XXII века. Немецкая машина показала нам всем класс, не только обыграв Россию на поле, но и выиграв с куда более крупным счетом мирное сражение в смешанной зоне.

А начиналось все со смешинок. В смешанной зоне после матча первым появляется Йоахим Лев – немец идет на пресс-конференцию. Не найдя надписи, указывающей на то, где находится конференц-зал, Лев вынырнул на улицу и несколько минут блуждал около автобусов, не зная, куда податься. Слава богу, бундестренера таки нашли и отвели обратно в помещение.

Наши выходят всей гурьбой. На выставленные диктофоны внимания не обращают. Отказываются говорить все, кроме Зырянова, Семшова, Аршавина и Кержакова.

– Немцы грамотно оборонялись, очень грамотно. Особенно это было видно в первом тайме, – сказал на камеру Аршавин. – Они не дали нам сыграть в быстрый футбол. А когда реализовали свой шанс, закрылись еще больше. Во втором тайме мы имели моменты, но не смогли их реализовать. Итог на табло.

– Грустный у вас вид, Константин, – сочувствуем полузащитнику сборной.

– Думаю, что мы проиграли незаслуженно. Ведь у нас были неплохие моменты – могли и выиграть. Не могу сказать, что мы играли хуже Германии. После того, как счет стал 0:1, немцам много было не надо. Поэтому казалось, что сборная России играет в футбол. Если б счет был 0:0, немцы выглядели бы иначе.

– Но именно сборная России первой начала создавать моменты…

– …Но не реализовывать их. Забили бы первыми – совсем другой футбол был бы.

– Вы видели момент с падением Быстрова в концовке? Не кажется, что это был чистый пенальти?

– Я в тот момент был в центре поля, так что эпизод толком не разглядел. Говорите, чистый пенальти? Тогда все вопросы – судье.

– Почему так осторожно начали матч?

– Как вы видели, немцы начали играть строго. Даже очень строго. А когда забили, стали действовать еще строже. Если учесть, что впереди у нас играл Кержаков, смысла в длинных передачах не было. Пытались разыгрывать мяч низом, но свободные зоны находили с трудом. Как только у нас впереди вышли ребята повыше, начали больше подавать в штрафную, и давления на ворота немцев стало больше.

– Германия превосходит нас в воздухе. Почему же тогда ни один угловой не был разыгран низом? Почему все время подачи?

– Мы не отрабатывали розыгрыши угловых низом.

– Какой была установка Хиддинка? Как вы должны были взламывать оборону немцев?

– Слова Хиддинка пусть останутся внутри команды.

– Но матч-то уже сыгран.

– Нам еще с Азербайджаном играть. А потом стыковые…

– Вас не закрепостило такое количество зрителей?

– Нет. Наоборот, мне показалось, что в этот раз было немножко хуже, чем когда мы играли с англичанами.

– Почему?

– Наверное, они ждали от нас какой-то феерии. И когда мы проиграли, мне показалось, что большинство болельщиков даже не поаплодировали нам. И это грустно…

— Вас не удивило, что болельщики начали уходить с трибун уже минут за 10–15?

– Нет. Просто, когда есть опасения, что тебя долго не будут выпускать после игры со стадиона и придется стоять на холоде, многие логично предпочитают уйти пораньше. Так что нет обид. Хотя поддержка могла быть и погорячее. Имею в виду то, что наши болельщики реагируют шумно на события в начале игры, а затем – в ситуации, когда есть опасные моменты.

— В чем мы уступили немцам?

– В качестве последнего паса и реализации голевых моментов. Забей не немцы, а мы, соперник бы непременно дрогнул.

– Вы могли забить гол, и ситуация была похожа на ту, в которой вы реализовали момент в матче с Аргентиной?

– Все решают нюансы. С Аргентиной был не такой острый угол, как теперь. В субботу мне пришлось бить только в ближний угол – в дальний удар просто не проходил. Увы, Адлер сыграл здорово, честно говоря, так и не понял, как он умудрился отбить мяч.

– Баллака били поочередно. Вы, Жирков, Аршавин. Он вам по-русски что-то обидное сказал?

– Нет. Я очень удивлен трактовкой арбитром отдельных эпизодов матча. Такое впечатление, что Баллака трогать было нельзя.

– Трудно не упасть, когда ты неожиданно получаешь в челюсть, как в эпизоде с ударом Аршавина.

– Еще «труднее» арбитру было назначить пенальти, когда тот же Баллак уложил Аршавина на газон. А ситуация с падением Быстрова вообще за гранью. Чистейший пенальти – наш игрок пробросил мяч на ход и получил по ногам. Бузакка стоял в двух метрах и ничего не заметил. Очень странные решения.

– Впереди стыковые матчи. Кого бы не хотелось в соперники?

– Мне все равно. Все понимают, что шансов на ошибку у нас нет.

Немцы говорили много. Практически каждый футболист хоть два слова, но сказал прессе. Самым неразговорчивым, на удивление, оказался автор победного мяча Мирослав Клозе. На его лице не было эмоций: Клозе – настоящий флегматик. Мирослав набурчал несколько дежурных слов в диктофоны немецких журналистов (о том, что за собственными достижениями он не следит, ему важно лишь, что победила команда), пожелал сборной России удачи в стыковых матчах и был таков.

– Немцы всегда такие разговорчивые? – спрашиваем мы у менеджера бундестим Оливера Бирхоффа.

– Ну, не всегда. Но сегодня мы же победили! Что в этом удивительного? – улыбается Оливер.

Проясняем ситуацию у одного из пресс-атташе сборной Германии. Их, кстати, несколько: один для аккредитаций, другой – для пишущей прессы, третий – для радио, четвертый – для телевидения. Вдумайтесь – четверо! Нам подвернулся Ульрих Фогт, тот пресс-атташе, который отвечает за контакты с телевидением.

– Это они такие добрые только потому, что выиграли, – рассказывает Фогт. – Когда они проигрывают, поверьте мне, настроение у них совсем не разговорчивое. После неудач дай бог, чтоб кто-нибудь один под дулом пистолета согласился поговорить в смешанной зоне. Приходится настаивать. В итоге парочку человек все же отправляем на «расстрел» к прессе. Но, слава богу, проигрывают они очень редко!..

Капитан немцев Михаэль Баллак был особенно весел, поэтому попросили его сказать пару слов на русском.

– Ноу, ноу! – на английском отказывает Михаэль. Но про матч говорит с удовольствием: – Мы победили, потому что у нас стальные нервы. Мы никогда не сомневались в том, что сильнее русских. Нам здорово помогло, что забили первыми. Это сломало соперника. В концовке мы даже не заметили, что у нас на одного футболиста меньше.

– Что вы сказали Андрею Аршавину, когда сцепились с ним в концовке?

– Да мы не сцепились. Игровой момент. Просто поспорили из-за эпизода. То, что он из «Арсенала», а я из «Челси», здесь точно ни при чем. Мы не враги. Я думаю, что Аршавин – настоящий лидер своей команды и наверняка станет настоящей звездой в ЮАР, если Россия туда попадет.

– Мы выиграли, потому что переиграли русских в тактическом плане, – говорит Бастиан Швайнштайгер. – Мне эта игра понравилась больше, чем наша предыдущая встреча в Дортмунде. Русские сегодня выглядели намного сильнее, чем год назад. Они умеют создавать моменты. Только с реализацией у них проблемы.

– Пригодились ли вам тренировки на искусственном газоне в Майнце?

– Ну конечно, к синтетике надо привыкнуть, поэтому здорово, что наш тренер нашел в Германии похожее поле. Но вообще мне искусственный газон не мешал. Трава здесь низкая, мяч катится быстро. Для атакующих игроков – это самое то!

Защитник Пер Мертезакер считает, что тема искусственного газона была слишком раздута:

– Было много разговоров о синтетике до игры, но в принципе она не сыграла важной роли. Да, надо было играть не в той обуви, в которой я привык. И отскок мяча немного отличается. Но нам за несколько тренировок удалось приноровиться к этому покрытию. И в матче я лично не испытывал дискомфорта.

Вратарь бундестим Рене Адлер – серьезный молодой человек. Он ни разу не изменился в лице за время интервью, как ни разу не дрогнул он и во время матча.

– Для меня это была самая эмоциональная игра в карьере. Считаю, что я провел классный матч. Горжусь, что ни в одном из голевых моментов не потерял самообладания. Но русские доставили бы мне намного больше проблем, если бы не наши защитники. Так что скажу им спасибо! – говорит новый первый номер бундестим.

– С трибуны показалось, что в ваши ворота могли поставить два чистых пенальти.

– Не знаю, не знаю. Со своей позиции я не увидел никаких фолов в штрафной. Надо посмотреть видеозапись...

– Россия сумеет пробиться на чемпионат мира через стыковые матчи?

– У вас есть отличные игроки – Аршавин, Жирков, Зырянов. Думаю, если сыграете так же, как против нас, проблем у вас не будет.

– Для меня сегодня был большой день, который я запомню на всю жизнь, – говорит дебютант сборной Жером Боатенг. Несмотря на удаление в первой же своей игре за сборную, после матча он сиял. – Когда меня удалили, были неприятные чувства, что могу подвести команду. Но ребята меня поддержали, сказали, что я все делал правильно.

– Как вам игра Владимира Быстрова, играя против которого вы и получили обе желтые карточки?

– Он блестящий игрок. Футболист топ-уровня. Он попортил мне немало крови. Оба раза мне ничего не оставалось, кроме как фолить на нем. Так что несмотря на удаление, я все равно горд своим дебютом.

– Ни с чем подобным мы еще не сталкивались, – делится своими впечатлениями от игры на синтетике Месут Озил, сделавший голевой пас на Клозе. – Новые виды искусственной травы хороши, на ней мяч передвигается быстрей, летает, словно угорелый, к чему мы успели привыкнуть на тренировочном поле в Майнце.

– Кто-то поздравил с голевым пасом?

– Поздравили, но в первую очередь нужно поздравить всю команду с победой.

Но наибольшим вниманием после игры пользовался нападающий «Кельна» Лукас Подольски. Его футболку просили даже немецкие журналисты, обещая использовать средства от ее продажи в благотворительных целях.

– Вас Лев вновь использовал не на острие атаки…

– Да, мне пришлось играть полузащитника, но ничего страшного. Тактика была выбрана правильно, раз мы победили. Мы не позволили русским создать много моментов, даже когда у них стало на одного игрока больше.

– В раздевалке праздновали победу?

– Конечно, только совсем чуть-чуть.

Еще один участник матча – арбитр Массимо Бузакка – выходит из микст-зоны одним из последних.

– Массимо, можно комментарий по игре? – спросили мы, надеясь выведать, что Бузакка думает о неназначенных пенальти в концовке встречи.

– Атмосфера была сумасшедшая, – бросил швейцарец. – Чао!

На этом разговор был окончен. Не все судьи готовы обсуждать игру после матча, и у них есть на то рекомендации от ФИФА. Но футболисты вовсе не должны брать с них пример.