Роберт Энке. Последний бросок вратаря - Советский спорт

Матч-центр

  • 03окончен
  • Атлетико Паранаэнсе
    Хуниор
    0
    0
  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 03:00
    Нью-Йорк Айлендерс
    Вегас Голден Найтс
    0
    0
  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 04:00
    Чикаго Блэкхоукс
    Питтсбург Пингвинз
    0
    0
  • НХЛ - регулярный чемпионат
    начало в 04:30
    Калгари Флэймз
    Филадельфия Флайерз
    0
    0
  • Футбол16 ноября 2009 13:15Автор: Левит Александр

    Роберт Энке. Последний бросок вратаря

    ПАМЯТЬ РОБЕРТ ЭНКЕ. Ганноверская «АВД-Арена». На зеленой-зеленой траве ни мячей, ни футболистов – пусто. Только в центральном круге на небольшом постаменте, в окружении венков и корзин с цветами – гроб. Ганновер прощается с вратарем Робертом Энке, который покончил с собой, бросившись под поезд.

    ПАМЯТЬ

    РОБЕРТ ЭНКЕ. Ганноверская «АВД-Арена». На зеленой-зеленой траве ни мячей, ни футболистов – пусто. Только в центральном круге на небольшом постаменте, в окружении венков и корзин с цветами – гроб. Ганновер прощается с вратарем Робертом Энке, который покончил с собой, бросившись под поезд.

    LARA, DEIN PAPA KOMMT

    Субботний полдень. Дождь. Крохотный (электричка останавливается здесь всего дважды в час – раз в одну сторону, раз – в другую) вокзальчик Эйльвезе на окраине нижнесаксонского городка Нойштадт ам Рюбенберге.

    На невысоком парапете рядом с платформой – несколько фотографий Энке, рукописный плакатик с надписью: «Robert, du Nummer eins» (Роберт, ты – номер один). Горит около сотни свечей – первую, рассказывают, зажгли здесь во вторник, едва ли не через час после трагедии. Вперемежку со свечами на траве – цветы, зеленые ганноверские клубные «розы», вратарские перчатки, футболка «Ганновера».

    Да и большинство тех, кто приезжает сюда попрощаться с Робертом Энке – в форме местного клуба бундеслиги. А вот на шее пожилого мужика с неслабой фотокамерой в руках шарф «Гамбурга».

    – Я родился в Гамбурге, прожил там большую часть жизни, в Ганновер перехал уже в нынешнем веке – и болею, само собой, за «Гамбург», – рассказывает Вильфрид Хайн. – Но какое значение имеет сейчас клубная принадлежность?! В прошлую субботу из Гамбурга приезжал сын, мы с ним вместе ходили на матч «наших» с «Ганновером», болели против Энке и его команды. Роберт, кстати, стоял здорово, то, что ганзейцы не победили (игра закончилась вничью – 2:2. – Прим. ред.) – это в первую очередь – его заслуга. И кто бы мог подумать, что это последняя игра Роберта, что уже тогда он был тяжело болен и планировал свой уход? Внешне-то он был таким же спокойным, таким же уверенным в себе, как всегда. Но что творилось у него внутри? Думаю, он так и не смог пережить смерть маленькой дочери Лары, случившуюся два года назад.

    Наверное, не смог.

    На маленьком деревенском клабдище, расположенном совсем неподалеку от дома Энке, на могилке Лары – здесь же, рядом, предстоит лежать и праху Роберта Энке – живые цветы, плюшевый мишка. Рядом – вытесаннное из камня сердечко. А на нем мелом – «Lara, dein Papa kommt» (Лара, твой папа идет).

    Кто оставил эту надпись? Жена Энке Тереза? А может, сам Роберт, собираясь в последний путь?

    Последний путь голкипера оказался равным по длине футбольному полю. В прошлый вторник, в начале седьмого вечера, Энке припарковал свою машину у станции. Бросил на переднее пасажирское сиденье свой бумажник и, не закрыв машины, перемахнул символический запретный барьерчик и пошел вдоль путей – навстречу гулу приближающегося поезда. Через сто метров они встретились... Региональный экспресс из Бремена мчался со скоростью 160 км/час. Машинист применил экстренное торможение, но изменить это уже ничего не могло – смерть Роберта наступила мгновенно.

    ФУТБОЛ – ЗА, ФУТБОЛ – ПРОТИВ

    Что же заставило 32-летнего вратаря сборной Германии и «Ганновера» свести счеты с жизнью? Только ли неугасающая тоска по умершей во время очередной операции на врожденно больном сердечке крохотной дочурки? Нет, наверное. Точнее, не только эта тоска, не только эта боль.

    Тяжелая депрессия, о которой стало известно только после самоубийства голкипера, сразила Энке гораздо раньше случившейся трагедии – впервые к известному кельнскому психиатру Валентину Марксеру Роберт обратился за помощью еще шесть лет назад.

    Хотя то, что именно шесть лет назад – неудивительно. Именно в 2003 году траектория вратарской карьеры Энке – из гладбахской «Боруссии» через «Бенфику» в «Барсу» – едва не оборвавшись, резко пошла вниз. И прокатившись под свист и улюлюканье фанатов через турецкий «Фенербахче», едва не завершилась в скромном «Тенерифе» из второго испанского дивизиона.

    Казалось бы, это – конец вратарю, конец футболу. Но Роберт вернулся. Сначала в бундеслигу, в «Ганновер». А потом и в сборную Германии, за которую дебютировал в товарищеском матче с Данией в Дуйсбурге 28 марта 2007 года. Я был на той игре, помню фантастические действия Роберта в воротах – после них никто не удивился, что Энке поехал вторым номером бундестим на Евро-2008, а после ухода из сборной Йенса Леманна занял в ней «пост номер один».

    А в «Ганновере» Роберт быстро стал лидером, непререкаемым капитаном. Футболу он отдавался страстно, и в играх, и на тренировках выкладывался на сто процентов. И любимая игра помогала ему: после смерти дочери он уже через несколько дней тренировался – еще истовее, чем прежде, изнурительной работой изгоняя из себя боль. И изгнал – как тогда казалось.

    Хотя и футбол не всегда был к Роберту милосерден: перед важнейшим матчем с Россией в сентябре прошлого года он нелепо травмировал кисть на тренировке, а перед ответным визитом в Москву в нынешнем октябре был поражен странной инфекцией, индентифицировать которую лучшие немецкие врачи, похоже, так и не смогли.

    Но ведь и с этим Энке, казалось, справился. Подлечившись, он вернулся в ворота, принес «Ганноверу» победу в Кельне, отстоял ничью с «Гамбургом». И Йоахим Лев, не пригласивший Роберта на товарищеские матчи с Чили и Кот-д’Ивуар, прокомментировал это решение так: «Пусть отдохнет. Роберта нам проверять ни к чему – место в составе на ЧМ-2010 ему и так гарантировано». Вот так: гарантировано... Ведь никто ничего не знал о терзавшей душу Энке болезни.

    МЫ ДУМАЛИ, ЧТО СПРАВИМСЯ СО ВСЕМ. НО У НАС НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ

    Энке и депрессия... Я не был близко знаком с Робертом, но мне доводилось не раз коротко разговаривать с ним после матчей бундеслиги и немецкой сборной. Не помню сейчас точно, когда и о чем говорили, но, наверное, никогда не забуду милой привычки ганноверского голкипера щегольнуть знаниями русского, когда-то полученными в гэдээровской школе.

    – Менья зовут Роберт, – прощаясь, неизменно говорил он. – Как у тебья дела? У менья – хорошо», – и заразительно хохотал...

    Нет, депрессия и этот жизнерадостный, улыбчивый, светящийся добротой человек – они, казалось, и рядом не стояли.

    Да что я, знакомый с Энке шапочно, общавшийся с ним нечасто и недолго! Что я, если и для близких друзей Роберта посмертное известие о мучавшей его депрессии было как гром с ясного неба.

    «Да, Роберт был очень закрытым человеком, он никогда не делился тем, что его волнует и тревожит, – твердят они в один голос. – Но он очень-очень любил жизнь, то, что он может покинуть ее добровольно, никому не могло просто прийти в голову».

    Нет, конечно же, был человек, знавший о том, как Роберт болен, как ему тяжело.

    – Это началось не сегодня и не вчера, – рассказывает вдова вратаря Тереза Энке. – Мы через многое прошли вместе. В Стамбуле, в Барселоне было очень тяжело. Когда у Роберта случались приступы депрессии, было очень сложно, но мы смогли все преодолеть. Еще тяжелее было, когда умерла Лара. Казалось, мы преодолели и это. Он очень любил крошечную Лейлу (приемная дочь. – Прим. ред.), я думала, это поможет Роберту выздороветь окончательно. Но он очень боялся, что, если станет известно о его болезни, Лейлу могут у нас отобрать. Он боялся, что лишится и футбола, и личной жизни. Мы думали, что справимся со всем. Но у нас не получилось.

    – Моменты депрессии ужасны, ты перестаешь себя контролировать, – сказал на днях голкипер «Ювентуса» и сборной Италии Джанлуиджи Буффон, сам страдавший депрессией в начале года. – Ты не должен стесняться или чувствовать вину, когда просишь о помощи.

    – Извините, ничего сказать не могу, – едва дозвонившись до хавбека «Ганновера» Кости Рауша, сразу нарываюсь на вежливый, но решительный отказ. – Мы в команде собрались и решили: с прессой в эти дни общаться не будем. Думаю, нас поймут. Да и, честно говоря, даже и без этого командного «табу» ничего не сказал бы – очень уж муторно на душе.

    Муторно – наверное, под этим словом могли бы подписаться большинство из тех многих тысяч, кто в эти дни не забывает о Роберте. Из тех, кто хранит огонь его памяти на месте трагедии в Эйльвезе. Из тех, что – дождь ли, ветер ли – дежурит возле такого же самостийного, но куда более масштабного «мемориала» у ганноверской «АВД-Арены». Из тех, кто в среду вечером прошел по Ганноверу 30-тысячным траурным маршем.

    ЭТО НУЖНО ЖИВЫМ

    Да, в воскресенье число пришедших на «АВД-Арену» попрощаться с Робертом Энке зашкалило тысяч за тридцать.

    Внизу, там, где обычно располагаются скамейки запасных – вдова Роберта Тереза, родные, друзья, руководители «Ганновера» и Немецкого футбольного союза, бундестренер Йоахим Лев и менеджер бундестим Оливер Бирхофф. В первых рядах – сборники и игроки «Ганновера», другие футболисты бундеслиги – попрощаться с Энке захотели многие из них. Выше на трибунах – простые болельщики.

    А сам Энке – в центральном круге. Вокруг установленного на невысокий постамент гроба корзины с цветами, венки. И одиночество. Почти такое же, что ощущал Роберт в тяжелые моменты своей жизни. Только теперь уже – навсегда.

    Трогательная траурная музыка, которую исполняет струнный оркестр, это одиночество только подчеркивает. Да и слова прощания, звучащие на церемонии – все это трогательно, но это уже, пожалуй, не столько для ушедшего от нас голкипера, сколько для тех, кто провожает его.

    Говорят о том, что футбол – это очень здорово, это очень интересно и важно, но это еще не вся жизнь. И что трагическая смерть Энке, может быть, поможет многим другим не прятать свой схожий недуг от окружающих – и с их помощью справиться с ним.

    Именно для живых звучат и поминальная молитва по Роберту Энке, и прощальная песня…

    Соболезнования канцлера Германии Ангелы Меркель... Отмена товарищеского матча бундестим с командой Чили, который должен был пройти в прошлую субботу... Траурные повязки, с которыми вышли на свои игры футболисты «Барселоны» и «Бенфики», «Тенерифе» и «Фенербахче» – команд, ворота которых Роберт когда-то защищал... Минуты молчания, которыми начнутся и товарищеский матч сборной Германии с Кот-д’Ивуар в ближайшую среду, и игры очередного тура бундеслиги... «Единица», навечно закрепленная «Ганновером» за Робертом Энке...

    Эх, что же ты наделал, Роберт?!

    Германия

    ДОСЛОВНО

    Джанлуиджи БУФФОН,

    голкипер «Ювентуса» и сборной Италии:

    – Моменты депрессии ужасны, ты перестаешь себя контролировать. Ты не должен стесняться просить о помощи.