Как в России вырастить Месси. Экс-тренер юношеской сборной России Игорь Чугайнов – о проблемах молодежного футбола

Есть такая шутка: на Олимпиадах наша футбольная сборная не проигрывает уже 30 лет. Но, если отбросить бойкот Лос-Анджелеса-84 и действительно большую победу в Сеуле-88, в остатке – лишь бесконечные непопадания наших юношей на важнейшие для них соревнования четырехлетия. Последние выступления наших юношеских и молодежной сборных заставили в очередной раз задуматься: что мешает им добиваться успеха? «Советский спорт» попросил выделить главные причины неудач Игоря Чугайнова, поработавшего и с юношескими сборными, и с молодежными командами «Зенита» и «Химок».

Первая причина наших неудач кроется в народном характере. Давным-давно сказано: русскому народу нужна сильная власть, сильная рука. Потому что иначе возникают расслабленность, брожение умов, начинаются поблажки самому себе. В России сейчас – демократия, а молодые игроки понимают это своеобразно: я могу говорить, что хочу, делать, что хочу. Вот и делают, забывая порой о главном – футболе.

Российским игрокам кнут нужен не меньше, чем пряник. А в юношеских сборных такого инструмента воздействия нет – штрафовать игроков тут невозможно.

Отсюда вытекает вторая проблема. Современная молодежь прагматична. И рассуждает так: зачем мне сдалась эта сборная? В плане престижа попадание в нее не сулит никакой выгоды – все команды, кроме взрослых, у нас вдали от софитов, далеко от центра внимания. В ситуации, когда ни моральных, ни материальных стимулов для игроков нет, заставить их выкладываться по полной программе в играх и на тренировках крайне сложно.

Тем более когда слышишь от руководителей клубов настойчивое: «Ну зачем тебе эта сборная?». По телевизору все они могут казаться настоящими патриотами, но на практике я не раз и не два слышал от клубных боссов такие слова, адресованные молодым парням.

Молодые игроки нередко зарабатывают по миллиону рублей в год. Это просто несоизмеримо с тем, что получают их сверстники. Те в этом возрасте лишь поступают в институт и на подобные доходы могут рассчитывать лет через семь–десять в лучшем случае. В результате у молодых футболистов исчезает стимул расти и совершенствоваться.

Когда я несколько лет назад работал с юношеской сборной 1987 года рождения, был сторонником лимита на легионеров. Казалось, что, имея хороший шанс попасть в основу серьезного клуба, ребята будут работать лучше. Но жизнь заставила скорректировать взгляды: пока у нас не видно всплеска молодых талантов, а те, кто играют в премьер-лиге, почти не растут профессионально. Все-таки естественная конкуренция эффективнее, чем искусственное стремление облегчить кому-то жизнь. У ребят, получающих хорошие деньги, возникает ощущение, что все и так придет.

Известно, что после серьезных успехов клубов и сборных в стране начинается бум: люди устремляются на стадионы, мальчишки бегут в секции, газеты и журналы пишут о футболе гораздо больше обычного. У нас не столь эффективно распорядились моментом, когда ЦСКА, а потом «Зенит» выигрывали еврокубки, а сборная взяла бронзу на Евро-2008. Сливки были сняты, а вот молоко прокисло. В результате перестройку нашего футбольного хозяйства теперь надо начинать в тот момент, когда первая сборная России не попала на чемпионат мира в ЮАР, а молодежная сборная, наша надежда в Лондоне-2012, проигрывает Фарерам.

Тут можно вспомнить и то, что питомцы Игоря Колыванова, выигравшие Евро-2006, сейчас практически не востребованы. Тот успех не стал стимулом в их карьере, не принес им дивидендов – и это плохой пример для подрастающих футболистов.

Это проблема более раннего возраста, но она не менее актуальна. Евгений Ловчев в «Советском спорте» точно выразился: раньше страну прочесывали частым гребешком, сейчас – поглаживают лысину. Приведут родители мальчугана в футбольную школу – отлично. Если он пробежит пятнадцать метров, не упадет – милости просим в команду. Если еще и по мячу умеет попадать, то такому таланту цены нет!

Кроме того, в детских командах ставка чаще делается на результат, а не на развитие юного футболиста. Кто бы у нас в России выходил и вырастил Месси, у которого в дошкольном возрасте были серьезные проблемы со здоровьем?! Даже если б его взяли в секцию, то затоптали бы на первой тренировке.

Здесь, кстати, кроется еще один важный нюанс. В советские времена на этом частенько попадались кавказские команды, которые умышленно занижали возраст молодых футболистов. Посмотришь – бегает здоровый мужик, а по паспорту – 17 лет!

К сожалению, такое существует и сейчас. Детские тренеры, которым непросто прожить на одну зарплату, порой идут на поводу у агентов, желающих повыгоднее пристроить своего клиента. В результате приходит к тебе в команду 18-летний парень, ты рассчитываешь на его дальнейшие рост и прогресс, а на самом деле он уже достиг своего потолка. И не только сам не становится серьезным футболистом, но и, подобно кукушонку, выталкивает из «гнезда» партнеров по команде, закрывая им дорогу в состав. Порой даже руководители клубов премьер-лиги не знают, что у них играют такие вот «кукушата».

У каждой проблемы есть масса решений. Причем неизвестно, к какому результату они приведут. Поэтому мои идеи – не панацея, а лишь повод задуматься, подискутировать.

1. Я стал футболистом благодаря обычной общеобразовательной школе, куда на урок физкультуры однажды пришел детский тренер по футболу. Отобрал троих, пригласил в Чертаново. Не самая крупная в столице ДЮСШ, но перед глазами ее тренеров ежегодно проходило более 500 человек!

Однако то, что раньше было естественным отбором, сейчас стало просто набором. Редко в наши времена тренер ходит по школам, выискивая таланты. А во дворах в футбол почти не играют – все больше времени и сил у ребят отнимают компьютеры. Значит, нужно уделять больше внимания футболу на уроках физкультуры.

2. Года четыре назад я общался с австрийцами, работающими в молодежном футболе. Средняя зарплата тамошнего футболиста до 21 года – 3000 евро, из которых 50 процентов съедают налоги. Максимум – 5000. Ребята с ранних лет получают представление о том, что такое деньги, привыкают их зарабатывать, а не получать. В Англии и Голландии, насколько я знаю, молодежь может иметь и более высокий доход. Но деньги идут в банк, который до 21 года выдает их только на образование, заботу о здоровье и покупку недвижимости. Никаких игрушек вроде дорогих машин быть не должно.

И в то же время, когда в клубах игрок станет получать меньше, можно ввести надбавку для членов юношеских сборных, как это было в советские времена. Откуда будут браться средства – от клубов, от спонсоров или из других источников, надо обсуждать. Моя зарплата, к примеру, после попадания в юношескую сборную в конце 80-х выросла с 200 рублей до 300. Стимул!

3. В РФС уже озадачились вопросом деятельности агентов, которые заинтересованы в том, чтобы игроки а) становились «моложе», б) как можно чаще меняли клубы. В продолжение темы – важно поднять престиж профессии детского тренера, которому родители не будут скидываться «на стипендию», не будут давать взятки за попадание их чада в основной состав.

4. Один из главных вопросов, который предстоит разрешить в ближайшее время, – лимит на легионеров. В нынешнем виде он вряд ли совершенен, и клубы говорят об этом на каждом углу. Однако нельзя забывать и об интересах сборной. Когда у тренеров есть выбор всего из 18 игроков высокого уровня – это мало. Поэтому нельзя допускать ситуации, как в московском «Динамо» пятилетней давности, когда команда сплошь состояла из иностранцев. Нужен баланс – и здесь РФС предстоит ювелирная работа по изучению мирового опыта. Молодые игроки не должны сидеть сложа руки, зная, что и так попадут в заявку и получат премиальные, но и не должны терять маячок – возможность попасть в серьезный клуб, сделать карьеру.