Юрий Пшеничников. «Яшин сказал, что во мне не ошибся!»

ЮРИЙ ПШЕНИЧНИКОВ. Вратарь сборной СССР, ЦСКА и ташкентского «Пахтакора», лучший голкипер страны 1968 года на днях отметил 70-летие.

«ССФ», поздравляя юбиляра, попросил его перелистать свой семейный альбом.

– С Львом Яшиным я познакомился в 1962 году на игре моего «Пахтакора» с «Динамо». В тот год после чемпионата мира в Чили Яшина не критиковал только ленивый. Он хотел даже уйти из футбола. Но для меня он был великим вратарем, выигравшим золотые медали на Олимпиаде в Мельбурне и Кубок Европы в Париже. Откровенно говоря, я даже не ожидал, что Яшин будет со мной разговаривать. После игры, закончившейся вничью – 2:2, Лев подошел ко мне и похвалил. А в 1968 году после признания меня лучшим вратарем страны Лев Иванович позвонил мне и напомнил о нашем первом разговоре: «Я допускал промахи в воротах, но в людях редко ошибался».

– В 1968 году, когда я перешел из «Пахтакора» в ЦСКА, мне сразу было присвоено офицерское звание «лейтенант» и выделена трехкомнатная квартира. За квартиру особое спасибо Всеволоду Михайловичу Боброву. По этому вопросу он обратился к заместителю министра обороны Павловскому. Тот ответил, что у нас не все генералы имеют трехкомнатную квартиру, а ты за рядового просишь. Всеволод Михайлович заявил, что генералов действительного много, но в ворота их не поставишь, а Пшеничников один такой, и он нам очень нужен. И Бобров своего добился.

Раньше ЦСКА поддерживал более или менее тесную связь с армией. Например, раз в месяц мы стреляли из пистолетов в армейском тире на Комсомольском проспекте. Часто ездили в Таманскую и Кантемировскую дивизии МВО, военные академии, общались с офицерами и солдатами, рассказывали им об игре, обращали их в «свою веру». Это, конечно, прибавляло нам болельщиков.

– Откровенно говоря, чемпионом страны я стал, когда уже мало на это надеялся. И дело не столько в тридцатилетнем возрасте. В 1969 году я травмировал правую руку. Мне поставили платиновую пластину. В результате я не попал на чемпионат мира в Мексике. Когда вернулся в строй, новый тренер Валентин Николаев отправил меня в дубль. Это меня-то, вратаря сборной. Я взбунтовался и написал рапорт об увольнении. После этого два месяца не появлялся в команде. Однако не терял игровую форму и ежедневно сам тренировался в Сокольниках.

Как-то я, уже уволенный из армии, заглянул в ЦСКА. Николаев неожиданно предложил мне сыграть на следующий день за дублеров и пообещал, что, если останется доволен моей игрой, вернет в основной состав. Я согласился. Мы выиграли у дублеров «Торпедо» со счетом 4:0, и в следующем матче – с ростовским СКА – я встал в ворота основного состава. Мы победили – 5:1, и до конца чемпионата я уже никому не уступал свое место.

Интересно, что в тот год золотые медали мы выиграли в моем родном Ташкенте в двух дополнительных встречах с «Динамо». Когда вернулись в Москву, нас пригласили на прием к министру обороны Гречко. Все пришли в военной форме, кроме меня, и я не случайно оказался последним в армейском строю. Это удивило маршала: «Почему вы стоите здесь? Ваше место – на правом фланге, рядом с капитаном команды Шестерневым». Когда кто-то из руководителей команды сказал Гречко, что я в отставке, он распорядился вернуть меня в армию и, более того, присвоить звание «старший лейтенант». Однако поручение министра обороны так и не было выполнено.

– Владимир Федотов был на три года моложе меня. Тем не менее, когда я пришел в ЦСКА, он был в команде старожилом. Впрочем, это неудивительно. ЦСКА ведь чуть ли не в буквальном смысле его родной дом. Я видел снимки, на которых маленький Володя сидел в детской коляске на тренировке своего знаменитого отца – капитана легендарной «команды лейтенантов» Григория Федотова. Так что с Володиным мнением считались не только мы, партнеры, но и тренеры. Тем приятнее мне, что после вручения нам золотых медалей в 1970-м он сам подошел ко мне и предложил сфотографироваться.

– По окончании игровой карьеры я тренировал несколько команд, в том числе три зарубежные. Первый заграничный клуб был в Лаосе. За три года моя команда «Контхаба» выиграла и Кубок, и два чемпионата. Но футболисты качают меня не после таких успехов, а после выигрыша в товарищеском матче у… «Динамо» из Кирова. Оказывается, та победа была первой в истории клуба над соперником, превосходящим лаосцев в росте. Самолюбивые лаосцы оценили это больше всего.

– На фото я разодетый в узбекский халат и чалму со второй женой – Любой и внучками Катей и Томой. С Любой мы познакомились 18 лет назад. Я в то время уже пять лет был в разводе и однажды так отравился, что чуть не умер. Хорошо, друзья вовремя привезли меня в больницу. Там за моим здоровьем стала следить красивая медсестра Люба. Можно сказать, спасла меня, а потом стала моей женой. От первого брака у меня растет дочь Лариса, которая, в свою очередь, родила мне двух внучек. Старшая, Тома (на снимке крайняя справа), учится в медицинском институте, а младшая, Катя, еще школьница.

Родился 2 июня 1940 года в Ташкенте.

Амплуа: вратарь, тренер.

Игровая карьера: начал играть в юношеской команде «Трудовые резервы». Выступал в командах «Трудовые резервы» – 1958–1959, «Пахтакор» (обе – Ташкент) – 1960–1967, 1972, ЦСКА – 1968–1971. В чемпионатах СССР сыграл 243 матча.

Достижения: чемпион СССР (1970). Лучший вратарь СССР (1968), в сборной СССР (1966–1970) сыграл 16 матчей. Участник чемпионата Европы (1968). Заслуженный мастер спорта.

Тренерская карьера: тренер ЦСКА (1978), ЦСКА-2 (1990). Главный тренер СКА Ростов (1990), тренер (1991). Начальник команды «Пресня» Москва (1992), тренер «Асмарала» Москва (1993). Главный тренер клубов «Контхаба» (Лаос) (1979–1983), «Косфаба» (Мадагаскар) (1989), «Ратель-Хайма» (ОАЭ) (1994–1995). Начальник (1984–1988) и тренер (1995) ЦСКА, СДЮСШОР ЦСКА (1995–1999), тренер вратарей ЦСКА (1999–2000), тренер СДЮСШОР «Торпедо-ЗИЛ» (2002–2003). Тренер вратарей СДЮСШОР «Динамо» Москва (2005–2008).