Пас от Василия Уткина. В сборной играют за идею!

НЕЗАМЕТНЫЕ ГЕРОИ. В последнее время меня очень занимает вопрос: почему к успехам тренеров на мировых чемпионатах или вообще со сборными командами стали относиться как-то буднично? Это в особенности касается промежуточных величин, конечно, потому что обладатели титулов всегда были и останутся в цене.

Думаю, надо пояснить примером. Возьмем двух тренеров, для верности пусть они даже будут из одной страны – Брюно Метсю и Клод Пюэль. Кстати, я уверен, что немало найдется среди читателей настоящих любителей футбола, которые не сразу вспомнят, что это за Метсю, а про Пюэля моментально скажут: он вывел «Лион» в полуфинал Лиги чемпионов. Если спросить: кто круче? Вот давайте так, без экивоков, просто-напросто кто кого круче – все сразу скажут, что, конечно, Пюэль. Именно он сумел-таки «Лион», который столько лет бился головой о ранние стадии плей-офф, вывести в полуфинал. Да еще не с такой могучей командой по сравнению с предшественниками. А Метсю? А что Метсю?.. Да, конечно, мы уже вспомнили: это странноватый парень с длинными волосами, чуть ли не хиппи, который играл со сборной Сенегала в четвертьфинале мирового первенства в 2002-м. Ну, один раз сыграл. И где с тех пор ваш Метсю?

А у меня другой к вам вопрос: вот какая разница, где он сейчас? Может, он наслаждается жизнью, а профессиональные задачи считает выполненными? Да мало ли где. Мы говорим не о личности. Мы говорим исключительно о мере успеха.

Это Милутинович всегда известно было где. И ему говорили: «Вот вы вывели четыре сборные на мировые чемпионаты», – а он кивал и щурился. Он имел полное право так посмеиваться над дураками – даже сейчас не все изучают тему хотя бы настолько, чтобы заметить: Милутинович вывел как раз ровно одну сборную. А остальные были либо командами – хозяйками турнира, либо он принимал их уже после окончания отбора. Лукавый такой, хитрый Бора. А чего поправлять? Его и звали-то иначе – Велибор. А мир знает как Бору. Нормально. К чему мелочиться?!

Возвращаясь к теме… Я, честно, не понимаю, почему четвертьфинал с Сенегалом хуже, например, полуфинала Лиги.

Этому четвертьфиналу надо посвятить жизнь. Чтобы просто получить право реально управлять командой, приглашать тех, кого считаешь нужным, самому, а не под руководством высокопоставленных сенегальской жизнью товарищей, определять стартовый состав – для всего этого нужно проделать большую человеческую работу. Клубный тренер этих проблем вообще не знает.

Чтобы собрать национальную сборную у черта на рогах, нужно самому организовать всю сопутствующую работу. Сенегал тот же – вовсе не то место на планете, где орудуют лучшие в мире селекционеры (в клуб вроде «Лиона» они приходят по щелчку пальцев). И если у тебя есть девять игроков для основного состава, которые тебя устраивают, а двух нет, хоть умри – ты сам должен помотаться по вторым французским дивизионам, а то и по сенегальским провинциям, чтобы кого-то отыскать.

Футболисты за сборную играют бесплатно. Ну, за премиальные. Следовательно, ты им не хозяин – в полном, в клубном, смысле, где их можно контролировать всецело. Единственное, чем ты можешь их в своей сборной увлечь и собрать воедино, – это футбол. Твоя идея, передавшаяся им. Ну и сам ты, конечно, можешь их увлечь – как личность. Бог весть, как ты это сделаешь.

Вы можете мне сказать: да при чем тут футбол? Это непростая работа, но футбола в ней не так уж и много… А я вас поправлю: в чем-то да, а в чем-то нет. В чем-то это как раз наоборот – и есть исключительно футбол работа со сборной-то.

И самое главное. С клубом у тебя множество попыток. А с чемпионатом мира – может быть, одна. Вот совладай со своим шансом с первого раза. А?

А не справишься, а уволят – ведь велика вероятность, что и не вспомнят о тебе больше никогда.

Знаете, я страшно уважаю клубных тренеров, но вот тренеров сборных просто обожаю. Вот того немецкого деда (жив ли?), который тренировал сборную Того четыре года назад. Тренировал в каких-то розовых штанах. Отто Пфистер его звали. В семьдесят лет – в розовых штанах. Ни в жизнь ни один тренер «Лиона» так не оденется, а в семьдесят он будет пить винцо смазливым французским вечером у себя в красивом небольшом доме где-нибудь в городе Бург-сюр-Орм или в другом, но минимум через два дефиса, который не найти на карте и который славится либо вином, либо красотой и спокойствием.

А этот надевает свои верные розовые джинсы, едет в Того и оттуда привозит команду на чемпионат мира.

Это гораздо больше похоже на мечту. И в этом есть что-то рыцарское.

А человек по имени Кек (да и имя ли это, это же какая-то аббревиатура), который пробился со Словенией в ЮАР, не имея в составе никого даже близко равного Златко Заховичу? А тренер Ганы Раевац, откуда он выскочил? Он ведь не юноша – но вот он, тут. На мировом первенстве.

 

Они не станут чемпионами. Чемпионом станет или Капелло, или Дель Боске, или Дунга, а может, и Марадона. У них у всех за плечами версты и версты, да и впереди – тоже. Они не играют в игру «героем остаться или в забвение кануть». Ну какое забвение может угрожать Дунге или Марадоне?.. Это тоже честно, потому что эта гарантия не на кусте выросла. Потом и кровью. Жизнью.

И не нужно говорить, что больше ничего Метсю, кроме как с Сенегалом, никогда не показал. Во-первых, как сказал один падший ангел другому, еще неизвестно, какой фильм собрал в прокате больше – «Титаник» или «Оливер Твист»: у нас в запасе вечность, сборы еще капают. А во-вторых, он уже кое-что показал. Вон с Камеруном сегодня работает отличный, маститый такой, с крепкой челюстью Ле Гуэн – дай ему Бог удачи (от сердца говорю). В нашем традиционном миропонимании он гораздо круче того вот длинноволосого парня во главе сборной Сенегала… А ну давай, Ле Гуэн!

Но если у него не выйдет, он плюнет и уедет, и перед ним на выбор откроется любой клуб французской лиги. И в наших глазах он останется все тем же Ле Гуэном.

Как не вышло восемь лет назад у Винфрида Шеффера, замечательного немца с отличной клубной карьерой.

Как не вышло в 1998-м у Ле Руа, умнейшего француза с длинным послужным списком за плечами.

Как не вышло у Анри Мишеля, выдающегося игрока, капитана сборной Франции предплатинийского периода, в 1994-м.

А вот у Валерия Непомнящего в 1990-м – вышло. И он стал первым, Брюно Метсю повторил его достижение, выйдя с африканской командой в восьмерку. Непомнящий вошел в историю, и это, в отличие от клубных турниров, которых слишком много, навсегда. Это не значит, что непременно будет постоянно на слуху, но это означает, что придет момент – и тебя вспомнят. Никуда не денутся – не от них это зависит.

Чемпионаты мира – это такие соревнования, события которых остаются именно что навсегда. Вот такой вот бренд.