Судите сами! Репортер «Советского спорта» экспериментальным путем определил вину судей в громких скандалах чемпионата

Чемпионат мира в ЮАР скорее всего войдет в историю ФИФА как самый скандальный, с точки зрения судейства. Чтобы как-то сгладить негативный эффект в СМИ, судейский корпус пошел на беспрецедентный шаг – предложил журналистам проверить себя в роли арбитра на линии и попробовать самим определить офсайд. Корреспондент «Советского спорта» не мог не воспользоваться такой возможностью.

Пару дней назад на мою почту пришло письмо от судейского комитета ФИФА, в котором всех желающих приглашали на очередной день открытых дверей арбитров, обслуживающих матчи чемпионата мира. В сообщении, в частности, была такая строчка: «…а те, у кого не затрясутся поджилки, могут испытать на себе все «прелести» работы бокового арбитра и попробовать определить положение вне игры».

Тут же в голове отчетливо нарисовался эпизод из матча 1/8 финала Аргентина – Мексика, когда Карлос Тевес из трехметрового офсайда головой забивал первый гол в ворота мексиканского вратаря Переса. Во мне тогда проснулся болельщик: «Да даже я бы увидел там офсайд!». И вот случай попробовать себя в роли лайнсмена сам нашел меня!

Правда, соревноваться с итальянцем Стефано Айрольди, засчитавшим гол Тевеса, и уругвайцем Маурисио Эспинозой, который не разглядел гол Лэмпарда немцам, пришлось заочно – ни тот, ни другой на день открытых дверей не явились по собственному желанию. Как и их «начальники» — Розетти с Ларриондой. Побоялись журналистского гнева? А мы вас вашим же оружием!

Перед ответственным заданием ваш корреспондент хорошенько размялся – помахал руками, чтобы не вывихнуть плечо, когда буду «зажигать» офсайд, совершил пробежку, протер глаза. Вроде «всегда готов». Но таких «пионеров», как я, оказалось добрых два десятка. Поэтому судейский корпус решил проводить мероприятие по двое, а то и сразу по трое.

Я в первой группе – в красной совспортовской футболке уже сверкаю глазами, присматриваясь к мальчишкам, что будут исполнять роль игроков на поле. И сразу фальстарт – суровый немецкий пресс-атташе судейского корпуса тычет на мою майку.

— С рекламой на поле нельзя!

— Так это ж не реклама, а название родной газеты! – объясняю дотошному немцу.

— Либо меняйте майку, либо вы не участвуете, — неумолим строгий судья. Приходится надеть сверху фиолетовую ветровку. На техническую заминку уходит драгоценная минута. За это время корреспондент телеканала «Россия 2» Александр Бедарев, с которым договорились «судить» вместе, уже отбегал свой старт. Его результат – три правильных офсайда из пяти. Лучший в группе. Сашу хвалят, а я отправляюсь следом.

Со мной в «забеге» участвуют сразу двое соперников. Один из них — поляк Ян – сразу признает во мне восточного соседа, здоровается по-русски и сообщает «важную» новость:

— А мы с вами в августе будем играть товарищеский матч на открытии стадиона в Познани!

— Вы дезинформированы, дорогой Ян, — приходится на время обратно превратиться в журналиста. – Мы играем с болгарами. А вам стоит навести справки!

Другой соперник – Мартин со шведского телевидения – сразу выдает в себе опасного конкурента. Дело в том, что «забегами» руководит американский методист Эсфандьяр Бахармаст, который, признав в Мартине шведа, выдает на-гора:

— О, шведское телевидение однажды спасло мне жизнь!

— Как это вышло? – интересуюсь за аморфного скандинава.

— Дело в том, что на чемпионате мира-98 я судил матч Норвегия – Бразилия и за две минуты до конца при счете 1:1 назначил пенальти в ворота чемпионов мира за то, что Жуниор Байано уронил в штрафной Туре-Андре Фло. Все повторы показывали, что пенальти не было и норвежец упал сам. Скандинавы выиграли, и на следующий день все газеты мира буквально убивали меня: «Этот американец засудил бразильцев». И только в Швеции были уверены, что все было по правилам. Оказалось, что явное нарушение со стороны Байано – тот оттянул шорты Фло на целый метр – зафиксировала единственная телекамера, которая принадлежала шведскому каналу. Повтор потом показали во всем мире, и меня амнистировали.

«Ну, — думаю про себя, — сейчас меня «по дружбе» и засудят…» Собственный внутренний голос заглушает звук вувузел, который доносится из динамиков. У судей, говорят, давно так – привыкают, чтобы не обращать на назойливые дудки внимание.

Беру в руки флажок, проверяю, работает ли на нем кнопка подачи сигнала (рукоятка начинает вибрировать, если сигнал подает главный арбитр, а у главного соответственно вибрирует напульсник, если сигнализирую я). Все готово. Поехали!

Выглядит это так — единственный защитник начинает бежать от своих ворот, а форвард бежит ему навстречу. И там, где они встречаются, третий игрок отдает пас на ход в свободную зону. В этот момент я и должен определить, было ли положение вне игры.

Лучший способ определить офсайд – двигаться на одной линии с защитником. К счастью, загорелый парень из местной футбольной школы, что исполняет роль либеро, не очень подвижен, и я успеваю наверстать расстояние до него аккурат в точке, когда следует передача на форварда. Первая попытка – явный офсайд! Все трое поднимаем вверх флажки. Сомнений ни у кого нет. Хотя результат узнаем, лишь когда посмотрим видеоповтор с камеры, расположенной параллельно полю. Вот ведь нехорошие люди, эти судьи, – как оценивать журналистов, так они сами к мониторам бегут.

Попытка номер два окажется провальной – ваш корреспондент запоздал с рывком и не успел за линией последнего защитника. В результате «зажег» офсайд там, где его не было. К счастью, и мои конкуренты ошиблись.

Третья попытка – блеск. Я занял ближнее к полю место у самой бровки так, чтобы конкуренты не загораживали обзор, и успел в момент паса за защитником – каких-то полкорпуса, но офсайд! Айрольди посрамлен! Конкуренты ошиблись.

К четвертой попытке я уже раскусил ремесло лайнсменов – надо не только держать линию, но и одним глазом держать пасующего. А если пас через полполя? Тогда надо быть как минимум мухой (не словацким вратарем, конечно), чтобы сразу удержать двух игроков в поле зрения. Но у Айрольди-то все было как на ладони!

Четвертая попытка снова удачная – швед поздно стартовал, а поляк просто «сдул» мое решение. Ну да ладно. Все равно победа – три из четырех! Лучший результат дня.

— Поздравляю, — жмет руку Бахармаст после того, как повторы подтвердили мою победу. – Вы отлично справились.

— А какой проходной балл, чтобы попасть в реестр ФИФА?

— Семь правильных решений из десяти – проходной минимум, на троечку. Но лучше вообще не ошибаться.

— Так я справлюсь! Дайте еще шесть попыток!

— А вам сколько лет? 27? Тогда у вас еще все шансы на поездку в Бразилию через четыре года. Welcome!

— А мне тоже будут платить по 45 тысяч долларов за матч, как сейчас Айрольди с Эспинозой?

В ответ Бахармаст лишь загадочно улыбнулся, но ничего не ответил…

Судейский корпус ставил своей целью показать, как несладок хлеб лайнсменов. И я, пожалуй, готов с ними согласиться. Носиться 90 минут по бровке за Месси с Криштиану Роналдо, при этом поспевая всюду смотреть и все успевать примечать, не так уж и просто. Но не в случае с голом Тевеса! У лайнсмена Айрольди все было перед глазами – больше того, он был в статичном положении прямо перед «местом происшествия» и не был достаточно уставшим, ведь шла середина первого тайма.

В случае с голом Лэмпарда все несколько сложнее – да и журналистам не дали побывать в шкуре бокового Эспинозы. Однако один судья – не буду называть его имени, чтобы не навредить, – вчера открыл мне одно неписаное правило, которое знает каждый арбитр. И Эспиноза должен был знать: если мяч после отскока от перекладины в землю снова затем попадает в перекладину (как было в случае с голом Лэмпарда), он побывал в воротах! Это закон физики.

Век живи, век учись!