Он, Лебеденко, дерзкий и не подлый! Наш правдолюб Отар Кушанашвили попытался разглядеть что-то положительное на полях сквозь дымку пожаров

В Ростове уже который месяц под 40 градусов, но для моего товарища Жени, работающего там управляющим симпатичной кафешкой, это оптимальная среда. Он весел и бодр. Веселый и бодрый товарищ Женя звонит мне в мою и нашу газовую камеру и ядовито спрашивает меня, не чувствую ли я себя ужасно, весь первый круг предрекая отставку Протасова? Неловко – да, чувствую. Похоже, Протасову удалось сколотить ансамбль. А судя по тому, как в самые нужные моменты, когда закашлял бы сам Сталлоне, агрессивно играют ростовские бойцы, можно предположить, что у Протасова высокие стандарты относительно тех, кого он включает в состав.

Товарищ Женя, кстати, утверждает, что более всех в городе ценят Лебеденко. На логичный вопрос за что, товарищ ответил: «Дерзкий, злой, неуступчивый. И подумав, почему-то добавил: «Говорят, не подлый».

Видно, в «Сатурне» до летнего перерыва была сконцентрирована такая бездна отчаяния, что Гордеев велел ко всем чертям раскрепоститься и куражиться. И вот эта игра, если кто видел, была веселой. Бестолковой, но веселой. Ума не приложу, как Медведев в конце матча умудрился не забить. Не хочу показаться грубым, но ведь мог, каналья, перед переездом в Казань подарить родным людям очки.

Панически парализующий страх проиграть, достигший к финалу чудовищных масштабов, неспособность видеть и слышать друг друга… По всему видно, что в заочном мифологическом споре (Ю.П. Семин сказал про команду: «Мы слабые». Новоиспеченный президент клуба, явный любитель точной лексики, поправила: «Не слабые, а потерянные») не победил никто, потому что там, где филология, – там Отарик.

Ни Ловчев, ни Боярский, предполагавшие победу железнодорожников, не угадали. Драматургии у матча не было никакой. Играли кто во что горазд. По два удара в створ ворот за весь матч. Незабитый пенальти, семинцы играли вдевятером, «Крылья», встрепенувшиеся, как утверждает Боярский, с приходом Тарханова, играли вообще непонятно во что.

И еще о филологии. Президент сказала о главном тренере: «У Юрия Павловича все будет хорошо». Не знаю, как в футболе, но когда так говорят в «Останкине», жди беды.

Если человек способен рубить правду, он уже на полпути к моему сердцу. Если он рубит ее еще и с лихостью и со вкусом, я всучить готов ему сердце свое, пусть делает с ним что пожелает. Таких людей в мире-то я да та самая швейцарская прокурорша Карла Дель Понте. А уж в артистической среде, помимо меня, Григорьев-Апполонов и, конечно, Михаил Сергеевич Боярский.

В прогнозе для моей газеты он ставил на летучий отряд Непомнящего только потому, что действующий чемпион ему несимпатичен, как и мне. Но бердыевцы вымучили-таки победу.

Употребил глагол «вымучить» и вспомнил, как зенитовец Широков после неподобающе бледной игры с румынами ерничал перед журналистами: «А вы 5:0 хотели?». Чем чрезвычайно меня разозлил. Не могу не обратить внимания на самый тон этой реплики. И в тон не ответить: «А чего бы нам, братец, и не хотеть?».