Полузащитник сборной России и «Эвертона» Динияр Билялетдинов: Не попрекайте нас деньгами!

Корреспондент «Советского спорта» мог лишь предполагать, много ли наболевшего у «англичанина» нашего, Билялетдинова. Как выяснилось в ходе нашей беседы перед отбоем, волнующих тем хватает. Это и сборная, вечно подпадающая под пресс. И родной, бог весть куда катящийся «Локомотив». И «Эвертон», в котором ведущему полузащитнику сборной не всегда достается место в составе...

Сам факт эксклюзивного интервью в сборной с недавних пор воспринимается как нечто из ряда вон. Александр Бородюк подходил к нам с Динияром поближе и, набрав в легкие воздуху побольше, многозначительно покашливал (вашему корреспонденту так и не удалось узнать, что тренер имел в виду). А Юрий Жирков даже запустил в нас каким-то предметом (к счастью, промазал), после чего захихикал и спрятался за колонну, будучи уверенным, что его никто не заметил. Видимо, так прикалываются в «Челси» Терри с Лэмпардом.

– Динияр, расскажите, как прошла встреча команды с президентом РФС Сергеем Фурсенко.

– Как отметил сам Сергей Александрович, эта встреча была разбита на две части. Первая – душевная. Звучали нерядовые слова, говорили о целях. Во второй части мы обсуждали условия работы, а также задавали вопросы. Обычное явление перед началом очередной отборочной кампании.

– Как именно была сформулирована задача?

– Выход из группы. Во что бы то ни стало.

– Фурсенко чем-нибудь удивил?

– Мне было интересно, помимо прочего, узнать о переходе на систему «осень–весна». Честно говоря, из нас мало кто понимал, каким образом будет осуществлен этот переход. Сергей Александрович взял в руки фломастер и нарисовал схему на доске. Наглядно и понятно. Соглашаться или нет с реформой – личное дело каждого.

– Много ли вопросов поступило из партера?

– Достаточно. И все разного характера.

– О чем спросили вы?

– У меня вопросов не возникло.

– Интересно узнать, появились ли с приходом Фурсенко принципиальные различия в системе премирования?

– Не сказал бы. Существует некая градация: размер бонуса за выполнение задачи зависит от количества проведенных игр.

– Все ли игроки сборной подписали Кодекс чести российского футбола?

– Никто не возражал. Собраны все подписи.

– А есть ли смысл в этой подписи?

– Как говорится, не хочешь – никто тебя не заставляет. Я прочитал кодекс; в нем декларируются правильные вещи, которые я не могу оспорить. Осознание этого документа нужно не только нам, но и юным ребятам, которые только начинают свой путь в футболе. Во всяком случае он дает ориентир, что такое хорошо и что такое плохо. Мы должны стремиться к хорошему. Оправдает ли себя кодекс – время покажет.

– Массовое подписание документа совпало с очередной волной общественного негодования: «странные матчи» прирастают числом ближе к финишу сезона.

– Слежу за публикациями. Прискорбно, если есть основания муссировать эту тему. Вот пусть нам Кодекс чести поможет в борьбе за чистоту футбола.

– Наметился некий крен: сборная закрывается от прессы, игроки стали необщительными. Что происходит?

– А вспомните истории, раздутые в конце прошлого года. Известную телепередачу, затронувшую щекотливую тему, и реакцию прессы, которая все это подхватила. Если тебе делают неприятно, то ты инстинктивно пытаешься отгородиться. Это естественная реакция.

Предвижу, что в будущем, к сожалению, станет только хуже. Технологии развиваются: за нами пытаются подсматривать с видеокамерами, СМИ беспардонно обсуждают личную жизнь футболистов, то и дело возникают какие-то немыслимые слухи, которые моментально тиражируются десятками сайтов.

В последнее время в журналистике обозначилась мода на безапелляционный стиль повествования. Ну, примерно так: я, такой-то такой-то, считаю, что футболист N совсем плох и ему следует поскорей отчалить из сборной. Просто навязывается мнение и все. Рассчитывать на аналитические доводы не приходится. Чем скандальнее заметка, тем лучше для автора.

– Обратил внимание: вы единственный из всех игроков сборной, кто согласился раздать автографы детям после тренировки во вторник. Почему остальные прошли мимо?

– Считаю так: если тебя просят и есть минутка, надо оставить автограф. Стоят молодые ребята, ждут, почему бы их не порадовать. Надо нормально общаться с болельщиками, какими бы они ни были. Если будешь их игнорировать, потом ответят взаимностью.

– Дик Адвокат в какой-то момент постарался изолировать команду от журналистов. К вам в гости приходить не разрешал. Команде станет легче от этого?

– Если по мне, то порядок общения должен быть таким: выбираем определенный день во время сборов, назначаем пресс-конференции и интервью. Вот и решение проблемы. И если в этот день тебя попросили об интервью, будь добр, удовлетвори любопытство.

– Так заведено в «Эвертоне»?

– Я не раз участвовал в клубных акциях. Работал на камеру для клубного сайта. В интервью не отказываю – общаюсь с желающими после тренировок, за столик их приглашаю. В «Эвертоне» умеют позаботиться и о болельщиках. Трогательно, когда их дети выходят вместе с нами на построение перед матчами. В «Локомотиве» недавно организовали такую же акцию. Очень правильное начинание.

– Почему забросили ведение своего блога?

– Вскоре после того, как появлялась очередная запись, я просматривал комментарии к ней. Реакции читателей на мой текст минимум – в основном они выясняли между собой отношения. Я решил, что хватит.

– Знаю, ваш младший брат Даниль поработал летом в «Локомотиве».

– Он окончил первый курс журфака МГУ, и ему требовалось пройти летнюю практику. Выполнял задания в пресс-службе «Локомотива».

– «Интервью с братом» можно сделать постоянной рубрикой в «Советском спорте».

– Даниль уже брал у меня интервью. Если общаться на постоянной основе, вам быстро наскучит.

– Зато ваш брат знает вас лучше других. Он может задать такие вопросы, которые вас поставят в тупик или, наоборот, заведут!

– А я могу ему и не ответить.

–Почему вы не играли за «Эвертон» в последнем туре?

– Сам не понял. Рассчитывал выйти хотя бы во втором тайме, но на замене появились два игрока неатакующего плана. Можно, конечно, спросить у тренера, почему так произошло, но я не сторонник подобных разговоров. Если тренер решил – значит, так надо. Копай в себе.

– А вот Дик Адвокат на брифинге прямо заявил: «Без Билялетдинова нам не обойтись».

– Не слышал. Разве он может такое сказать? Незаменимых в нашем деле нет.

– Жирков не сможет сыграть с Андоррой из-за дисквалификации, поэтому для Дика вы и есть незаменимый.

– Что ж, хорошо, если доверяют.

– Что запомнилось из ноября 2007-го, когда матч с Андоррой вывел нас на Евро?

– Настроение было никакое. Игра – никакая. Но все изменилось в один момент – когда прозвучал свисток. Распирало от радости: мы сделали это – вышли в финальную часть!

– Говорят, полсекрета в стойкости андоррцев – особенности их поля.

– Пожалуй, это так. Поляна нестандартная, узкая. К тому же в тот раз были кочки. Возникает повод для сравнения. Некоторые домашние матчи андоррцы проводили в Барселоне, на стадионе «Эспаньола». Там поле стандартных размеров. Соперникам было проще забить быстрый гол и развить успех.

– Что сами думаете о предстоящем отборочном цикле? Мы – фавориты?

– Не стоит об этом задумываться. Надо пройти шаг за шагом десять матчей. Не считаю, что самые трудные выезды – в Ирландию и Словакию. В Армении и Македонии будет не легче. Надеюсь, к последнему туру мы подойдем без нервотрепки.

– Говорят, что год, прожитый в далекой стране, может изменить человека до неузнаваемости.

– Я не из тех. Каким был, таким и остался.

– Англичане – большие мастера по искусственным улыбкам. Переняли?

– Со мной такого не случается. Если не хочу улыбаться – не заставите.

– Вы достаточно осмелели в «Эвертоне» и обучились английскому языку, чтобы на равных дискутировать с партнерами?

– На поле – да. Я в состоянии доказать им свою правоту. В быту? Не знаю. На бытовой почве, слава богу, разногласий не было.

– А ссорились хоть раз?

– Тьфу-тьфу, нет.

– О нравах в британских раздевалках судят по Алексу Фергюсону, в свое время засадившему бутсой в голову Бекхэму.

– В «Эвертоне» все спокойно. Ни бутс, ни бутылок. Разговоры на повышенных тонах – да, случаются. Но не более того.

– Вам есть с кем поговорить по душам в команде?

– К чему мне это? Для этого есть близкие люди.

– Перечислите ваш круг друзей-знакомых.

– Южноафриканец Пиенар, англичанин Родуэлл, ирландец Коулмэн. Живу с ними рядом, и поэтому общаемся частенько. Со словацким вратарем Яном Мухой сблизились. И вовсе не потому, что в одной отборочной группе оказались. Славянские корни позволяют Яну немного изъясняться с помощью русских слов.

– Российская премьер-лига переезжает в английскую. Легион пополнился хорошо известными Одемвингие и Иранеком. Будет с кем майками поменяться.

– Посмотрим. Мне и в том году маек хватило. Видича и Ковача, правда, нет. Зато остались на память Аршавин, Жирков, Павлюченко, Иванович и даже Бикей.

– По итогам трех туров «Эвертон» – аутсайдер, расположился на 18-м месте. Все идет по плану?

– Кто игры смотрел, согласится со мной: наш неудачный старт – чистая случайность. Мы быстро исправимся.

– Может, все дело в подготовке? К сезону «Эвертон» готовился в Австралии…

– …куда я давно мечтал съездить туристом. Работали мы нормально, провели там ряд полезных спаррингов. Австралия сама по себе – замечательная страна. Много людей, которые занимаются спортом. С некоторыми видами спорта я познакомился впервые в жизни. Поразила гармония, которая установилась там между человеком и природой. В мегаполисах совершенно спокойно живут диковинные животные, которые не боятся человека.

– Читал, вы отведали кенгуру?

– Одно из любимых блюд у австралийцев! Мясо этого животного жестковатое, но есть можно. Мясо кенгуру можно приобрести в супермаркетах, оно продается свежим и охлажденным.

– Вы ощущаете себя ветераном «Локомотива»?

– Меня впервые так называют. Нет, не ощущаю.

– Вы учились в локомотивской школе, провели несколько славных сезонов в основе, о вас с любовью вспоминают болельщики, в клубе вам каждый человек знаком. Ветеран!..

– Далеко не все мне знакомы. Текучка в последнее время такая, что не успеваю запоминать.

– Полагаю, вам трудно критиковать «Локомотив», говорить о проблемах клуба откровенно.

– Это почему?

– Ваш папа, Ринат Саярович, работает в структуре клуба. Не навредить бы ему неосторожным словом.

– Вы ошибаетесь. Я не в команде; не знаю многих подробностей, и к чему мне размышления? Конечно, у меня есть мнение по поводу всего происходящего, но, выразив его, боюсь оказаться неправым. Повторюсь: сейчас я живу жизнью «Эвертона», а за «Локомотив» просто переживаю.

– О процессах в «Локомотиве» сейчас много мнений: «бардак», «агония», «системный сбой»...

– В первую очередь что-то случилось внутри клуба, атмосфера не та. Нарушена гармония во взаимоотношениях главных участников жизни клуба, а именно – тренера, игроков, руководства, болельщиков.

– Но ведь была идиллия в 2004-м, когда после золотого матча в Ярославле вы пили шампанское!

– У победы, как известно, много отцов. Мы – чемпионы: тебе все улыбаются, хлопают по плечу. А потом наступает другое время – когда не складывается. Ты видишь, кто на самом деле был и есть с командой, а кто пустился в критиканство и истерики. Не думайте, что та чемпионская идиллия совсем ушла. В клубе и среди болельщиков остаются люди, у которых кулак не ослаб. У них нутро локомотивское. Порода! Такие люди есть, я знаю.

– Как вам видится на расстоянии диалог Юрия Семина с президентом «Локомотива» Ольгой Смородской?

– Это разговор начальника с подчиненным.

– Акционеры все же поддержали Семина после череды поражений, но ответ на вопрос, почему команда вошла в ступор, так и не получен.

– А может, это не ступор? Может, действительно наступил кризис? Кто-то из ребят, возможно, закис, кому-то травмы не позволяют выйти на уровень. И в итоге – более чем скромные результаты. А от команды при этом требуют больших побед. Начинаются скандалы, потому что с местом в десятке мириться никто не желает.

– Понятно, что «Локомотив» уже бесполезно «встряхивать». Ему нужно помочь. Но как?

– Быть может, требуется свежая кровь. Допустим, пару молодых талантливых ребят подвести к основе. Сильного легионера или даже парочку со стороны. Руководству клуба предстоит хорошо поработать над этим вопросом. И занятие это не на один день.

– Известно, что «Локомотив» не обделен финансово. Поэтому болельщики попрекают игроков высокими зарплатами, сдабривая это матерными кричалками. В свое время и вам доставалось.

– Я никак не реагирую на такие вещи. Меня не проймешь. Кто-то так высказывается либо от злобы, либо от глупости или зависти. Не надо попрекать футболистов деньгами и кричать: «Тупые миллионеры». Подобные упреки никогда не заведут игрока, а лишь добьют.

Если цель этих выкриков – лишь выплеснуть отрицательные эмоции или оскорбить человека, тогда все понятно. Наверное, нет от этого лекарства.

– Болельщики в Англии попрекают футболистов зарплатами? Оскорбляют? Скандируют матом?

– Нет. У них там свой кодекс чести, который можно выразить в одной-единственной установке: за команду всегда и везде.

Вот пример из концовки прошлого сезона. Очки нам были нужны позарез – шла борьба за место в еврокубках. Мы играли с «Вест Хэмом» и упустили победу на последней минуте. По нам был нанесен настоящий удар. Выходя со стадиона, мы встретили на автопарковке болельщиков. Ни одного плохого слова мы не услышали. «Это футбол, парни, не переживайте!», «Мы от вас не отвернемся!». От теплых слов настроение другое. Появляются оптимизм и вера в то, что мы обязательно исправимся.

Сейчас мне очень трудно представить себя на месте кого-то из ребят в «Локомотиве». Они выходят на поле напряженные, памятуя о недавних поражениях, а тут еще с трибун несутся оскорбления…