Кондуктор нажал на тормоза

Удалось – сборной России доволынить матч до победы, а нам – подозреваю, правда, далеко не всем – досмотреть. То и другое подразумевалось. Но то и другое – суметь надо было.

Зимовать будем без иллюзий. Сборная не пройдет оставшийся отборочный отрезок, печатая шаг, художественно-комбинационным маршем. Футбольный леший так и будет водить ее из стороны в сторону. В Скопье отбывала номер совсем уже не та команда, которая подарила увлекательный игровой час в Дублине.

Из качественных характеристик вчерашнего: две (самый что ни на есть мизер) проникающие атаки за матч. А первая попытка надежного и динамичного контроля мяча на македонской половине поля произошла на 75-й минуте. Ну да, вскоре после отраженного Акинфеевым пенальти. Опомнились: дескать, ого, так ведь и доиграться можем… не знаю уж, за что там арбитр этот пенальти поставил, но по ощущениям от нашей игры – в наказание за халтуру. И пришлось бы снова, как и в Дублине, учинять аврал, только теперь атакующий.

Словом, в который уже раз увидели вчера «наше все», до боли родное. После вымученных трех очков сборная, конечно, все нам коротко и ясно объяснит. Не сработал мобилизующий фактор. Турнирное положение поправили – а теперь кондуктор нажал на тормоза. А соперник никакущий – без опознавательных футбольных знаков. Как две капли схожий со сборной, скажем, нашего первого дивизиона. Ну и поле ко всему, вид которого явно выдавал македонскую военную тайну: непосредственно перед матчем здесь, по всей вероятности, копали картошку. Вот и сложилось то, что в футболе с некоторых пор называется «не день Бекхэма».

Вот только бродила ведь после Дублина несмелая надежда, что Адвокат снабдит команду некоторым запасом исполнительской прочности. Похоже, Дик и сам на это рассчитывал. Иначе какой был смысл в том, чтобы сдувать с состава пылинки, оставляя его неприкосновенным? Но состав-то, видно, наигрался с Ирландией по самое «больше пока не хочу».

Меня смутило, что вплоть до сигнала тревоги, пенальти то есть, Адвокат находился словно в прострации, хотя команда наша пятилась все больше и все больше позволяла в своей штрафной «труженикам села». А Аршавина, так, я бы сказал, футбольный бог велел убрать не на 81-й минуте, а немедленно после первого тайма. Ради будущего сборной следовало жестко и быстро вразумить ее капитана. Я бы даже сказал – пресечь. Нечаянная небрежность простительна, но небрежность вызывающая, которая шла у Аршавина беспрерывным мутным потоком, – кощунственна. Знаете, в отличие от некоторых коллег я всегда старался относиться к Андрею ровно, без перехлеста – но теперь боюсь, что объем его вчерашнего бракоделия вкупе с терпимостью к оному со стороны Адвоката нам еще аукнутся.

Единственное, что можно повторить из сказанного после Дублина: что бы мы без Кержакова делали? И там, и тут.