Стоим в пробке. Полемические заметки нашего обозревателя на финише сезона

Договорняк договорняку рознь. Точно так же, как дурной запах. Если у вас воняет изо рта, это стыдно. А когда вы решили, идя домой, пройти мимо стройки и в нос вам шибануло из строительного сортира, – это тоже неприятно, но маршрут вы выбирали, уважаемый, сами.

Я вот так примерно и отношусь к договорнякам на финише чемпионата. Я прочитал множество вопросов у себя на конференции в Интернете о матче «Терек» – «Анжи», несколько гневных заметок блоггеров и коллег… Знаете, я поступил умнее: просто не стал смотреть. Потому что не знаю, зачем на просмотр этого матча нужно тратить два часа жизни. И поэтому я даже не собираюсь догадываться, было там что-то или не было, оправдались мои подозрения или нет, и уж подавно не собираюсь ставить подобные вопросы перед общественным мнением.

Это имеет смысл хотя бы тогда, когда с трибун договорняк слышит свист в свой адрес.

А есть такие случаи, господа, и в нашей стране их полно, когда если команда – в определенной ситуации – не сыграет договорняк, ее просто не поймет ее же собственная публика. «Чёй-то?» — подумает публика… И замрет в безмолвии.

Футбольные власти чтобы услышали – это другое дело. Журналист – способ связи власти с обществом. Власти мы заставим обращать внимание на договорняки! Но делать это, когда общество все устраивает… вы извините, я — пас. Я не понимаю, во имя чего; я считаю правильным не ходить домой мимо строительного сортира, даже если выяснится, что там буквально сегодня разбили клумбу с незабудками.

Вот, собственно, что я могу заметить насчет матча, который я не смотрел, мнения о котором не имею и иметь не хочу. И констатировать могу лишь то, что покамест никто из знакомых не посоветовал мне насладиться этой феерией хотя бы в записи.

Это же даже не проблемы. Это как дома порядок навести – если, конечно, есть время, желание и пылесос. Куда как важнее, что нет ни времени, ни желания. И вот это – да, беда. И вот это проявляется в гораздо более глобальных вещах. Мне кажется, что все мы сильно подзабыли, ради чего вообще футбол нужен как таковой. И ради чего он нужен, в частности, нашей стране.

Вот, например, главный матч, витрину нашего первенства – «Спартак» против ЦСКА – у нас проводят на самом маленьком стадионе города. И стоит об этом заикнуться в критическом ключе, как аргументы сторонников такого решения моментально набегают на два ведра с коромыслом. Потому, что «нам нечего заботиться о сопернике», потому, что «это наш домашний стадион», потому, что «в Англии «Тоттенхэм» с «Арсеналом» все равно не пойдут играть на «Уэмбли».

А это полная ерунда, потому что в Англии «Уэмбли» выстроили и потом переделали — отнюдь не потому, что он зачем-то нужен «Тоттенхэму» и «Арсеналу»; а потому, что в Англии полно событий, на которые «Уэмбли» соберется. И поэтому футбол в Англии кормит, строит, заполняет восемь стадионов уровня премьер-лиги в одном городе Лондоне.

А у нас проводить самый популярный в стране матч на самом маленьком стадионе можно потому, что у нас эти резоны – от сборов на билетах и до популярности вида в стране — вторичны. По логике клуба ЦСКА, ратующего за проведение главного российского дерби в Химках, матч вообще следует сыграть в Ватутинках. Здесь нет ни единого, подчеркиваю – ни единого противоречия.

Ровно по той же причине сборная у нас едет играть в Воронеж товарищеский матч. Я знаю все эти замечательные слова: что сборная принадлежит всей стране, что люди должны видеть команду, что сами футболисты должны видеть, для кого играют…

Все это так. Но сборная тем не менее – профессиональное учреждение. И если она проводит товарищеский матч, у нее должно быть время для тренировочных занятий. И пусть она играет хоть в Сызрани, если там будут два отеля, чтобы разместить участников игры, международный аэропорт и тренировочные поля. А она, бог весть почему, в понедельник собирается после утомительного тура, к вечеру соберется, проведет, а может быть, и нет, одно восстановительное занятие, одна тренировка будет во вторник, а потом она в день игры поедет в Воронеж.

Команды премьер-лиги не ездят в день игры. А сборная – ездит.

Да и потом все немосковские игроки попадают на лишний переезд, потому что из Воронежа они в свои города не разлетятся. Конец сезона, все устали…

И Воронеж увидит вовсе не сборную, которая где-то в городе поселилась, осчастливила автографами детишек и пустила на тренировку воспитанников школы «Факела», — он увидит автобус сборной в день игры.

Мы снова все перевернули с ног на голову.

У нас растет хулиганизм вокруг спорта, радикальные группировки (что признанный факт) используются при случае, чтобы отгвоздить кого-нибудь – у нас на футбол люди по этой причине перестают ходить. Те, которые с детьми, с машинами, с семьями. Мы за эти годы продвинулись в чем угодно, кроме законодательства, которое позволяло бы управлять агрессивной публикой на трибунах. Такого закона, чтобы человек, например, отмеченный как футбольный хулиган, вместо посещения матча должен был являться в отделение милиции и сидеть там с книжкой или просто в потолок плевать, – такого закона нет.

Но это никого не волнует. Футбольное начальство приезжает на матчи своей дорогой, и все, что видит из ложи на трибуне, – красочный перформанс.

В общем, дело обстоит так же, как с пробками. Те, кто мог бы с ними побороться, ездят с мигалками.

У нас из шестнадцати клубов в чемпионате страны в семи зарплату не платят. Где три месяца, где полгода. Это разве не проблема? Это очень даже проблема, потому что игроки, которым не платят, не могут быть качественными конкурентами тем, кто обеспечен. Это проблема потому, что чемпионат не может состоять из одних суперклубов, физически не может – им с кем-то надо играть. И еще это проблема потому, что решается она у нас в стране исключительно двояко, и оба пути порочны: или обращением к власти, или банкротством.

А банкротство – штука простая: надоело людям команду содержать – они ее закрывают. Потому, что она была игрушкой. Наигрались – выкинули, и нет в этом ровно никакой драмы. В игрушки интересно самому играть. А смотреть, как играют другие, – нет.

Вот поэтому у нас на футбол и не ходят.

А в Англии ходят вовсе не потому, что интересно. Наоборот. Интересно – потому, что ходят. Покупают билеты, футболки, телетрансляции, потребляют рекламу, делают поддержку спорта престижной; а вот на эти деньги потом растут стадионы, причем не только в москвах, но и в воронежах; покупаются рональды…

Так бывает с футболом. А место любой игрушке рано или поздно, уж прости меня, плюшевый мишка, – на помойке.