Остаться людьми в толпе. Московские омоновцы и фотокор «КП» Сергей Шахиджанян спасли четверых южан от расправы

СОБЫТИЕ ДНЯ
БЕСПОРЯДКИ В МОСКВЕ И ПИТЕРЕ

ФОТОРЕПОРТАЖ «СОВЕТСКОГО СПОРТА» И «КОМСОМОЛКИ»

«Меня удивило, что один фотограф, вместо того чтобы снимать, стал разнимать дерущихся», – сказал мне вчера фотокор «Комсомолки» Сергей Шахиджанян, который в субботу фиксировал лицо «фанатского бунта» в районе Речного вокзала и Манежной площади в Москве. Впрочем, сам Сергей прекратил «жать на гашетку» в тот момент, когда четырех «героев» его фоторепортажа грозили добить. Вот история одной, центральной фотографии этого разворота.

«Лицо неславянской национальности», Шахиджанян был одним из немногих снимающих журналистов утром на Кронштадтском бульваре столицы, через который шли сотни желавших помянуть погибшего спартаковского фаната Егора Свиридова.

«Никакой агрессии в мой адрес, – утверждает Сергей, – я видел людей в шарфах нескольких московских клубов, но таких было меньшинство, все вели себя спокойно, мне даже помогли забраться для лучшего ракурса на металлическую стойку, где летом висят цветочные горшки».

На площади Революции он снимал толпу, которая по сигналу зеленой ракеты двинулась на Манежную. И оказался почти прижат к той машине «скорой», у которой разыгралась одна из самых драматичных сцен этого черного дня.

«Милиционеров, как и мальчишек-южан, которых они защищали, было четверо, – вспоминает Шахиджанян, – без спецсредств, без касок и дубинок. Одного сбили с ног при отступлении к «скорой», которая оказалась закрытой. А тех, кто нападал, – не меньше пятидесяти. Они накатывали волнами, раза четыре, в капюшонах, но без масок. Прыгали через милицию, чтобы ударить этих 16-летних пацанов, один из которых, в синем спортивном костюме, залез под «Газель». Все длилось минуты две, когда со стороны журфака МГУ подошел ОМОН.

А через несколько минут – новая толпа. Эти четверо все в крови – помощь им тогда никто не оказал – ко мне: «Дяденька, помогите выбраться!» Бежим к омоновскому автобусу на Моховой, тот дверь закрывает, я в нее колочу и корочку редакционную сую: «Открывай!». Нормальный лейтенант оказался – впустил их, я дальше пошел».

Когда Сергей снимал все происходившее, его толкали, били по голове, но он отработал до конца.