Ребята с нашего двора. Тренер российской «молодежки» Дмитрий Ульянов рассказал о главных проблемах развития детско-юношеского футбола

После триумфа заявки России на проведение ЧМ-2018 к нашему детско-юношескому футболу особо пристальное внимание. Кто сможет побороться за мировое первенство через восемь лет? С этим вопросом мы обратились к Дмитрию Ульянову. Он несколько лет отработал в юношеской сборной России (1993 г.р.) и в детской школе «Локомотива». А с нынешнего года помогает Николаю Писареву в российской «молодежке».

Экс-полузащитник ЦСКА и «Торпедо» рассказал о проблемах детско-юношеского футбола и о том, как их решить.

– У нас огромная страна, и это одна из причин, почему мы не можем собрать всех лучших. Селекционеры и тренеры на местах иногда не доносят о хороших мальчишках в каких-то возрастах. Штат не раздуешь настолько, чтобы тренеры поехали в Хабаровск или Владивосток посмотреть на одного игрока. У нас отследить футболиста тяжелее, чем в европейских странах. Скажем, Жирков приезжал на просмотр во все клубы, но увидели его только в одном. С другой стороны, в том, что Россия столь велика, есть и свои плюсы: нам есть из кого выбирать.

– Надо организовать 5–6 академий по региональному принципу, разработать единую методику, пригласить лучших тренеров, дать им хорошую зарплату. Академия Коноплева – та модель, о которой я говорю. Но инвестором должно быть государство, а не частное лицо. Пусть все топ-клубы развиваются по своим методам, а в академиях нужно сделать государственную федеральную программу по развитию футбола. Существует же бесплатное обучение в общеобразовательных школах?

Помимо прочего, мы добьемся того, чтобы лучших мальчишек не везли сразу в Москву. Ведь это тоже проблема, когда 10–12-летних ребят отрывают от семьи и везут в интернаты. Москва – огромный мегаполис, сразу появляются соблазны. Родителей нет, все по-разному реагируют на подобную свободу. Кто-то начинает усиленно тренироваться, а кто-то дает слабину.

– В футболе должны работать профессионалы: и в школах, и в академиях, и в сборных, и на местах. Не в обиду никому будет сказано, но у нас недостаточно квалифицированных тренеров. Человек сам себя на месте не может обучить. У каждого при этом разные подходы, разные методы. С другой стороны, у тренеров такие зарплаты, что с них и спрашивать-то неудобно. На периферии люди получают по 3–5 тысяч рублей за ту же работу, за которую в Москве кое-где уже и по 80 тысяч платят. Что провинциалам делать? Прошло время, когда люди шли работать за экипировку, заграничные поездки или за суточные.

– Тренер для молодого игрока – это и нянька, и друг, и соратник, и учитель. Именно вокруг тренера в нашей системе должно все строиться. Для повышения квалификации специалиста необходимо его готовить, обучать, проводить семинары, посылать в загранкомандировки – и федерация должна оказывать в этом финансовую поддержку. Да, существует Высшая школа тренеров. Она готовит хороших отечественных специалистов. Но этого недостаточно. Было бы здорово, если б специалисты, получившие образование, в том числе и тренеры сборных, передавали свои знания коллегам в регионах.

А вообще-то мы должны изначально признать, что тренер перспективен, а то, бывает, начинающим заявляют: «Не хочешь здесь работать – иди отсюда!». Если мы создадим для наших тренеров такие условия, что он будет каждый день стремиться на работу, а не бежать с нее, результаты не заставят себя ждать.

– В 2004–2005 годах в академию «Локомотива» приезжал тренер-бразилец. Через некоторое время его сменил австриец, начал учить по-своему. Теперь и он ушел. Но за месяц-то не научишь! Для любой программы необходимо минимум 5–8 лет для реализации. А у тренеров контракты на год. Люди перестраиваются под его мышление, кто-то не согласен с его взглядами и увольняется, кого-то он сам увольняет. И потом – бац! – он сам уходит. Получается, те два года, что тренер вдалбливал, переучивал, – все насмарку? А его сменщик все строит заново. Нет преемственности, четкой политики. Каждый новый руководитель приглашает своих людей. А у тех, само собой, новая программа.

– Один из вариантов, если авторитетный тренер-иностранец подписывает соглашение с академией на восемь лет. Но под него надо закрутить все: создать те же бытовые и финансовые условия, которые приносили ему успех там, перевезти тренерский состав. Но прежде всего надо определиться: мы ему доверяем или мы боимся отдать ему целое поколение?

В идеале, конечно, лучше, если мальчишек будут учить свои, проверенные специалисты, потому что языковой барьер никто не отменял. Нам надо взять лучшее от ведущих стран и вставить эти знания в нашу систему. Вернее, в нашу бессистемность, потому что системы пока нет. Но у нас и сейчас уже есть хорошие тренеры.

– В России разбрасываются талантами. Мы обязаны продлить срок обучения ребят в футбольных школах на два года – до 19 лет. А то получается, что парень заканчивает школу в 17 лет, попадает в молодежную команду, его смотрят в течение года и говорят: «Потенциал вроде есть, но парнишка маленький, худенький – не тянет». Отчисляют. И все 10 лет, когда он тренировался, когда на него затрачивали деньги, – в никуда. Из-за этого мы теряем до 70 процентов молодых футболистов! Нужно просто дать ребятам еще два года, чтобы они элементарно подросли, поднаторели в тактике. А то ведь хотят, чтобы звезды появлялись уже в 17 лет. Но у нас лишь единицы заиграли с 17! Дзагоев, а до него -– Стрельцов. Мы сами создаем условия, чтобы такие футболисты не появлялись.

– Нужно сделать или общий чемпионат в регионах, или чемпионат России для игроков 17–19 лет, который будет идти параллельно первенству молодежных команд. Да, это крупные финансовые вложения. Но и отдача окажется намного больше, чем сейчас. Сейчас Сергей Фурсенко создает студенческую лигу. Тоже хороший вариант, но это лишь первый шаг к изменению ситуации.

– Я не против, чтобы люди хорошо зарабатывали. Но когда 18-летнему парню из дубля дается контракт на 5 тысяч евро в месяц, то куда ему стремиться? Он здесь-то через раз проходит в состав и при этом далеко не звезда. Живет припеваючи, особо не напрягаясь. У нас даже опытные футболисты в первой лиге не всегда столько получают. Предложишь этого мальчишку на правах аренды какому-то клубу из первой лиги, так тренер скажет: «А зачем он мне нужен? Мне его готовить надо, а результат нужен сегодня, у нас каждый матч, как последний». Да и сам парень не поедет биться. Он в Москве живет, у него и так все хорошо.

– Это вопрос клубной политики. Игрок должен не получать деньги, а зарабатывать их прогрессирующими контрактами. Попал в заявку – добавили тысячу долларов, сыграл за молодежную команду – получил еще, привлекался в основной состав – снова бонус. Все это можно расписать и нормально вести. Но пока такие контракты – исключение. Обычно к руководству приходит агент и мягко намекает, что забирает футболиста в другую команду. Естественная реакция начальника: уж лучше дадим ему деньги, а то сколько шуму будет, если он уйдет, мы ведь его воспитывали. Помните шумиху вокруг перехода Кокорина из «Локо» в «Динамо»? После этого московские клубы даже джентльменское соглашение заключили, что не будут воровать игроков по школам других столичных команд. Но вето недолго продержалось.

Уже лет пять обсуждаем возможность установления потолка зарплат хотя бы для молодых игроков. Может, вообще не платить до определенного возраста, а установить на законном основании стипендии, одинаковые для всех?

– У нас родители столь влиятельны, что даже тренера могут снять. Что делать, если вашего ребенка не ставят в состав, не дают игрового времени или отсеивают? Рецепт прост. Родители пишут коллективное письмо и идут к высшему руководству. Самый излюбленный сюжет: тренер берет взятки. Как бывает? Родители собирают деньги на день рождения, Новый год, 23 февраля и дарят тренеру в конверте либо покупают подарок. И вот ты уже попадаешь под статью «взятки». Если начинается разбирательство, следуют другие письма. А вот он моего мальчика обозвал козлом и так далее. Такой ком иногда просто сбивает тренера с ног.

Еще один момент – поведение родителей во время матчей. Орут, обзывают детей, тренера, друг друга. Если отец дома тиран, то его сын и во время игры не сможет раскрепоститься, а будет с опаской на трибуны посматривать.

– Как с этим бороться, если людям элементарно не хватает воспитания? Общество у нас такое, и за один день тут ничего не изменишь. К примеру, на Западе родители игроков не имеют права контактировать с тренером. Есть вопросы – можешь поговорить с руководством, и то сначала обратитесь к нему через Интернет, а тебе ответят, когда смогут принять.

Насколько я знаю, когда «Динамо» играет в манеже, родителей не пускают внутрь. Но не все же матчи можно проводить в закрытых помещениях. Я считаю, что сразу после набора детей в школу спортивный директор академии должен провести собрание и сказать: «Если я услышу оскорбления в адрес тренера или игрока, мы вас больше не пустим на территорию или отчислим вашего мальчика». А самому тренеру изо дня в день необходимо гнуть свою политику и не отступать от сказанного.

– В школе «Локомотива», кажется, все есть: инфраструктура, хорошее поле. Но на территории школы – проходняк. На стадионе постоянно находятся какие-то люди, проводятся какие-то корпоративные турниры. Для плодотворной работы необходимо, чтобы вокруг команды была аура. А для чиновника, зарабатывающего деньги, моя аура до фени.

Да, сейчас такое время, что надо зарабатывать, это вопрос коммерции. Но на территории базы «МЮ», «Челси», в подготовительных центрах во Франции не увидишь посторонних людей. Это создает семейную атмосферу, а у нас ребята порой чувствуют себя как в гостях.

Знаете, с какой ситуацией я встречался в регионах? «Национальная академия футбола» или РФС открывают для школы шикарный стадион, но ребятишки продолжают тренироваться на старых полях, потому что новое сдается в аренду бизнесменам. Иногда тренировки ребят не могут начаться в срок из-за того, что затягиваются какие-то турниры с участием местных «тузов».

– Пора бы чиновникам расставить приоритеты и прекратить гнаться за сиюминтуной прибылью. Бизнес бизнесом, но школьные стадионы должны использоваться по назначению. Похоже, не все понимают, что мелочей в футболе не бывает. Лишних людей на территории школ быть не должно, и об этом необходимо заботиться именно руководителям.

Дмитрий Ульянов по просьбе «Советского спорта» составил свой вариант национальной команды России, которая должна представлять нашу страну на чемпионате мира 2018 года. «Это сборная-2018 на завтрашний день, – пояснил Ульянов. – Думаю, что через 8 лет мы увидим команду, которая процентов на 40 будет отличаться от моего варианта».

Игорь АКИНФЕЕВ (ЦСКА)

Сергей ПАРШИВЛЮК («Спартак»)

Тарас БУРЛАК («Локомотив»)

Виктор ВАСИН («Спартак-Нальчик»)

Георгий ЩЕННИКОВ (ЦСКА)

Павел МАМАЕВ (ЦСКА)

Александр КОЛОМЕЙЦЕВ («Амкар»)

Алан ГАТАГОВ («Локомотив»)

Александр КОЗЛОВ («Спартак»)

Александр КОКОРИН («Динамо»)

Федор СМОЛОВ («Динамо»)

«Советский спорт» в этом году уже неоднократно публиковал материалы о проблемах детско-юношеского футбола в России, а также о том, как эти проблемы решаются за рубежом. Вот список некоторых из этих публикаций:

1. «Десять миллионов в год – за будущее бундестим», номер от 23 июня 2010 года.

2. «Обыкновенное немецкое чудо», номер от 5 июля 2010 года.

3. «А мы хотим выиграть чемпионат мира…», номер от 13 августа 2010 года.

4. «Глава «программы поддержки талантов» в Германии Ульф Шотт: Готовы поделиться опытом с РФС», номер от 10 сентября 2010 года.

5. «Им не нужна сборная-2018…», номер от 30 октября 2010 года.

6. «Потерянное поколение?», номер от 16 декабря 2010 года.

Надо отдать себе отчет: простых решений при подготовке резерва нет. И быть не может. На Западе десятилетиями идут к цели, которой у нас требуют достичь за один год. Первым шагом, на мой взгляд, должно стать увеличение века футболиста в школе с 17 до 19 лет. В 17 парень не может конкурировать с игроками основы. Создание юниорской сборной – это уже плюс.

Все спрашивают, кто будет выигрывать для России ЧМ-2018. Недавно в товарищеском матче наша «молодежка» обыграла Францию, одну из самых сильных сборных наряду с Испанией. Там в основе играли чемпионы Европы среди юношей до 19, кто-то из ребят играет в «Манчестере», кто-то в «Тоттенхэме». Наша победа говорит о том, что не все так плохо. После матча к нам подходили скауты из «Лиона» и «ПСЖ» и интересовались Кокориным и Смоловым, это уже о многом говорит. Щенников играет за ЦСКА, Гатагов пробился в первую команду «Локо», Коломейцев на постоянной основе выступает за «Амкар» – ребята играют. Если даже сейчас, когда, по сути, нет системы, мы можем конкурировать с сильнейшими, то есть повод смотреть в будущее с оптимизмом.

Когда мы все свяжем в единое целое, у нас не только в 2018-м будет конкурентоспособная команда, но и в последующие годы – на ЧМ жизнь не заканчивается?