Бывший тренер сборной Франции Раймон Доменек: Меня приглашают на роль старика…

Раймон Доменек, с позором изгнанный с поста главного тренера сборной Франции, заговорил спустя восемь месяцев после скандала в лагере трехцветных на чемпионате мира в ЮАР. Вчера в издании «L’Express» вышло интервью специалиста, ныне тренирующего детей и снимающегося в кино.

Напомним, в перерыве матча Франция – Мексика между Доменеком и нападающим Николя Анелька произошла ссора. Анелька позволил себе нецензурные выражения в адрес тренера. Подробности просочились в прессу, футболист был изгнан из команды, остальные устроили забастовку…

Приводим наиболее интересные цитаты интервью Доменека.

(О ссоре с Николя Анелька и Тьерри Анри): – Я не могу вспоминать о том, что произошло между мной и Анелька в перерыве матча. Дело в том, что в настоящее время не поставлена точка в судебном процессе между футболистом и газетой «L’Equipe», которая все это опубликовала. Скажу лишь, что Анелька получил целый тайм с Мексикой для того, чтобы проявить себя как футболист, а я все это время выполнял работу тренера. Что касается Анри и его критики, то кондиции уважаемого Тьерри не соответствовали статусу лидера. Отсюда и проявление с его стороны человеческих слабостей… Но, признаться, ночами я мучаюсь: почему не говорил добрых слов этим и другим игрокам? Надо было говорить им что-то хорошее.

(Об отказе пожать руку тренеру южноафриканцев Парейре): – Я не лицемер. Я же помню, какие мерзкие вещи Парейра говорил о моих игроках. В частности, об Анри, который якобы обманщик. Не жалею, что не пожал руки, и в то же время отдаю себе отчет в том, что многих шокировало мое поведение.

(О забастовке игроков, заменившей тренировку, и открытом письме, которое зачитывал Доменек): – Это была банда мерзких типов. Они как будто сошли с ума. Да, я пошел к журналистам зачитывать письмо, которое игроки написали перед забастовкой. Акция длилась уже час. Требовался человек, который сорвал бы этот маскарад. Собралась толпа; камеры были устремлены на автобус нашей сборной, раздавались смешки. Я не мог больше терпеть это зрелище. Был вынужден зачитать письмо, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

(О выступлении перед игроками министра спорта Роселин Башло): – Она хотела нормализовать обстановку в команде. Говорила проникновенно, как мать с сыновьями. Потом в газетах писали, что некоторые игроки плакали. Чушь! Они хохотали с издевкой.

(О связях игроков с внешним миром в лагере сборной): – Существует миф: якобы я изолировал игроков во время ЧМ. Это какой-то мыльный пузырь! У них было по три мобильных телефона, по два компьютера. Они быстрее меня узнавали любую информацию, контактировали с внешним миром, когда им заблагорассудится! И персонал сборной не мешал им общаться. Но они даже пресс-конференции не желали посещать.

(Об отношениях со специалистами и журналистами): – Дюгарри, Лизаразю и другие нещадно критиковали меня на телевидении. Это очень красивая профессия – говорить, сидя в кресле. Я надеялся, что они предложат что-то дельное, поделятся опытом, но от них исходил только негатив. Пресса относилась ко мне с уничижением. «Плохой тренер. Гадкий характер. Не умеет общаться». А сами, едва увидели президента моего нового клуба «Булонь-Биланкур», стали расспрашивать его: «Сколько денег попросил у вас Доменек?». Если бы меня так волновали деньги, то я бы пошел не к детям, а в клубный футбол. Между тем я получаю дружественные послания от профессиональных французских тренеров, на улице меня подбадривают прохожие.

(О ТВ и кино): – Меня не приглашают на телеэфиры, где обсуждают футбол. Это парадоксально. Зато приглашают в кино. На роли стариков. Знаете, вырисовывается образ пожилого человека, который опытен и мудр. В мире кино меня понимают лучше, чем в футбольном…