«Я старше тренера. Ну и что?»

САРКИС ОВСЕПЯН. «Самый лучший из армян – наш защитник Овсепян» – когда-то было одной из самых популярных кричалок на «Петровском». С тех пор прошло уже почти десять лет, а 38-летнего экс-защитника «Зенита» по-прежнему можно увидеть на поле, и в эту субботу именно он выведет сборную Армении на матч с Россией.

В преддверии этого события корреспондент «ССФ» отправился в Ереван на интервью с капитаном.

Овсепян назначает встречу в стильном кафе напротив Лебединого озера. Мы с пресс-атташе «Пюника»
Вааном Даниеляном первыми подходим к месту. Когда замечаем на противоположной стороне улицы Овсепяна, то мне кажется, что он до нас доберется не скоро. Все-таки человек, отыгравший 118 матчей за национальную футбольную сборную и в 38 лет продолжающий оставаться ее капитаном, по определению должен быть одной из главных достопримечательностей столицы. Но, оглядевшись по сторонам, я понимаю, что единственные, кто смотрит на Саркиса, – мы с Вааном. Слившись с толпой, Овсепян неспешно переходит дорогу и подходит к нам.

В кафе наше появление тоже не производит фурора. «Золотая» ереванская молодежь, за коктейлями и покером коротающая учебные будни, совершенно не обращает на нас внимания.

– С Питером совсем не сравнить, – говорит Овсепян. – Там, даже если тебе 18 лет и ты только начал играть за дубль, тебя уже узнают на улице. А игроки основы чувствуют себя богами. Даже неудобно иногда было. С нас, например, никогда не брали денег в ресторанах. Мы даже стали сразу предупреждать на входе, что, если нам не принесут счет, мы сюда больше ходить не будем.

– Когда в последний раз были в Питере?

– Давно. Как 2003-м ушел из «Зенита», больше не приезжал. Очень хочется съездить, но никак по времени не получается.

– Общаетесь с кем-то из той команды?

– Нет. Я не очень люблю общаться на расстоянии. Не понимаю, как можно дружить по телефону.

– Предлагаю поностальгировать по 1990‑м и вспомнить самых главных персонажей того «Зенита». Что, например, больше всего запомнилось в Мутко?

– Его отношение к игрокам. Если футболист приезжал к нему с вопросом, а у Мутко в кабинете в это время сидел какой-нибудь чиновник, то чиновник уходил из кабинета и возвращался только после того, как выходил игрок.

– Разговор с Мутко, который больше всего врезался в память?

– Однажды я подхватил вирус. Врачи не могли понять, в чем проблема. Мутко отдал полторы тысячи долларов на лечение и сказал: «Пока не выясним, что у тебя, ты ногой на поле не ступишь». Другой бы плюнул, а он очень заботился о футболистах.

– Когда Мутко удивил сильнее всего?

– Когда ушел из клуба. До сих пор не понимаю, что там случилось. В команде никто даже не думал, что такое может случиться. Мы просто не понимали, как можно взять и убрать человека, который столько сделал для «Зенита». Очень запомнилось поведение Мутко в той ситуации. Он не стал никого поливать грязью, сказал всем «спасибо» и ушел. Повел себя как настоящий мужчина.

– Мутко позиционировал «Зенит» как «экологически чистый клуб». Вы чувствовали, что находитесь в неравных условиях по сравнению с другими командами?

– Конечно. Помню, у нас всегда были очень трудные игры с «Ротором». Мы обычно всегда им проигрывали – и на выезде, и дома. Был момент, когда в команде стали шутить: «Давайте хоть раз предложим им обменяться победами, чтобы переломить ситуацию». Но всерьез об этом даже речи не было. Выходили против них – и снова проигрывали.

А еще многие команды бились против нас назло. Обычно так было уже на финише сезона. Некоторые клубы, уже решившие свои задачи, ждали, что мы предложим им купить игру. Мы ничего не предлагали, им становилось обидно, и они выходили на поле очень злыми. Нам это было даже приятно, хотя и тяжело.

– Видели знаменитую речь Мутко «Лет ми спик фром май харт»?

– (Хохочет.) Конечно, в Армении она тоже стала хитом. Вообще это очень характерная история про Мутко. Если надо что-то сделать, он обязательно сделает. Я не удивлюсь, если Мутко действительно выучит английский, как обещал.

– В «Зените» вы работали с четырьмя тренерами. Первым был Бышовец, о котором вы несколько раз говорили: «Он мне – как второй отец». Обычно игроки, которые поиграли у Бышовца, говорят о нем разное. Некоторые футболисты «Локомотива», например, обвиняли его в том, что он берет деньги за попадание в состав.

– Я слышал разговоры. Что тут сказать? Я просто не могу поверить, что Бышовец способен на такое. Скажу больше. Когда нам в «Зените» давали премиальные, например по сто долларов на человека, Бышовец из своего кармана каждому игроку платил еще по сто долларов. Как такой тренер может брать деньги за попадание в состав? Чушь какая-то.

– При Давыдове в 1999-м вы выиграли Кубок России. Почему он пока так и не стал для «Зенита» своим Дель Боске?

– Потому что не просит много денег. Видимо, в руководстве клуба считают, что Давыдов недостаточно статусный тренер для такой команды. Возможно, он слишком хороший и добрый человек. Хотя так и должно быть, но в России обычно востребованы другие тренеры.

– Морозов всегда производил очень суровое впечатление. Хотя бы раз видели, как он шутит?

– Нет. Когда мы выиграли бронзовые медали, он приехал на базу и сказал: «Вот видите, ребята, я же вам говорил: работайте на совесть – и обязательно получите свое». В тот момент он чуть-чуть усмехнулся, но не улыбнулся.

– Помните момент, когда Морозов чуть не выгнал из команды Аршавина?

– Это когда Аршавин не хотел подписывать новый контракт? Конечно, помню. Но видите, как все в итоге получилось. Морозов тогда настоял на своем. А если бы в команде был другой тренер, Андрей вполне мог бы уйти в другой клуб и там пропасть.

– С приездом Петржелы ваша карьера в «Зените» закончилась. Чем вы не устроили чеха?

– Непонятный для меня человек. Когда он пришел в «Зенит», всем рассказывал, что Овсепян – его любимый футболист и все должны на меня равняться. А потом начался сезон, и я оказался на скамейке. И никаких объяснений. Даже Мутко, когда у нас было собрание, спросил Петржелу: «Почему ты Овсепяна не ставишь?» А он ответил: «Не знаю, просто хочу его убрать». Помню после нескольких поражений подряд болельщики приезжали на базу и пытались на-
ехать на Петржелу. Кричали: «Мы за вас головы людям разбиваем, а вы что?!» Я тогда вышел к ним, объяснил, что мы ради них тоже кости ломаем, и в итоге отбил Петржелу. Он мне даже «спасибо» сказал, но все равно при нем у меня не было будущего в «Зените».

– Главная звезда «Зенита» в те годы?

– Панов. Он всегда чувствовал себя звездой. А после двух голов Франции вообще зазвездился. Даже с мэром города мог вальяжно разговаривать. Но в команде его все равно любили. Знали, что человек любит попонтоваться, но воспринимали его таким, какой есть. Тем более он действительно был отличным футболистом.

– У кого был самый крутой характер?

– У Бабия. Очень любил драться. Когда чуть-чуть выпивал, всегда дракой заканчивалось. Когда мы с ребятами ходили куда-нибудь отдохнуть, обязательно присматривали за Бабием, чтобы он что-нибудь не натворил. Он и на поле был таким. Если ему кто-нибудь по ходу тренировки или игры что-то говорил, он всегда отвечал: «Давай сейчас после тренировки отойдем куда-нибудь, поговорим». В команде его характер отлично знали, поэтому никто особо не нарывался.

– Говорят, в «Зените» тогда было четкое разделение на стариков и молодежь. Если молодые во время двусторонки «возили» стариков, им это дорого обходилось.

– Неправда. Мы разделялись, только когда отдыхали. Если мы с ребятами шли в ресторан, то молодежь, естественно, не брали. Зачем? Выпивать их учить?

– Самый большой нераскрывшийся талант?

– Сергей Васянович. Когда он в 2001 году в первом матче чемпионата с «Ростсельмашем» сделал три голевые передачи, мы все были уверены, что парень далеко пойдет. Но человек очень быстро скис и пропал из футбола. Видимо, характера не хватило.

– О чем подумали, когда в первый раз увидели на тренировке Аршавина?

– Уже после первых пяти минут занятия понял, что он будет играть на серьезном уровне. Как и Кержаков. Хотя они были разными по характеру. Кержаков уже тогда был вспыльчивым, а Аршавин, наоборот, очень спокойным и рассудительным для своего возраста.

– Вы участвовали в их воспитании?

– А этого просто не требовалось. Были молодые игроки, которым нужно было постоянно что-то объяснять и рассказывать. А эти просто смотрели на старших – и все понимали.

– А про Быстрова что скажете?

– Очень легкий. И на поле, и в жизни. Не понравилось в «Зените» – раз, и ушел в «Спартак». Помню, он тогда советовался со мной. Я ему сказал: «Если в «Спартаке» тебе предлагают лучшие условия и больше тебя ценят, уходи». Думаю, он все правильно тогда сделал. У Володи не такой характер, как у Аршавина с Кержаковым. А тогда он вообще был ребенком. Если бы остался в «Зените», мог бы сломаться.

– Денисов всегда был таким брутальным, как сейчас?

– Нет. Тогда он был очень тихим. Да и куда ему было высовываться, когда такие дядьки рядом! Но лично я и сейчас не считаю Денисова каким-то беспредельщиком. В команде должен быть такой игрок.

– Александр Панов как-то признался, что уже потратил все заработанные в «Зените» деньги. Когда читает про нынешние зарплаты зенитовцев, то жалеет, что не родился на десять лет позже. Вас тоже посещают такие мысли?

– Никогда об этом не думал. Могу только порадоваться за ребят, которые сейчас играют в «Зените». Но нам по меркам тех лет платили тоже очень хорошо. Когда я в 1998 году переехал из Еревана в Петербург, это была другая планета. В клубе сразу же дали служебную машину. Сейчас, правда, наверное, «Мерседесы» дают, а мне тогда «девятку» дали. Но все равно было круто, тем более потом ее на «Мазду» поменяли. Еще помню, что в первый год мы на старте обыграли «Спартак» и ЦСКА, и нам дали такие премиальные, что я мог купить сразу две квартиры в Ереване!

У меня до сих пор все что есть – это заработанные в «Зените» деньги. Даже магазинчик с одеждой открыл в Ереване на зенитовские сбережения. А если Панов не смог по-умному разобраться в своих финансах, никто не виноват. Для него, наверное, и 30 млн – не большие деньги. Может, он хочет купить самолет? Это было бы в его стиле. Пусть тогда хотя бы позвонит, вместе полетаем (смеется).

– После «Зенита» у вас был сезон в «Торпедо-Металлург». Почему решили там не задерживаться и вернуться в Армению?

– Я очень пожалел, что пошел туда. С «Зенитом» не сравнить. Очень тяжелая атмосфера в команде. Никто из ребят не любил клуб, все просто играли за деньги.

И все из-за одного человека – Бело-уса. Главная его беда – подозрительность. Ему какой-нибудь агент что-нибудь на ухо шептал – а он сразу верил. Помню, у нас была игра с «Сатурном», так на нее вообще никто не хотел выходить. Потому что до матча пошли слухи, что мы продали игру, и ребята просто боялись играть. Одна ошибка – и тебя сразу могут так в дерьмо втоптать, что потом до конца карьеры не отмоешься. И так постоянно было. Стоило один раз проиграть, сразу начинались разговоры: этот продал игру, тот продал. Белоус всех подозревал.

– Из прошлого – в настоящее. Во-первых, научите, как надо жить, чтобы в 38 лет оставаться профессиональным футболистом…

– Очень большую роль играют гены, и мне с этим очень повезло. Можно сколько угодно режимить, но если мышцы плохие и организм слабый, все равно придется рано закончить. А я не робот, иногда могу попить пива, чуть-чуть водочки. Но только в отпуске.

– Нынешнюю сборную Армении называют самой сильной за всю историю. Вы тоже так думаете?

– Если судить по результатам – да. Раньше у нас тоже было много хороших игроков, но результата не было.

– Что изменилось?

– У нас сейчас очень хороший тренер. Раньше часто было так: есть известный игрок, но он не в форме, а его все равно ставят в состав. Сейчас такое невозможно. Вообще все стали больше играть на команду, а не каждый сам по себе, как раньше. Плюс мы поменяли тактику. Теперь играем в нашу игру, атакуем, держим мяч. А раньше в основном защищались.

– Как вы строите отношения с главным тренером, который на два года младше вас?

– Как обычный игрок. Если я футболист, а Минасян – мой тренер, значит, он старше меня. По-другому нельзя. Если я начну выпендриваться, с меня и другие начнут брать пример.

– Двадцать шестого марта будет самый важный матч в истории армянского футбола?

– Почему?

– Потому что соперник – Россия и потому что у вашей сборной сейчас есть реальный шанс выйти на Евро.

– А с чего вы взяли, что Россия для нас – принципиальный соперник? Вот когда играли с Турцией, тогда да, это был вопрос национального престижа. А Россия – наши друзья. Принципиально только то, что если мы выигрываем, то на 80% обеспечиваем себе выход на Евро.

– В Ереване сильный ажиотаж по поводу матча?

– Да. Еще в феврале по телевизору сказали, что все билеты на игру проданы. Мне оборвали телефон, спрашивали, могу ли помочь с билетами. На самом деле их тогда еще даже не напечатали, кто-то просто решил запустить такой слух.

– Слух, который с подачи армянских журналистов долетел даже до России: РФС собирается купить матч у Армении.

– Мы с ребятами тогда были на сборах и прочитали про это в Интернете. Как отреагировали? Посмеялись. А как на это еще можно реагировать? Такие разговоры происходят уже не в первый раз. Помню, когда я забил гол и мы выиграли у Бельгии, некоторые журналисты написали, что мы купили тот матч. Как вообще до этого можно было додуматься? Да у Армении банально денег не хватит, чтобы купить бельгийцев!

– Роман Березовский в зимнем интервью «ССФ» признался, что продлил карьеру еще на год специально ради матчей с Россией. Вы про себя так можете сказать?

– Нет. Если я сейчас почувствую, что больше не могу, то сразу уйду, и мне будет не важно, кто у нас следующий соперник. Но пока чувствую себя отлично, с удовольствием бегаю с молодыми. Но мне, конечно, тоже было приятно, что мы попали в одну группу с Россией. Еще бы очень хотелось, чтобы второй матч прошел в Питере. Слышал, есть такая вероятность.

– Вас вдохновили последние поражения сборной России?

– Это были товарищеские игры. Я сам прекрасно знаю разницу между отборочными и товарищескими матчами. Очень глупо рассчитывать на то, что если Россия проиграла Ирану, то она сейчас очень слабая.

– Два последних отборочных матча сборной России получились разными. В Ирландии на поле вышла очень злая команда, готовая рвать и метать, а через три дня в Македонии та же команда с трудом удержала минимальную победу. Как думаете, какая из двух сборных приедет в Ереван?

– Надеюсь, что вторая. Мне очень хочется, чтобы ваши игроки относились к Армении так же, как к Македонии. Тогда у нас будет намного больше шансов на победу.

Родился 2 ноября 1972 года.

Гражданство: Армения

Клуб: «Пюник» (Ереван).

Амплуа: защитник.

Рост 181 см, вес 72 кг.

Карьера: выступал за армянские клубы «Малатия» (1990), «Лори» (1991), «Пюник» (1992–1997
и с 2004 года), питерский «Зенит» (1998–2003), «Москву» (2003).
В чемпионатах России сыграл 155 матчей, забил 2 мяча.

Достижения: обладатель Кубка России (1999), бронзовый призер чемпионата России (2001). Чемпион Армении (1992, 1996, 1997, 2004–2010), обладатель Кубка (1996, 2004, 2009, 2010) и Суперкубка (2004, 2005, 2007, 2008, 2010) Армении. Лучший футболист Армении (1992, 1995, 2008).

Сборная: за сборную Армении с 1992 года сыграл 118 матчей (рекорд страны), забил 2 мяча.