Юрий Цыбанев: «Зенит» сознательно не внес в заявку доморощенного футболиста

«Зенит» сознательно не внес в заявку на матч доморощенного 20-летнего футболиста. При том, что по количеству в основе этих самых доморощенных, более взрослых, чемпион до сих пор ходит у нас в лидерах: Кержаков, Малафеев, Быстров, Денисов, Ионов.

Своим почти демонстративным поступком «Зенит» дал отличный пас на ход мыслям – в развитие темы, атакующей наш футбол, как боксеры бы сказали, прямым в голову. О поколении, зашедшем в футбол в нулевое десятилетие. О поколении нулевом.

Четвертый тур вообще, словно специально такой целью задался, преподнес отдельную законченную историю на тему, инициированную зенитовской незаявкой.

В Самаре на труднопроходимом поле мучился бесплодием «Локомотив» – а больше всех Лоськов. Мучился, но не оставлял стараний, выжимая из себя все, что осталось. У него не получается, у него даже коронный пас не идет, но он по-прежнему назначен главным уполномоченным за локомотивскую атаку.

Зенитовский мяч забил Зырянов. Он сумел подхватить рывок Кержакова и к тому же точно выбрать место в штрафной для завершения прорыва.

«Динамо» выручил Семшов. Словно вспомнив молодость, он привнес в буксовавшую динамовскую атаку необходимую дозу остроты.

Телекомментатор матча «Спартак» – «Терек» в какой-то момент заметил: «А почему бы Андрея Тихонова Карпину сегодня не выпустить? Глядишь, и сочинил бы в своем ключе голевую комбинацию, на какую присутствующим на поле красно-белым не хватает ни куража, ни мысли». Прикинув, я испытал почти уверенность в том, что сочинил бы непременно.

По нормальной логике, действующей во всех проявлениях жизни, воз «Локо» в Самаре должен был бы тащить Гатагов, к примеру. Подхватить рывок Кержакова – виртуальный незаявленный зенитовец. Обострить атаку «Динамо» – Кокорин. А придумать для «Спартака» голевую комбинацию – Яковлев.

Но Лоськов, Зырянов, Семшов и оставивший в «Спартаке» незаполненную вакансию Тихонов продолжают работать и за себя, и за поколение, пришедшее в футбол в нулевое десятилетие. Они – из поколений другого замеса, предыдущих, которым совершенно необходимо было задать карьере правильный вектор. Поставить такую профессионально-ментальную и исполнительскую планку, какая обеспечила бы житейское благополучие, плюс позволила в разговоре наедине с собой честно себя признавать людьми, в футболе состоявшимися. Вот этот вектор и вот эта планка всем им помогают до сих пор сохранять достоинство профессии.

Но футбольное поколение нулевых, должно быть, просто не поймет, о чем здесь разговор. Оно, образно говоря, элементарно не приучено правильно ставить корпус в единоборстве с конкурентом – так, чтобы конкурента оттеснить.

Забронированы места на поле для российских игроков. Выделено и место на лавке, чтобы там присел молодой доморощенный. Все это, однако, выливается в бессмысленный формализм. Потому что отказал лифт, предназначенный поднимать российских футболистов на профессиональные этажи.

Я даже готов предельно четко сформулировать, что именно произошло и когда. В первой половине нулевых в составе российского футбола произошла замена. Вместо профессионально развивающихся и дорожащих своим местом на поле игроков в игру вступили деньги.

Можно, конечно, себя взбадривать – высматривая сквозь увеличительное стекло исполнительские зернышки средь нагромождения рыхлых футбольных проявлений у новичков сезона, мелькающих там-сям то по одному, то по двое. Новички предыдущих лет, которых назвал выше, нравились мне, признаться, несравнимо больше. Но ни они, ни теперешние новые лица не подают никаких убедительных признаков того, что станут со временем игроками калибра и закваски Тихонова или Лоськова, Зырянова или Семшова.

А ведь не завтра, так послезавтра, выжав себя на полях до последней капли, заслуженные наши футболисты закончат, увы. Мы с кем останемся-то?

Жутковато становится, правда? Я отказываюсь понимать, почему футбольные власти не предпринимают никаких усилий к тому, чтобы сломанный профессиональный лифт починить. Почему естественное развитие футболистов, а с ними и всего футбольного процесса, глушится на корню в клубных офисах, где подписывают контракты и проделывают сопутствующие им прочие денежные фокусы. Почему нарушен закон любой природы: хочется хорошо жить – умей вертеться (в нашем случае – на поле).

Сергей Фурсенко нынче всячески пропагандирует студенческий футбол. Это да – это штука хорошая. Если у какого энтузиаста мяча начнет получаться на поле лучше, чем в институтских аудиториях, и озарит его заманчивая мысль о несравнимо большем прибытке от футбольного занятия, чем от предписываемого профилем изучаемых наук; если, самое главное, из мутных профессиональных вод выглянет в студенческую сторону мудрый и проницательный дядька Черномор да углядит в студентике потенциальный талантище покруче Кураньи или Мисимовича …

Но с профи говорить «в эту сторону», по-моему, не стоит и пробовать – профи засмеют. Профи, они у нас нынче не селекционеры прозорливые, они – покупатели при личном барыше.

А впрочем, говорю себе «стоп». Я не работаю по ремонту лифтов. У меня другая профессия. И она настоятельно от меня потребовала заострить проблему как только можно. Так что вы, господа футбольные функционеры, думаете о возможности ремонта – текущего, планового и капитального? Или все вопросы – к клубным ЖЭКам? И так и будем тянуть волынку, пока футбольная Россия не выродится окончательно?