Закона бояться – на футбол не ходить. Питерские фанаты все же покинули трибуны за полчаса до конца игры с Арменией, выразив свое негативное отношение к новому закону о болельщиках

В этом матче были и другие проигравшие, кроме сборной Армении. Во-первых, проиграли спекулянты, которые уже за час до матча вынуждены были сбрасывать билеты по ценам ниже номинала. Во-вторых, проиграли фанаты, уход которых с трибун вряд ли кого огорчил.

…Мальчишка упрямо бежал вверх по эскалатору станции метро «Спортивная». Время от времени он останавливался и укоризненно смотрел вниз, где, с трудом передвигая ноги, поднималась его мама. Почему-то я не сомневался, куда они идут. Но все же спросил парня:

– Вы за билетами на футбол?

– Да. Вы тоже? – вдруг испугался мальчик. И, обернувшись к маме, закричал уже не взглядом – голосом: – Мама, быстрее!

Юный болельщик зря торопился к открытию касс. В 10 утра там было тихо-мирно, словно вечером не планировался единственный за год домашний матч сборной России. Пять-шесть человек неторопливо прохаживались перед окошками, изучая ассортимент и разглядывая висящую на заборе карту стадиона.

– Осталось около 200 билетов на 7-й сектор. Это рядом с армянскими болельщиками. Первый ряд – по 900 рублей, остальные – по 1200, – сообщила мне одна из кассирш.

В других окошках продавались билеты на нижние ряды еще четырех секторов. По 1900 рублей. Причем почти по Карцеву: «Но – вчера».

– Это с пятницы осталось. Около 20 штук. Сегодня не завозили еще, – поведала женщина за окошком.

– Как же так? Ведь обещали завезти еще тысячу!

– Не было пока.

У спекулянтов выбор побогаче. Однако, естественно, не по номиналу, с накруткой. Правда, небольшой. Вдобавок болельщик, к ним обратившийся, получал полную консультацию:

– Лучше берите сектора, что больше 10-го. Солнце светить в глаза не будет. Первые ряды – не проблема. Возьмете 4-й ряд, подниметесь на 23-й. Никто за этим не следит.

Предметом особой гордости спекулянтов было наличие самого дешевого билета – на 4-й сектор за ворота (номинал – 500 целковых) можно было попасть за 700 рублей. «Дешевле, чем в кассах!» – рекламировали торговцы свой товар.

Вскоре у касс появился колоритный персонаж. Сизый нос, зенитовская кепка, рыжая борода, словно бы запотевшие очки. Он стоял у касс, где продавались билеты на 11-й сектор, и заговаривал с каждым желающим купить туда билет.

– Меня зовут Валентайнрай, – объяснял он по слогам. – Я начальник 11-го сектора. Хотите к нам? Тогда придется петь и танцевать.

– Что петь? Что танцевать?

– «Катюшу», другие песни. А танцевать – под барабаны. Вверх-вниз, вверх-вниз.

Люди испуганно перемещались к другим окошкам.

Примерно в два часа билеты от «интернет-кассира» подвезли и в кассы. Порядка 500 штук, включая несколько самых дешевых – по 300 рублей.

Общей картины это не поменяло: временами барыг у касс становилось больше, чем болельщиков. Зато цены у спекулянтов пошли на убыль. На центральные сектора (номинал 2300 рублей), куда пропуска с утра стоили 4000 рублей, сейчас можно было попасть за 3500. А после торга – и за 3000. Билет на 4-й сектор за воротами подешевел с утренних 700 рублей до 500-рублевого номинала. Причем продавал их… тот самый чудаковатый Валентайнрай, которому торговцы отслюнявили пачку самых доступных своих билетов.

Интересно, что попытки обратить внимание полиции на спекулянтов заканчивались ничем. Младшие чины отсылали к средним. Средние говорили, что у них другая задача – охранять порядок, и отсылали к старшим. Старшие соглашались разогнать барыг. Но те, уходя для видимости, вскоре возвращались, словно некогда начавший движение маятник.

За два часа до матча – очередной рейд к кассам и очередные новости. Билетов по-прежнему много. На некоторые сектора в кассах осталось по 200–300 штук. И, как говорят кассирши, вряд ли они разойдутся к игре.

Чувствуют это и спекулянты. Чем ближе к матчу, тем ниже цены. Билет номиналом 2300 рублей торговцы готовы отдать за 1500! И количество «проходок» не ограничивается: хоть пять, хоть десять – были бы деньги.

Оптимизма все это не внушает. Когда на руках у спекулянтов столько билетов, аншлаг не гарантирован.

– Сейчас уже пора думать о самой игре, а не о тех, кто хочет на ней нажиться, – говорит президент РФС Сергей Фурсенко, которому я позвонил после очередных бесед с нелегальными продавцами билетов. – Сколько придет народу – столько придет.

– То есть у вас нет уверенности, что на игре будет аншлаг?

– Нет, стопроцентно обещать аншлаг не могу. Скажу лишь, что настоящие болельщики всегда готовы поддержать национальную команду. А если люди решают с ее помощью какие-то свои проблемы, устраивают акции, бойкоты – это печально.

Да, бойкот… Накануне в этом вопросе так и не нарисовалось определенной картины. То ли будут болельщики уходить с трибун, то ли нет. То ли в массовом порядке, то ли отдельными группами. Поговаривали еще, что кто-то может вообще не прийти на игру, попросту выбросив билет. Напомним, фанаты недовольны законом, призванным определить их ответственность за поведение на трибунах. Якобы он готовится без их участия, исключительно в недрах МВД.

Звонок одному из представителей фанатского движения Санкт-Петербурга:

– Заставлять уходить с трибун насильно мы не будем. Это личное дело каждого, – говорит он. – Поэтому о массовости бойкота говорить не приходится. Однако определенная часть болельщиков, которая готова отстаивать свою позицию, покинет трибуну во время второго тайма.

Перед матчем на входах в 13-й и 14-й фан-секторы выясняю отношение людей к бойкоту. Большинство делает круглые глаза. Кто-то об акции якобы не слышал. Кто-то думает, что ее отменили. Лишь один бурчит: «Будет бойкот, будет».

– Планируются различные акции в поддержку сборной России, – сообщает по пути на «Петровский» глава ВОБ Александр Шпрыгин. – Все будет нормально.

– Так бойкота ждать?

– Нет. Будет красивый перформанс.

Настоящего аншлага нет. Гостевой сектор заполнен едва ли наполовину. Много пустых мест на фанатских секторах.

Но начинается все действительно красиво. С Гимна России (!), уже после стартового свистка дружно исполненного фанатским виражом. Звучат барабаны (кажется, без танцев), несутся скандирования «Русь!» и «Россия!»…

Но уже на 11-й минуте с фанатских секторов раздаются фашистские скандирования. Затем устраивается целая пиротехническая акция: гремят взрывы, на беговые дорожки летят файеры – прямо в дежурящих там пожарных, люди в масках поднимают плакаты «РФС, прочь от футбола» и «Жгли, жжем и будем жечь»… А вскоре персональных кричалок удостаивается глава ВОБ. От цензурной «Это Шпрыгин всех подставил!» до явного оскорбления. Похоже, раскол в фанатском движении свершился.

И то, что на 60-й минуте 13-й и 14-й секторы начинают редеть, уже не удивляет. Тех нормальных болельщиков, которые хотели смотреть футбол, ультрас разгоняют по соседним секторам. А вместо двух баннеров: «Каждый матч, как последний» и «Закончить начатое» на трибунах остается: «После закона». Авторы акции «в поддержку сборной России» явно рассчитывали на красивый финальный кадр.

Что ж, с уходом людей, не желающих нести ответственность за свои поступки, на трибунах действительно стало тише. Но зато остались те, кто пришел на стадион ради самого футбола. Те, кто любит Игру, а не собственное самовыражение, националистическое хулиганство, горящие файеры и вырванные кресла.

Вы думаете, российский футбол от этого потерял? Мне кажется — нет.

А два пустых сектора на матчах пусть займут такие, как тот питерский мальчишка, что так настойчиво с утра пораньше тащил маму вверх по эскалатору, мечтая успеть к открытию касс.

Александр ШПРЫГИН, председатель Всероссийского объединения болельщиков:

– То, что сделали болельщики «Зенита», покинув трибуны, является серьезнейшей ошибкой. Это плохой самопиар. Такой демарш вряд ли поспособствует улучшению ситуации с принятием закона. Эти фанаты испортили отношения с РФС, испортили отношения со мной. Со многими людьми теперь состоится серьезный разговор. После того, как сборная России осталась без поддержки, РФС будет действовать жестче в отношении закона о фанатах. Что касается меня, то в отставку я не собираюсь. Наоборот, случившееся показывает: нам нужно работать еще больше и плотнее, чтобы выправить ситуацию.