Как я обвел прошлым летом

СВОБОДНЫЙ УДАР

Без малого месяц нам жить без российского чемпионата. И без компенсации в виде финального турнира ЧМ или Евро. Скучать-то будем? А если будем – что вспомнится, по поводу или невзначай, из перипетий весны–начала лета?

Ну не турнирная же таб-лица? Сей документ, как и бухгалтерский отчет, не поддается живому воспоминанию, ибо нет в нем ни действия, ни образа. Вот представьте: вы человека вспоминаете. И вам наверняка в первую очередь явится эпизод любви, или ссоры, или работы. И быстрее всего – просто фраза, жест, выражение лица. Разве наши отношения с футболом по-другому устроены?

И потому – гол Давыдова из «Кубани» в ворота ЦСКА, вот что придет на память, если вы, разумеется, не зациклены на одной своей команде. Необычайно ловкий, слишком ловкий для российских сермяжных реалий. С «неудобной», или, если угодно, с неожиданной, ноги – да самому Акинфееву. Причем тот эпизод мне так увиделся, что любой другой удар первый вратарь страны, пожалуй, отразил бы. А противодействовал Давыдову в его творческом свершении В. Березуцкий. А голевой пас прошел через Игнашевича. Английская, испанская, голландская, немецкая сборные сколько раз подвергали штурму эту проверенную погранзаставу, но так нахально-дерзко никто из них, великих, с ней не обращался!

Таких моментов футбольного озарения у нас кот наплакал. Ну да, полевой быт заедает. Не до красот. И большинству тружеников российских полей решительно нечего будет вспомнить – так, чтобы с трепетом и восторгом, – в преклонном возрасте. Если оставить в скобках разные озорные околофутбольные эпизодики, каких у каждого навалом. Ну не смаковать же процедуру, как зарплату и премиальные с банковской карточки снимал…

Хотя вру: если в начале карьеры покопаться, когда на свежачка играл, когда штампы и бремя тактических обязанностей еще не задавили, у кого-то вспыхнут в сознании мгновения футбольного счастья. Почти звездные.

Ах, как художественно самоутверждался в премьер-лиге Касаев! Два года назад с легкой руки недолгого «кубанца» Сергея Овчинникова. У него, казалось, из эпизода любой сложности был припасен умелый выход сугубо технического свойства. Так Виктор Папаев ювелирил в «Спартаке» 40-летней давности. Ах, как сопливенький еще Жано трепетно чувствовал мячик у себя на ноге, как по-кошачьи пластичен и чертовски расчетлив был в передачах! Почти как незабываемый Федор Черенков. Ах, как легко и неуловимо начинал Кокорин! Если не с эффектом достославного ростовчанина-киевлянина Александра Заварова куражился на скоростях, то в «треть Заварова» уж точно. А в негаснущем вдохновении Дзагоева и вовсе, по предварительным прикидкам, содержалось «пол-Месси».

Ныне Касаев по большей части монотонно долбится в оборону соперников. Жано тратит пыл на то, что беспрерывно кидается в отбор (безо всякого причем успеха). Кокорин будто нажал на тормоза. Дзагоев чередует вспышки с унынием и раздражением.

Мне жаль, если больше не увижу их былыми, с озорными чертиками в глазах и исполнительской искринкой в ногах. Неужели так быстро себя растратили, исчерпали? Не верю! Почему не сумели защитить свое сокровенное, укрепить, развить?

Будет ли что внукам показать, зовя их за собой к эталонам сноровки и высотам духа? Как показывает Марадона свой космический гол англичанам, комментируя строго и гордо: «Это была моя игра!».