«Это’O у нас будет скучно»

Полузащитник «Зенита» в нашем футболе личность авторитетная – вроде «деда» в армии. Еще бы, человек, как никто, познал вкус «золота»: у Семака четыре золотые медали чемпионата страны и одна – золотая школьная. Как не поговорить с таким о назревших проблемах нашего футбола, да еще накануне решающих матчей сборной, которой полтора года назад он, к сожалению, оказался не нужен.

Вскоре Сергей Семак залечит, даст бог, свои болячки и поможет «Зениту» в чемпионате и Лиге чемпионов, а пока проходит реабилитацию в Баварии. Мы прогуливаемся по берегу Дуная. Привычной российской суеты нет и в помине, поэтому начинаю издалека.

– Сергей Богданович, в школу не тянет? Воспоминания наверняка приятные – у нас не так много футболистов, которые за учебу награждены золотой медалью…

– Первое сентября – праздник для маленьких детей, которые впервые идут в школу, и особенно для их родителей. Смотришь на них – аж слезы наворачиваются. А когда взрослеешь, все воспринимается иначе.

А насчет медали… Повезло мне с учителями. Потом, у меня так устроена память, что я все быстро запоминаю. Зубрить не приходилось. Правда, сейчас уже почти ничего не помню из школьной программы.

– Отличников в школе, как правило, не любят. Вас дразнили?

– Наоборот, уважали. В спортинтернате было не много таких, кто хотел по-настоящему учиться. Большинство у меня просто переписывали, постоянно обращались за советом. Насмешек в лицо не припомню.

– Сравнимы ощущения от футбольного и учебного «золота»?

– Когда выигрываешь медаль в футболе, испытываешь настоящую эйфорию. А школьная медаль не стала таким уж безумным событием. Обещал родителям хорошо окончить школу – и не подвел. У нас это наследственное: мама хорошо училась, братья.

– Отчего же нынешнее молодое поколение футболистов не особо стремится к образованию?

– Может, потому, что раньше и мультики другими были – добрыми, развивающими любопытство, уважение… Банальности говорю, но сегодня кругом одно насилие – по ТВ, в газетах. В той же Европе дети более самостоятельные. У них даже нет понятия «папины сыночки». Знаю, европейцам и 10 евро не дадут, их приучают зарабатывать. Мне кажется, нужно просто немного переждать. Дети, родившиеся в 2000‑х, будут уже совершенно другими, с современным европейским мышлением.

– Чего бы вы лишились, не будь у вас образования?

– Сложный вопрос. Образование может и не помочь, но точно никогда не помешает. Пока, можно сказать, оно мне не пригодилось. А если бы у меня не получилось в футболе? Образование – это ведь не только знания, но и самопознание, дисциплина, закалка характера. Когда через 10–15 лет профессиональный спорт отходит на второй-третий план, появляются другие вещи, где образование может сыграть на руку.

– У вас свой бизнес – свадебные кадиллаки и банковские акции. Разве это не следствие хорошего обучения? Или у вас хороший консультант?

– Свадебными машинами занимается моя бывшая супруга Светлана. Она руководитель проекта, а я вникаю лишь поверхностно. А банковскими делами занимаются друзья, с которыми мы знакомы уже более двадцати лет. Это интересное дело, и я абсолютно не жалею, что занимаюсь всем этим.

– А есть что-то такое, чего вы не могли бы себе позволить?

– Стараюсь не зависеть на сто процентов от денег, отношусь к ним спокойно. Я многих вещей не могу себе позволить, но не оттого, что мне не хватит денег, а потому что прекрасно понимаю: условная покупка «Бугатти» – всего лишь ублажение своих прихотей. Стараюсь распоряжаться деньгами с пользой для себя и близких.

– Согласны с тем, что деньги портят футбольную молодежь?

– Дело скорее не в деньгах, а в лимите на легионеров. Хотя не мне его ругать, он же помогает в моем возрасте быть востребованным. Но, с другой стороны, это путь в никуда. Из-за лимита мы сталкиваемся с тем, что командам из второй восьмерки невозможно взять россиянина, который стал бы лидером команды. Они уже все в топ-клубах. Такая ситуация создает искусственное завышение зарплат нашим футболистам. Вот какая, к примеру, польза от обязательной заявки на матч молодого игрока, если он даже не переодевается, а за игрой следит в подтрибуном помещении?

– Раз уж мы перешли к футболу, скажите, может наша сборная недонастроиться на предстоящий матч с Македонией?

– Вряд ли. Но бывает, что вроде мыслишь верно, а чувствуешь какую-то тяжесть. Со стороны кажется, что игроки еле ползают по полю, а они из последних сил стараются. Но уверен, с македонцами и Ирландией настрой будет соответствующим. Ведь наша сборная гораздо сильнее тех же македонцев. Да и непозволительно пропустить второй подряд крупный турнир, это все понимают. А вообще чаще мешает перенастрой. На тренировках кто-то выглядит замечательно, а на игру выходит перегоревшим. Волнение мешает показать все что умеешь.

– Тяжело ли перенастроиться по ходу игры?

– Такое случается крайне редко. Если что-то сначала не идет, переломить ситуацию почти невозможно.

– Балканские игроки как никто любят провоцировать…

– Провокаторов везде хватает. Югославы, может, и выделяются, но не так сильно. Тот же Саво Милошевич – потрясающий человек и футболист. Но, как говорится, в футболе кто хитрее, тот и прав. Фэйр-плей, как в Англии, – это, безусловно, приятно, но результат чаще всего все оправдает. В случае провокаций важно проявлять выдержку...

– С кем неприятнее всего играть в России?

– Таких, как Ван Боммел, у нас нет, но с Рахимичем играть было неприятно. Помню его еще по «Анжи»: всегда рукой поддержит, зацепит. Жесткий игрок, цепкий.

– Если не брать в расчет товарищеский матч с Венгрией, свои последние два матча вы провели против словенцев в пресловутом стыке на ЧМ-2010. Что тогда произошло? Перенастрой?

– В Москве у нас все получалось. Мы владели преимуществом, все складывалось здорово, но в концовке не хватило концентрации, из-за чего не смогли удержать или увеличить преимущество. В ответном же матче проиграли по всем статьям. Может, как раз недонастроились. По первому матчу словенцы совсем не впечатлили. Вот мы и подумали, что пройдем их легко. Но соперник, как, впрочем, и мы, предстал абсолютно другой командой.

– Шаронов говорит, что сборная превратилась в эдакий закрытый клуб.

– Понимаю Романа. Всем хочется видеть в составе свежую кровь. Но понимаю и Дика. Именно ему отвечать за результат. Если он считает, что ему достаточно тех игроков, это его право. Цыплят, как говорят, посчитаем по осени.

– Это, пожалуй, главный минус тренера-иностранца, который думает о результатах исключительно сиюминутных, так?

– Любому тренеру нужно давать результат здесь и сейчас. Иностранцам проще, так как на них оказывается гораздо меньшее давление. В их работу не будут вторгаться посторонние люди и пытаться продвигать своих игроков.

– Вас не вызывают в сборную из-за возраста. Это справедливо?

– Никаких претензий. Когда позвонил Адвокат и рассказал о своем решении, было приятно и неожиданно одновременно. Но если появится во мне потребность, всегда рад помочь. Просто на позиции центрального полузащитника много ребят. Все справедливо.

– Иранек считает, что это чисто по-российски – смотреть игрокам в паспорт.

– Согласен. Вряд ли меня пригласили бы в «Зенит», тренируй его российский тренер.

– Получается, Адвокат обрусел?

– Спаллетти, выходит, тоже! Шутит: «И почему мне не сказали, сколько тебе лет?».

– Будь это правдой, никто бы не удивился. «Зенит» то лишнего легионера выпустит, то игрока заявить забудет. Что у вас там творится?

– Всякое бывает, это сейчас мы с иронией вспоминаем, а тогда было не до шуток. «Зенит» может удивить чем угодно.

– В последние годы считалось, что у нас самый богатый клуб – ваш «Зенит», а тут… Что скажете о внушительных тратах «Анжи»?

– Человек распоряжается своими деньгами так, как считает нужным. Но вопрос в другом: будет ли польза российскому футболу от этих вложений? Да, мы привлекли к себе внимание всего мира, но теперь иностранцы будут требовать еще более безумные зарплаты. «Хочу хотя бы половину зарплаты Это’О, иначе не поеду». Может быть, поэтому наши лидеры до сих пор не сделали серьезных покупок.

– Возвращение Жиркова и приезд Это’О Адвокат считает лучшей рекламой российского футбола.

– Тут все-таки разные ситуации. Юра – русский парень, который хотел вернуться домой. Только после этого возник вариант с «Анжи». А Это’О играл в одном из лучших клубов мира, боролся за самые престижные трофеи и получал большие деньги. Что его может привлечь в России?! Только возможность заработка еще больших денег. Очевидно ведь, что «Анжи» не выиграет Лигу чемпионов. Не думаю, что камерунцу будет у нас интересно. Уровень футбола и жизни в России гораздо ниже. Ему будет эмоционально тяжело заставить себя выкладываться на сто процентов. В Европе другой футбол. Там ажиотаж, полные стадионы…

– Вы знаете, о чем говорите. В свое время вам пришлось вернуться из «ПСЖ» в «Москву».

– Я бы не вернулся, если бы не обстоятельства: разводился с первой женой, родился ребенок. Кроме как вернуться, вариантов не было. А предложений всего два – от «Локо» и «Москвы».

– Сергей, я про первые эмоции после возвращения из Европы…

– Естественно, первое время было тяжело. На некоторых играх создавалось впечатление, что участвуешь в каком-то контрольном матче. Антураж не тот, другое отношение к игре. Мы пока не научились наслаждаться футболом, и это коренным образом отличает нас от Испании, Англии, Франции. Вы посмотрите: у них глаза горят, они получают удовольствие! А у нас люди вроде отдаются и добросовестно работают, но какой-то изюминки не хватает. Уверен, со временем это придет. В страну возвращаются люди, поигравшие на Западе, у нас работают много иностранцев, так что мы на верном пути.

– Но иностранцы у себя играют гораздо ярче, а у нас, как правило, блистают лишь первое время…

– Опять же, из-за того, что они приезжают исключительно за деньгами. Футболисты осознанно лишают себя той страсти, возможных титулов в обмен на высокий заработок. Но мы не имеем права их осуждать. Может, кому-то титулы и не нужны. Вдруг тот же Это’О настолько любит футбол, что получает наслаждение от игры в любой точке мира? Никто не знает.

– Что стоит предпринять Керимову, чтобы успокоить общественность, настроить ее на позитивный лад?

– Он и так ведет себя замечательно. Ни его, ни Абрамовича ни разу не видел мелькающими на экране или страницах СМИ. Получается, весь негатив, который выплескивается, проходит мимо их ушей.

– Это правда, что Дагестан – один из беднейших регионов страны?

– По моим ощущениям, да.

– Вам понятны претензии людей, которые говорят: лучше бы Керимов построил больницы да футбольные центры для ребятни вместо футбола?

– Этим должно заниматься государство, а не частный инвестор. Такие претензии можно предъявить любому имеющему деньги. Повторюсь, каждый тратит деньги так, как считает нужным.

– Многие обвиняют Безбородова в предвзятом судействе в игре «Анжи» – «Динамо», особенно возмущаются динамовцы.

– Я в это не верю. Проигравшая сторона всегда недовольна арбитражем.

– Еще один обсуждаемый момент из того матча. Как быть, когда игрок падает? Представители «Анжи» обвинили игроков московской команды, что те продолжили играть, когда на поле лежал Гаждибеков, которому требовалась помощь.

– Не всегда понятно – игроку действительно больно или он просто хочет сорвать атаку. Мне кажется, нужно полностью переложить ответственность на арбитра. Если он свистит, останавливаться. Хотя по-человечески, если видишь, что человеку реально плохо, нужно все бросать и помогать.

– Вы не разочаровались в чувстве юмора россиян после своей шутки с вырезанной таблицей, в которой «Спартак» – последний?

– Нет, многие отреагировали нормально, даже болельщики красно-белых. А недовольные всегда найдутся. Выдернут какую-то фразу из интервью или просто выразят печаль оттого, что Семак до сих пор играет. Дай бог им всем здоровья! На тот момент писать было особо не о чем, вот журналисты и болельщики нашли себе тему.

– Вы уже давно не выступаете за ЦСКА, но армейские болельщики по-прежнему считают вас своим. Как вам это удалось? И почему не получилось у Жиркова и Быстрова?

– Никогда не скрывал и не скрываю, что в ЦСКА провел замечательное время, там осталось много друзей. Но все равно было неожиданно, когда меня приветствовали армейские болельщики, в каком бы клубе я ни играл. Не устаю радоваться этому. Спасибо им большое!

С Юрой же реакция такая оттого, что он перешел в «Анжи», который взорвал трансферный рынок, чем вызвал горечь болельщиков. А Вова Быстров в матчах против своей команды позволял вещи, которые ему долгое время не могли простить. Но своей игрой он очень сильно помогает команде.

– Вам теперь приходится болеть против ЦСКА, так?

– Признаюсь, сложно смотреть и тем более играть против ЦСКА. Никогда не желаю армейцам поражений. Нужно смотреть на себя. Ну потеряли армейцы очки, а мы потом дома не обыгрываем «Амкар». Если кто-то играет лучше, их можно только поздравить.

– А когда было отставание в семь очков, не ждали осечки?

– Разумеется, любой стремится к первому месту. Но идти по головам – это не мое. Если они здорово играют, то молодцы.

– Уместна ли в вашем случае фраза «никогда не говори «никогда» по отношению к «Спартаку»?

– Нет. Я туда не собираюсь и не пойду. Да и не позовут меня в «Спартак» никогда. Это невозможно.

Родился 27 февраля 1976 года

Клуб: «Зенит» Санкт-Петербург

Амплуа: полузащитник

Рост: 178 см, вес: 73 кг

Карьера: воспитанник училища олимпийского резерва (Луганск), выступал за «Пресню» Москва (1992), «Карелию» Петрозаводск (1992), «Асмарал» Москва (1993), ЦСКА (1994–2004), французский «Пари Сен-Жермен» (2005–2006), «Москву» (2006–2007), «Рубин» Казань (2008–2010), с августа 2010 года – в «Зените». В чемпионатах России сыграл 426 матчей (второй результат в чемпионатах России), забил 93 мяча. В чемпионатах Франции – 26 матчей, 1 мяч.

Достижения: 4‑кратный чемпион России (2003, 2008, 2009, 2010). Обладатель Кубка (2002) и Суперкубка (2004, 2010, 2011) России, Кубка УЕФА (2005). Бронзовый призер чемпионата Европы (2008). Обладатель Кубка Франции (2006). Заслу-женный мастер спорта (2005).

Сборная: за сборную сыграл 65 матчей, забил 4 мяча. Первая игра – 15 ноября 1997 года с Италией (0:1), последняя – 3 марта 2010 года с Венгрией (1:1).