Президент АПОЭЛа Фивос Эротокриту: «Подъемные»? Я их запретил

Футбол

«МОЙ БИЗНЕС – РУССКОЕ ОРУЖИЕ»

– В конце 80-х я приехал в Советский Союз в составе группы кипрских спортсменов, чтобы участвовать в соревнованиях в разряде «стрельба по движущейся мишени», – начинает свою историю президент АПОЭЛа. – Познакомился с русскими ребятами. Мне очень понравилось их оружие. Считаю, русские делают очень качественные и красивые ружья. Приезжал еще не раз. Появились связи на Ижевском механическом заводе, где выпускают оружие. Уже больше двадцати лет закупаю там охотничьи ружья и продаю по всему миру. Это мой основной бизнес.
– Вот, оказывается, благодаря каким источникам существует АПОЭЛ.
– Наши основные доходы – от участия в Лиге чемпионов. От Лиги зависит очень многое. Поэтому каждое набранное очко – на вес золота. Мой принцип: на футболе для себя не зарабатываю. И еще никогда не брать в долг.
– Как вы пришли в АПОЭЛ?
– Я всегда был рядом с ним. А года три назад стал президентом. В то время у АПОЭЛа обнаружились большие проблемы с деньгами. Других кандидатов прийти на выручку не нашлось.
– Сколько клуб зарабатывает на участии в еврокубках?
– В позапрошлом году получили от УЕФА 12 миллионов евро. Для Кипра это очень серьезные деньги. В прошлом году несколько сдали позиции, бюджет клуба составил 7,5 миллиона. На сегодняшний день он вырос до 10 миллионов. Но надеюсь, мы еще сделаем шажок вперед. Если выйдем из группы, это будет фантастика. Отдаю себе отчет в том, что мы никогда не достигнем уровня «Зенита» или «Шахтера», за которыми стоят могущественные корпорации и очень богатые люди. Кипрский размер – маленький во всем, – с улыбкой заключил собеседник.
– Бюджет АПОЭЛа маленьким не назовешь. Пожалуй, для второй восьмерки нашей премьер-лиги это неплохая цифра.
– Немного слежу за российским футболом в силу того, что связан с вашей страной. Как я знаю, ведущие клубы не раскрывают бюджетов, но, по моей информации, они составляют 100–150 миллионов евро в год. То есть в десятки раз больше, чем у нас. И если клуб из большого российского города, где налажены различные производства, имеет бюджет в десять миллионов евро, значит, он неважно ищет деньги. Или неинтересен инвесторам по каким-то причинам. В России деньги есть, это всем известно.

«К НАШЕМУ ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ ВХОД ЗАКАЗАН»

– Вы слышали о клубе «Томь»?
– А, Томск. Это в Сибири. Что там случилось?
– Последнее место, огромные долги. «Томь» обращалась к премьер-министру: помогите деньгами. И ведь привели за ухо спонсоров. Но теперь казна снова пуста, соответствующие органы изучают подробности некоторых сделок.
– Неприятная ситуация. Интересно, почему клуб обратился за помощью так далеко наверх, перепрыгнув через местные власти?
– Губернатор Томской области обрисовал ситуацию буквально одним штрихом: менеджеры клуба жрут в ресторанах…
При слове «жрут» киприот изменился в лице и сочувственно покачал головой.
– Наверное, не мое дело размышлять на эту тему. В России одни законы и традиции, на Кипре совершенно другие. Если какая-то из наших команд вдруг обратится к премьер-министру с просьбой о помощи, в лучшем случае это воспримут с недоумением. Ноль шансов. Вход туда заказан. Кипрские клубы приучены жить по средствам. В федерации футбола есть некий стабилизационный фонд на случай угрозы банкротства клубов. Но это копейки. Сколько денег есть, такую команду и построишь.
– Вы уверены, что у ваших менеджеров все чистенько в плане прозрачности сделок?
– У нас был случай в клубе, связанный с трансфером игрока. Один руководитель разработал для себя, скажем так, схему обогащения на сделке. Он думал, что я не пойму. Но я все просек. Человек был немедленно изгнан.
– Какова схема подбора игроков? В АПОЭЛе собраны малоизвестные личности – и вдруг такой прорыв в Лиге чемпионов.
– Есть вице-президент, который занимается вопросами селекции сообща с тренером Йовановичем. Последнее слово в большинстве вопросов всегда за тренером. Я ему говорю: «Будь решителен. Я в футболе мало понимаю, зато формирую бюджет».

«400 ТЫСЯЧ – ЗАРПЛАТА-МАКСИМУМ»

– Вспомните самый большой размер подъемных, которые вы выплатили за подпись футболиста.
– У нас такие выплаты давно отменены. Ноль евро. Если футболист хочет играть в нашем клубе, значит, его устраивают зарплата и премиальные за победы. Мы не ищем звезд и не в состоянии удовлетворить их требования. Они едут в ведущие футбольные страны или в Россию.
– Сколько составляет допустимый процент для агентов?
– Был случай, когда согласились на 15. Но стандартный вариант – пять. Наш клубный рекорд выплаты за трансфер – миллион евро. Купили Аилтона у «Копенгагена». В свое время «Копенгаген» привез Аилтона из Швеции за три миллиона. В Дании у бразильца что-то не получалось. У нас расцвел. Прилично забивает.
– Какова максимальная годовая зарплата в АПОЭЛе?
– 400 тысяч евро. Зарплата ведущего игрока. Не все кандидаты в восторге от наших возможностей, поэтому ищут лучшие варианты в Европе. Я предпочел бы, чтобы АПОЭЛ славили не громкие имена, а результаты. Не только деньги создают настоящую команду. Это и ровные отношения в коллективе, когда есть общее понимание: каждый игрок вознаграждается по заслугам.
То, чего мы достигли на данный момент – 8 очков в Лиге, – это, повторюсь, фантастика. И будет совсем не обидно, если мы проиграем «Зениту» и не выйдем из группы. Потому что мы не витаем в облаках: АПОЭЛ – не клуб европейского класса. Мы хороши для острова Кипр, где амбиции есть всего у четырех клубов. Но мы будем расти шаг за шагом, медленно, нам это интересно. Я получаю удовольствие от того, как вложенные деньги приносят реальный эффект.

«БОЛЬШОЙ ИМПОРТЕР»

НАША СПРАВКА