Я не дебил!

У людей с сомнительной репутацией часто спрашивают, как они дошли до жизни такой.
Я болею за «Спартак» с семи лет. В 1995 году «Спартак» впервые в российской истории остался без чемпионского титула. И при этом установил рекорд Лиги чемпионов, одержав шесть побед из шести возможных. В ту команду невозможно было не влюбиться – я во дворе часами отрабатывал фирменные ложные замахи Кечинова.
А в 97‑м я стал фанатом.
После долгих уговоров дедушка повез меня на футбол. «Спартак» играл с ЦСКА в Черкизове. Недолго думая, дедушка сказал в кассе: «На спартаковскую». И спустя полчаса я вместе со всей Южной трибуной рвал глотку, скандируя: «Мы вас ждем!», искренне думая, что слова относятся к футболистам.
А речовка предназначалась фанатам ЦСКА. Я не знал, что в тот день хулиганы схлестнулись после матча. Он же закончился нулевой ничьей.
Но я понял, что искренне люблю футбол и «Спартак».
В 15 лет я впервые отправился на футбол с друзьями, без родителей. «Спартак» тогда обыграл «Торпедо-Металлург» благодаря голу Самедова в самой концовке. Уже тогда понял, что фанаты с их энергетикой мне ближе, чем подпитые мужики с «цивильных секторов», изредка извергающие из себя фразы вроде: «М*дак, куда бьешь? Ха-а-а-а, моя теща лучше играет!!!».
В следующий раз мы взяли билеты уже «на фанку».

С легкой руки коллег-репортеров к нам приклеилось клеймо дебилов, не смыслящих в футболе. Да вообще ни в чем. Знакомьтесь, мои друзья-фанаты: глава филиала IT-компании, машинист электропоезда, спецназовец, окончивший в этом году журфак МГУ, военный хирург. Все они молодые, успешные люди. И это не мешает им оставаться «ультрас» или «хардкор».
«Дим, почему твои журналисты в сотый раз назвали меня быдлом, призвали гнать поганой метлой? Скоро мамы детей нами будут пугать!» – получил я по «электронке» письмо старого товарища.
На следующее утро на редакционной планерке я возвысил голос протеста против огульных обвинений. И услышал в ответ:
– А иди ты на футбол! И расскажи, какие вы хорошие.
Ну, я и пошел.

Матч 31‑го тура «Спартак» – «Локо». Несмотря на мороз, зрителей ожидается не меньше 30 тысяч. На платной парковке поджидает первый сюрприз: цена загадочным образом выросла за пару месяцев втрое. Вместо 70 рублей мне предложили выложить 200.
– Почему двести, а не сразу тысячу? – спрашиваю у охранника.
– Да мы сами в шоке! Беспредел! – хрипит околевший от мороза сторож арены.
У спекулянтов возле касс – свой навар. Билет в ВИП-сектор предлагается за сумму, эквивалентную добротной российской пенсии, – 8000 рублей. Одна из торговок протягивает мне визитную карточку:
– ВИПы – наше спецпредложение. Всегда в полтора раза дешевле номинала!
В двух шагах от нас полицейский со словами «С вами все нормально?» вяжет пьяного, не обращая никакого внимания на билетную коррупцию. Подходить и сигнализировать бесполезно – доказано временем.
И я спокойно покупаю билет на фанатскую трибуну В. За 450 рублей. И направляюсь к метро «Спортивная», где мои прибывающие сотоварищи-фанаты обычно, по мнению СМИ, готовятся к погромам.

Полицейских море – матч обслуживают три тысячи сотрудников правопорядка. Они скучают. Драки в пределах стадиона расцениваются фанатами как форс-мажор. Простым болельщикам угрозы нет.
– Еще несколько лет назад я мог целенаправленно выйти на «охоту» – признается лидер боевой фан-группировки «Спартака» Василий. – Если человек надевал шарф футбольного клуба, то должен был отвечать за свои цвета. Под горячую руку мог попасть кто угодно – спортсмен, скрипач или студент-очкарик.
– А сейчас?
– Развитие движения продиктовало четкие правила. Обыватель не должен страдать. Это честно и даже выгодно – заявления в полицию никому не нужны.
– Стычки заранее оговариваются?
– Не всегда, но оппонентов мы знаем в лицо и уважаем их. Случается, что по разные стороны баррикад сражаются лучшие друзья. Мы не убиваем и не калечим друг друга. Называйте это бойцовским клубом или кулачными боями.
Бойцовский состав сильнейших группировок по большей части формируется из профессиональных спортсменов, чемпионов областных и всероссийских соревнований. Яркий пример – профессиональный боец М1 Максим Пулемет, дерущийся за ЦСКА. Посмотрите видео боев с его участием и сделайте выводы: эти люди не несут угрозы обычным болельщикам и прохожим.
Задираются же и матерятся в общественных местах чаще случайные «пассажиры». Это «карланы» (от слова «карлик») – самый проблемный элемент на трибуне.
Но о них позже.

По пути к стадиону встречаю знакомого, Сашу.
– Я сегодня в «охранке». В стюарды записали. Подходи – вместе постоим, – смеется он.
Стюард – представитель околофутбольной среды, призванный заменить полицию на секторе. Присутствие стюардов на трибуне – обоюдная инициатива клуба и фанатов. Финансируется руководством «Спартака».
А пока мы располагаемся у металлоискателей на досмотре. Наблюдаем за полицейскими, выискивающими файеры.
– Файероносцев за версту видно. Они озираются, выглядят неуверенно. Вон, смотри, сейчас этот «карлик» точно попадется, – Саша обращает внимание на парня лет семнадцати.
Как в воду глядел: из воротника куртки юного героя извлекается «огонь». Парнишка виновато пятится, но… вдруг срывается с места и, преодолев заграждение, со скоростью Усейна Болта несется прочь в сторону хоккейной арены...
– Да что его задерживать – глупый еще. Билет бы отобрали, записали, да и все, – смеется полицейский.
Кстати, чаще всего с файерами попадаются девушки. Юные леди пытаются проносить «огни» в двойном дне своих сумочек.

По соседству с нами тележурналисты выискивают «типичного фаната». А вот и он: перед объективом камеры пьяный гопник в сдвинутой на затылок шапке.
– Скажи эмоционально, что «Локомотиву» сегодня несдобровать! – подначивает репортер.
– «Паравозам» п...ц, бл…! – орет довольный «болела».
Журналисты сворачиваются. Сняли то, что надо. Сегодня вечером страна содрогнется.

«Сектор переполнен» – сотрудник полиции предлагает спуститься по лужниковским лабиринтам на нижний ярус.
Пытаюсь дозвониться Саше, но безрезультатно – на фан-секторе в ходе матча «трубки» иногда дают сбой. Приходится перемещаться из «центра суппорта» B8 на сектор B3. Уже на входе понимаю, что «попал». Попал в логово «карланов». Старшие спартачи называют их по-доброму «пионерами».
Вокруг меня беснyются выпившие, раздетые по пояс школьники. Они агрессивны, на лицах у них медицинские маски.
Если сердце и мозг фанатского движения – состоявшиеся, самодостаточные люди с активной жизненной позицией и широким кругозором, то «карланы» – его лицо.
– Если написать, что все фанаты – дебилы, срывают матчи, бьют стекла в электричках и отнимают сумки у бабушек, то большинство в стране в это поверят, – говорит один из ветеранов и лидеров фан-движения, отец двух дочерей Амир Хуслютдинов по прозвищу Профессор.
– Но ведь обычные люди все это видят!
– Возьмите любую группу из 100 человек или свою параллель в школе. Подумайте, сколько из ваших сверстников стали алкоголиками, наркоманами и прочими асоциальными элементами? Фанаты – такой же срез общества. И среди 20 тысяч присутствующих на игре действительно могут быть дебилы, которых надо обтачивать.
Я понимаю Амира – сам был «карланом». И все мои друзья – хирурги, айтишники, крупные руководители – тоже прошли этот этап. В 16 лет мы с друзьями также собирались на платформе города Одинцово, закупались и накачивались пивом в электричке. Бродили по вагонам «на сложных щах» (с умным видом) и боялись быть биты противниками.
Мы навзрыд орали песни в метро и раскачивали состав. Когда удавалось вытурить людей из вагона – заклеивали рекламой двери и пару станций ехали в одиночестве, прыгая по креслам. На «Спортивной» бросали монеты с эскалатора вниз в сторону дежурных будок.
Мы позорили движение.
И делали это по наитию, без приказа.
Манеры поведения были подсмотрены в тех же газетных статьях и на экранах ТВ.
Но выжигалось это не милицейской указкой, а чаще всего словом старшего. Тогда, лет шесть назад, никто ничего не запрещал – это бы не подействовало. Просто старшие говорили: «не круто» (а как хотелось быть крутыми в 16 лет!). Приходилось меняться, ломать стереотипы в самих себе и даже копить деньги на модную одежду, чтобы не выглядеть оборванцем – засмеют.
Можете не соглашаться, но шпаны на трибунах стало меньше. Вспомните хоть одну драку на трибунах в Москве в этом сезоне?
Вот-вот.

После второго гола Эменике в ворота «Локо» на трибунах вспыхивают десятки файеров. Полиция вновь получает «неуд», а РФС – прибавку в 100 тысяч рублей. За этот календарный год «Спартак» оплатил по счетам фанатов более 5 млн. рублей штрафов. В действии лозунг – «Крысим деньги клубов – развиваем детский футбол!». Я не знаю, доходят ли деньги по назначению. И не вижу особого смысла в протесте: «Жгли, жжем и будем жечь!». Сам не проносил и не поджигал. Но позиция лидеров фанатов по этому вопросу однозначна.
Профессор: – Фанаты из Восточной Европы и Латинской Америки использовали пиротехнику десятилетиями. Так почему мы должны отказываться от «огней» по велению чинуш из УЕФА? Они делают все, чтобы убить нерв и сердце футбола, превратить его в продукт потребления.
– Но простые болельщики и игроки жалуются!
Профессор: – Ложь. Мы часто общаемся с игроками – им нравятся файер-шоу. Главное, чтобы дым не заволакивал поле.
Василий: – «Лужники» – огромный стадион. Не нравится дым –идите на трибуны А, С, на семейный сектор, где даже курение запрещено. Поверьте, вас, молчащих и грызущих семечки, на фан-секторе не ждут. Здесь люди клуб поддерживают.
Тем не менее в прошлом году на матчах Лиги чемпионов фанаты не зажгли ни одного файера. Валерий Карпин лично их об этом попросил.

В самом начале второго тайма фанаты выполняют домашнюю заготовку. Под продолжительные заряды (не прошедшие редакционную цензуру) на трибунах появляются едкие баннеры, на грани оскорблений. Самый безобидный: «Решения по делу Гогниева – позор российского футбола!».
Болельщики с центральных трибун аплодируют.
Василий: – Когда прекратятся оскорбления и фанаты заживут по закону? Когда по закону станут жить и футбольные «царьки»! Когда не будет договорняков, откатов и распила бюджетов. Когда РФС, а не болельщики начнут инициировать «агентские дела». Когда в клубы из дотационных регионов прекратят приезжать футболисты с зарплатами под миллиард рублей. Мы все видим и чувствуем.

К месту стюарда я пробираюсь лишь в концовке матча. Встретил добрых друзей, объездивших к своим 25 годам полмира со «Спартаком».
Одного из них только что сократили из железнодорожной службы.
– Проверка была, по зрению не прошел. Грустно, теперь вон учу юных машинистов. Будут у меня за «Спартак» болеть.
Место стюарда я занимаю рядом с Сашей. Футбола с его место не видно – стоим мы спиной к полю, зато фанаты как на ладони, среди них много красивых девушек. Взглядом разделяя толпу, убеждаюсь: публика разношерстная: молодые и старые, богатые и бедные, агрессивные и спокойные. Так было, есть и будет. Будут среди нас и спортсмены-околофутбольщики, сильные, трезвые парни, глядящие на остальных сверху вниз. Будут «ультрас» – средний класс, обеспечивающие перформанс и звуковую поддержку команде, где бы она ни играла. Будут оголтелые «карланы» – гопники, которые, «окультурившись», выберут дальнейший путь.

В конце матча некоторые болельщики сдают деньги. В беду попали люди из стана непримиримого врага… ЦСКА. После турнира по кудо, проходившего в Питере, машина с ребятами въехала в ограждение. Одному оторвало ногу. Нужна крупная сумма.
Благотворительная деятельность фанатов чуть ли не активнее клубной, и она не терпит разделения на «цвета».
На моей памяти человеку за три дня собрали более 200 тысяч рублей на срочную операцию. Фанаты оказывают помощь детдомам, организуют благотворительные футбольные турниры.
Профессор: – Клубная вражда существует. Но она внутриклановая. И если кто-то из нашей семьи попадет в беду, поверьте, мы объединимся и поможем.
Василий: – Мы не хотим афишировать благотворительную деятельность, навязывать кому-то. Фанаты о ней и так знают. Она идет от сердца. Инкогнито добрые поступки совершают сотни людей.

В низкой посещаемости российских матчей обвиняют фанатов. А разве не виноват сам футбол, которого в нашей стране попросту не стало? Мне непонятно, почему среди всего этого полукриминального бардака, разбитых полей, безобразия в низших дивизионах и детском футболе мы должны выигрывать Лигу чемпионов, чемпионаты мира и гордиться подписанием миллиардеров-пенсионеров?
Хотя это всего лишь мое, рядового фаната, мнение. Которое не совпадает с точкой зрения редакции.

А вы выходите в белом? Редактор отдела футбола о ситуации на трибунах российских стадионов

Олег Романцев: Если позовут, готов пойти на фанатскую трибуну «Спартака»