ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
Футбол
Январь так беден на чувственные удовольствия. Разве что пушистые снежинки, по которым успелось соскучиться этой полузимой, порадовали нынче меня, москвича. И слова, о которых я сегодня буду говорить, тоже ведь не почувствуешь, воздух сотрясся, успокоился – и всё.
О ЮРИДИЧЕСКОЙ ЭТИКЕ…
Роман Бабаев, генеральный директор футбольного клуба ЦСКА, а прежде его главный юрист, снова проигрывает суд. Понятно, это дело житейское: иногда выигрываешь, иногда проигрываешь; в сущности, как Лига чемпионов. Когда-то, помнится, поражение в суде он потерпел в споре с нами – газетой, которую вы держите в руках, и автором, которого до сих слов дочитали. Теперь проиграл – я уж не знаю тонкостей, как частное лицо или представитель клуба, но суть не в терминах – бразильскому футболисту, которого публично назвал «подонком».
Комментарии Романа Бабаева на эту тему кратки, но поразительны каждой буквой, каждой интонацией. Особенное наслаждение доставляет и то, что произносит все это юрист.
Не имеет смысла пересказывать слова Романа Бабаева; найдите их, благо в смысле Интернета Россия уже стала самой счастливой страной в Европе. Не буду пересказывать еще и потому, что пересказ отнимет у вас удовольствие: улыбка, без сомненья, вдруг коснется ваших глаз, да и насчет хорошего настроения я тоже уверен – оно с вами пребудет, когда вы прочитаете эту, извиняюсь за выражение, отповедь.
Я остановлюсь лишь на одном моменте.
ЦЕНЕ СЛОВА…
Бабаев выразился в том смысле, что, дескать, у нас каждый имеет право обратиться в суд. Таким тоном, как говорят «собака лает, ветер носит» – это читается даже по тексту, без интонации.
Между тем возможность каждого обратиться в суд не значит как раз ничего, свобода обратиться, если подумать, равна свободе плакать в подушку или обращаться к зеркалу. Имеет значение совсем другое: признание решения суда и уважение к нему. Не будем сейчас спорить, какие у нас суды. Ведь в случае, когда один публичный человек другого ругает подонком и в течение полугода никак не дезавуирует эти на любом языке оскорбительные слова, – дело-то ясное, яснее просто некуда. Просто увлекательно, что такой простой вещи не понимает человек, который посвятил изучению закона изрядную часть жизни.
«Спартак» и Веллитон создали очень простой и понятный прецедент: есть слова – и слова, за которые нужно отвечать. Роман Бабаев тоже создал прецедент. Говоря о сумме иска, действительно, номинальной, «у меня есть в кошельке рублей сто, буду иметь в виду, что рубль должен Веллитону», Роман Бабаев тем самым разрешает каждому за рубль называть подонком себя.
Но то часть, как говорится, его жизни. Я задумался над другим фактом. Роман ведь человек очень выдержанный. Не замечен в словесных дуэлях и эпатажных интервью. Прекрасно владеет собой… Как же это у него вырвалось-то, ведь не с пылу с жару, спустя время после игры? И почему он не использовал ни одну из многочисленных возможностей если не извиниться, то как-то отозвать эти слова, даже сейчас?
…И ГИПОТЕЗЕ ОБОЗРЕВАТЕЛЯ
Я долго думал над этим и пришел к интересному выводу. Точнее, гипотезе. Я уверен, что это просто не его слова.
Где-то между матчем и выходом к журналистам Роман, аккуратный клубный функционер, кабинетный умница, безусловно, находился в компании сильных армейского мира сего. За кулисами футбола, что само по себе нормально, в словах и выражениях никто не стесняется. Тем более в случае с Веллитоном, его столкновением с Акинфеевым и последовавшей за этим травмой вратаря. В эти минуты президент ЦСКА Евгений Гинер, думаю, уже понимал прекрасно, что будет добиваться дисквалификации Веллитона, и скорее всего понимал, что ее добьется…
Это теперь мы уже не просто поняли, а четко знаем всю фарсовость этого запала. Уже все, что положено, стало притчей во языцех, уже отсмеялись последние претендующие на оригинальность острословы…
А тогда было иначе.
Это, конечно, были не слова Бабаева. Сам он таких не говорит никогда. Я думаю, он услышал эти слова – или подобные – из уст своего начальства и угадал, что есть шанс услужить.
Потому и не отказался от них, потому и сейчас только отшучивается. Довольно неуклюже, кстати: вдруг взял и сравнил судебный иск с доносом. За свои слова он бы так не держался, а теперь был рубеж дерзкой обороны, первый форпост на страже интересов клуба.
Да и потом, делу-то цена – рубль. Наживем еще. Заработаем.