Мубарак Буссуфа: Мы очень хотим в еврокубки. Один из лидеров «Анжи» о «звездности» Это'о и о джентльмене Керимове

МУБАРАК
БУССУФА. Первый год – он трудный самый? Один из лидеров «Анжи», на днях отметивший годовщину пребывания в команде, подводит промежуточные итоги. И без русской азбуки тут никак не обойтись.

Ахмедыч

Помните, как «Терек» объявил о подписании контракта с Буссуфой, как несколько дней спустя сделка вдруг сорвалась и как марокканец на «флажке» дозаявочной кампании запрыгнул в «Анжи»? И как потом Хайдар Алханов крутил пальцем у виска, уверяя всех, что Буссуфа затребовал у «Терека» «Мерседес» с личным водителем и 25 билетов бизнес-класса в Бельгию ежегодно («у него, наверное, поехала крыша»)? Помните? Как все-таки бежит время.
Год назад «Анжи» воспринимался как выскочка, а Буссуфа казался хлюпиком, которого Игнашевичи и прочие Березуцкие просто-напросто в лепешку раздавят. Что ж, скептики оказались неправы.
– Когда я пришел в команду, «Анжи» занимал 14‑ю строчку, – вспоминает Мубарак. – Думали только о том, как бы завершить первый этап чемпионата в первой восьмерке… Но последовали победы над «Рубином», «Спартаком», «Локомотивом» – и появилась вера в себя. А вскоре клуб подписал Это’О – суперзвезду.
– Звучит как название мюзикла, только там чуть иначе – «Иисус Христос – суперзвезда».
– Это’О – идеальный капитан и прирожденный лидер.
– Говорят, Самюэль настолько вжился в роль вожака, что интересуется у персонала «Анжи», вовремя ли им платят зарплату. Прямо как крестный отец!
– Ему важно знать, что в его окружении все чувствуют себя комфортно.
– А Красножана вот Это’О невзлюбил. Вы тоже считаете его старомодным тренером?
– Да я толком и позаниматься с Красножаном не успел. Только вернулся с Кубка Африки, а через три дня его убрали. Понятия не имею, что там произошло. Я знаю не больше вашего.
– Вы всего год в команде, а уже успели поработать с пятью тренерами.
– Гаджиев, Красножан, Хиддинк – всего три! – поправляет Буссуфа.
– А как же тандем Гордеева с Роберто Карлосом? Попробуйте двумя-тремя словами охарактеризовать Карлоса-тренера.
– Услужливый и добрый. У него и сейчас всегда можно спросить совета по тактике, по игровым моментам.
– Теперь Гаджиева…
– Спокойный, почтительный, никогда не скажет за спиной того, чего не сказал бы в глаза. Прекрасный человек.
– Правда ли, что его тактические занятия порой длились по несколько часов?
– Неужели вы думаете, что я позволю себе насмехаться над ним?
– Тогда охарактеризуйте Хиддинка.
– Конкретен в своих высказываниях. Харизматичен. Большой тренер. Его послужной список говорит сам за себя. Гус любит объяснять на поле, как нужно действовать в той или иной ситуации, проводя небольшие тактические совещания. Короче говоря, с его приходом «Анжи» сделал еще один шаг вперед.
– Знаете, как болельщики называют Хиддинка?
– Нет. Гус Ахмедыч? А что такое Ахмедыч?
– Отчество. Как Иванович, только на дагестанский манер, – приходится объяснять всю подоплеку. – Юмор, в общем.
– Ничего не понял.
– Ладно. Как зовут вашего отца?
– Сулейман.
– Значит, когда вы станете тренером, российские игроки будут называть вас Мубарак Сулейманович.
– Круто. А болельщики?..

Настоящий джентльмен Керимов

Вернемся к истории с «Тереком» и заявлениям Алханова. «Мерседес» с водителем и 25 билетов в Бельгию – это еще куда ни шло. Но зачем игроку сразу четверо личных телохранителей?
– Я никогда не просил четверых телохранителей! – у Мубарака заблестели глаза. – Я, как и вы, задаюсь вопросом, откуда в «Тереке» взяли эти цифры. Но конфликтовать с ними не собираюсь. Если бы я так пекся о своей безопасности, наверное, у меня в «Анжи» были бы охранники, правда? Скажите, вы видите где-нибудь охранников? (Оглядываемся по сторонам – никого.) Все мои друзья скажут вам: я парень – проще некуда. Я же не суперзвезда и не президент. Совершенно спокойно гуляю по Москве и Махачкале, мне даже один телохранитель не нужен.
– Где это вы по Махачкале гуляете?
– В прошлом году «Анжи» порядка недели готовился в Махачкале, и я выбирался в центр. Зашел в супермаркет, купил продукты. Никаких проблем! Люди любят преувеличивать. В том числе насчет телохранителей.
– Даже у Керимова, кажется, нет четверых телохранителей.
– Не знаю, не проверял.
– Вы когда-нибудь общались с владельцем клуба?
– Он все время с нами на связи! Мы часто общаемся на футбольные темы. Сулейман – открытый человек. Настоящий джентльмен.
– Керимов постоянно носит какие-то специальные перчатки. Это тоже нечто джентльменское?
– Мой друг, зачем мне-то такие вопросы задавать? Спрашивайте о футболе.
– Хорошо. За какое место будет бороться «Анжи»?
– С учетом того как стремительно мы прогрессируем, думаю, что в следующем сезоне можно ставить конкретную цель – попасть в тройку, скажем.
– А что в этом?
– Выступить по максимуму. Мы очень хотим в еврокубки!

Жуть-жуть

Хотите байку? В самолете сидят рядом два мужчины – Роберто Карлос (тогда он еще выходил в основе «Анжи») и Диего Тарделли (тогда его еще не продали в Катар). Клубный Ту-154 заходит на посадку в аэропорту Махачкалы. Лица бразильцев напряжены – оба побаиваются летать. Наконец, когда шасси касаются посадочной полосы, оба вскакивают с мест и бегут к креслу Гаджи Гаджиева (тогда он еще возглавлял команду). Тряся тренера за плечи, Карлос и Тарделли хохочут и наперебой выкрикивают заученную русскую фразу: «Слава Богу, Махачкала!». И так каждый раз, когда команда прилетает в Дагестан на домашние матчи.
– В первый раз слышу об этой истории, – улыбается Буссуфа. – Я из русского знаю только «хорошо» да «жуть-жуть».
– Без знания языка в новой стране адаптироваться непросто.
– Меня нельзя назвать привередой, я в любой стране адаптируюсь очень быстро. К тому же в Москве крайне сложно заскучать и впасть в апатию. Хотя вообще-то я домашний человек. Расслабляюсь, смотрю сериалы вроде «Красавцев» или «Блудливой Калифорнии». Можно еще послушать R‘n‘B, хип-хоп или поп-музыку.
– Надеюсь, не российскую?
– И российскую тоже, правда, не понимаю ни слова. Есть такая – «Давай, давай!». Знаете, кто поет?
– Нет. Давайте лучше о плясках. Как вам традиция танцевать после побед лезгинку прямо на столе в раздевалке?
– Классная традиция. Постепенно учу движения, но это нелегко. Парни помогают.
– Что за парни?
– Лучше всех у Махача (Гаджиев. – Прим. ред.) получается. Арсен (Акаев. – Прим. ред.), конечно, тоже мастер.

Инёню» в Махачкале

Те, кто был на домашних матчах «Анжи», не дадут соврать: фамилия Буссуфа звучит с трибун чаще остальных.
– Я обожаю Дагестан, – признается Мубарак. – У нас, без преувеличения, лучшие болельщики во всем российском чемпионате. Почти каждый матч – биток. Где еще в России с таким энтузиазмом встречают игроков, когда те выходят на поле? Где еще их так поддерживают? Я счастлив выступать за «Анжи» и горжусь тем, что болельщики выкрикивают мое имя.
– Как полагаете, чем вы заслужили такое признание?
– Наверное, они чувствуют, что я полностью отдаюсь в каждом матче. Что я не филоню.
– Вы играли в Бельгии, бывали на стадионах в Англии. Можно сравнить культуру боления или дагестанцам еще есть в чем прибавить?
– По мне, главное в болении – умение быть полным энтузиазма, не бояться показывать свои эмоции. Поддерживать игроков и скандировать их имена. И со всем этим в «Анжи» полный порядок. У нас превосходная публика.
– Все чаще проводятся параллели между «Анжи» и «Галатасараем»: играть против этих команд в гостях – все равно что играть в аду.
– Если 15 тысяч дагестанцев наводят столько шума, что было бы, если бы мы играли хотя бы на 30‑тысячнике вроде «Инёню», где выступает «Бешикташ»? Не сомневаюсь, на топовые игры на нас приходили бы и по 40, и по 50 тысяч. Вот это действительно был бы ад для соперника.