Бонусы букмекеров
Фото
Футбол
На дерби «Спартак» – ЦСКА наш спецкор с сотней других болельщиков пережил чудовищную давку, чудом обошедшуюся без человеческих жертв.
БАНАНЫ И ГЛИНТВЕЙН
Все чаще слышу: «Лужники» меняются к лучшему». Здесь теперь меньше хамят и больше заботятся о болельщике. Однажды даже угостили бесплатным чайком…
Но лучше один раз увидеть.
…Очередь в «спартаковскую» кассу оказалась в десять раз длиннее, чем в «армейскую», поэтому без шума и пыли был взят билет на гостевой сектор С3.
950 рублей – вполне адекватное предложение.
По дороге к трибуне шмонали часто, но вежливо. Даже к провокационно захваченным бананам не придрались. Оно и правильно – с моей трибуны их докинуть до поля не смогла бы даже Мария Абакумова, действующая чемпионка мира по метанию копья.
Внутри «Лужа» с момента нашей последней встречи тоже заметно изменилась в лучшую сторону. Грязные прилавки с тухлым чаем за сто рублей обернулись нарядными лавками с надписью «кафетерий», в которых почаевничать можно было всего за 30 целковых. Манили еще безалкогольный глинтвейн за 50 рэ и вареная кукуруза за 100. На радостях я тут же простил неласковой продавщице и 20 рублей невыданной сдачи, и отсутствие чека, и холодный чай, налитый почему-то в 200‑граммовый стаканчик вместо заявленного в меню 300‑граммового. В награду на трибуне ждала очередная приятная неожиданность: с моего 21‑го ряда было не так уж плохо видно поле. А значит, можно было восхищаться не только баннерной и пиротехнической войной противоборствующих фанатских кланов, но и наслаждаться собственно футболом.
Но лучше один раз увидеть.
…Очередь в «спартаковскую» кассу оказалась в десять раз длиннее, чем в «армейскую», поэтому без шума и пыли был взят билет на гостевой сектор С3.
950 рублей – вполне адекватное предложение.
По дороге к трибуне шмонали часто, но вежливо. Даже к провокационно захваченным бананам не придрались. Оно и правильно – с моей трибуны их докинуть до поля не смогла бы даже Мария Абакумова, действующая чемпионка мира по метанию копья.
Внутри «Лужа» с момента нашей последней встречи тоже заметно изменилась в лучшую сторону. Грязные прилавки с тухлым чаем за сто рублей обернулись нарядными лавками с надписью «кафетерий», в которых почаевничать можно было всего за 30 целковых. Манили еще безалкогольный глинтвейн за 50 рэ и вареная кукуруза за 100. На радостях я тут же простил неласковой продавщице и 20 рублей невыданной сдачи, и отсутствие чека, и холодный чай, налитый почему-то в 200‑граммовый стаканчик вместо заявленного в меню 300‑граммового. В награду на трибуне ждала очередная приятная неожиданность: с моего 21‑го ряда было не так уж плохо видно поле. А значит, можно было восхищаться не только баннерной и пиротехнической войной противоборствующих фанатских кланов, но и наслаждаться собственно футболом.
ВОРОТА НА ЗАМКЕ
Первый негатив родился из воздуха – сигнал сотовой сети во время матча постоянно исчезал, не позволяя делиться своими впечатлениями о дерби в Интернете в режиме онлайн. Ну да не большая беда – заснятые на телефон фото и видео вполне можно было выложить сразу после выхода со стадиона по дороге домой. Большая же беда заключалась в том, что путь домой был отрезан...
Только ленивый, пожалуй, не гневался на наше ноу-хау – пресловутый «порядок выхода с трибун». При его упоминании у критиков издавна хорошим тоном считается рассказать о «европейском чуде»: заходе/выходе со стадионов за мизерные 10 минут. Апологеты нашего метода в ответ любят судачить о всепобеждающей конструктивной особенности советских арен, которые не позволяют подходить к ним с общемировыми мерками. К этому элементу нашего спортивного быта все настолько привыкли, что особо спешащие бодро покидают места еще на 85‑й минуте. Присоединиться к ним мне мешает опасный момент у ворот «Спартака». На этот раз Дикань держит их на замке. Но в ту же секунду вешают «замок» и на выход с нашей трибуны: его перегораживают неприступные полицейские.
Интересно, на каком основании меня не выпускают с моих не самых дешевых мест за две минуты до окончания основного времени, то есть за пять минут до конца матча с учетом трех добавленных? Впрочем, не устраивать же скандал из-за такого по российским меркам пустяка? Тем более что диктор четко объявляет: наш сектор покидает трибуны вторым по очереди – не так уж и долго придется ждать. Какое же это было заблуждение...
Только ленивый, пожалуй, не гневался на наше ноу-хау – пресловутый «порядок выхода с трибун». При его упоминании у критиков издавна хорошим тоном считается рассказать о «европейском чуде»: заходе/выходе со стадионов за мизерные 10 минут. Апологеты нашего метода в ответ любят судачить о всепобеждающей конструктивной особенности советских арен, которые не позволяют подходить к ним с общемировыми мерками. К этому элементу нашего спортивного быта все настолько привыкли, что особо спешащие бодро покидают места еще на 85‑й минуте. Присоединиться к ним мне мешает опасный момент у ворот «Спартака». На этот раз Дикань держит их на замке. Но в ту же секунду вешают «замок» и на выход с нашей трибуны: его перегораживают неприступные полицейские.
Интересно, на каком основании меня не выпускают с моих не самых дешевых мест за две минуты до окончания основного времени, то есть за пять минут до конца матча с учетом трех добавленных? Впрочем, не устраивать же скандал из-за такого по российским меркам пустяка? Тем более что диктор четко объявляет: наш сектор покидает трибуны вторым по очереди – не так уж и долго придется ждать. Какое же это было заблуждение...
ВРАГ НЕ ПРОЙДЕТ!
Расположенный напротив самый элитный сектор А уже давно пил дома чай с вареньем, а нас все еще не выпускают. Народ невзгоды поначалу сносит с прибаутками: оказались, дескать, заложниками победы ЦСКА (хозяином-то поля, напомню, был «Спартак»). Кто-то, не к ночи будь сказано, вспоминает матч «Спартак» – «Харлем», где на выходе были задавлены десятки людей. Но когда по прошествии получаса на наших изумленных глазах стал не в свою очередь уходить боковой спартаковский сектор В, люди уже ощутили себя заложниками взаправдашними.
Как водится, первыми попросили выпустить женщин, детей и особо нуждающихся – тех, у кого на руках были билеты на поезда. Полицейские только злорадно лыбились в ответ, потеряв после этого даже своего самого яростного сторонника, то и дело увещевавшего у меня за спиной: «Не оскорбляйте пацанов, они люди подневольные – приказ выполняют». Теперь тот же бас голосит: «Эй, вы, ублюдки, почему нас держите? Пригласите сюда старшего, пусть объяснит!».
Стоит ли говорить, что ни старшего, ни каких-либо объяснений ниоткуда не последовало. Лишь табло издевательски светит над пустым сектором В: «Уважаемые зрители! При выходе со стадиона просим вас соблюдать организованность и порядок...»
Народ звереет. Народ напирает.
– Пропустите меня, я же девушка, – в отчаянии прорывается к выходу блондинка.
– Куда прешь, дура? У моего пятилетнего сына сейчас мочевой пузырь лопнет – чем он хуже? – опрятного вида папаша на исходе «третьего тайма» на грани нервного срыва. Я вспоминаю «Спартак» – «Харлем» уже всерьез…
Болельщики с верхних мест гроздьями свисают над проемом выхода, костеря на чем свет стоит и полицейских, и их начальников, и начальников их начальников. Один отчаянный, не выдержав вида столь близкой свободы, сиганул вниз метров с трех. За ним следом второй уже было занес ногу. Но то ли струхнул, то ли ему совсем не понравилось то, что сделали с первым спрыгнувшим.
Скорее все-таки последнее, ибо увиденное произвело на верхние ряды эффект искры в пороховой бочке. С криками «Дави!» народ осатанело повалил к выходу. Я пытаюсь сделать видеозапись происходящего на телефон (дурацкий репортерский инстинкт!), но люди, в буквальном смысле начавшие падать с верхних рядов, выбивают его у меня из рук. Я нагибаюсь, чтобы поднять его, и оказываюсь в водовороте, пытающемся прорвать оцепление. Давка, девичьи визги, мат-перемат, сдавленные стоны здоровых мужиков, прижатых к бетонной стене... Детский плач, истошные крики о помощи, обращенные к полицейским... Те, будто именно они находятся в смертельной опасности, в ответ лишь плотнее смыкают ряды и зовут подкрепление. В мгновение ока каждый сантиметр подтрибунного прохода закрыт телами товарищей в сером, которые начинают оттирать народ в обратную сторону. Враг, то есть болельщик, не пройдет!
Как водится, первыми попросили выпустить женщин, детей и особо нуждающихся – тех, у кого на руках были билеты на поезда. Полицейские только злорадно лыбились в ответ, потеряв после этого даже своего самого яростного сторонника, то и дело увещевавшего у меня за спиной: «Не оскорбляйте пацанов, они люди подневольные – приказ выполняют». Теперь тот же бас голосит: «Эй, вы, ублюдки, почему нас держите? Пригласите сюда старшего, пусть объяснит!».
Стоит ли говорить, что ни старшего, ни каких-либо объяснений ниоткуда не последовало. Лишь табло издевательски светит над пустым сектором В: «Уважаемые зрители! При выходе со стадиона просим вас соблюдать организованность и порядок...»
Народ звереет. Народ напирает.
– Пропустите меня, я же девушка, – в отчаянии прорывается к выходу блондинка.
– Куда прешь, дура? У моего пятилетнего сына сейчас мочевой пузырь лопнет – чем он хуже? – опрятного вида папаша на исходе «третьего тайма» на грани нервного срыва. Я вспоминаю «Спартак» – «Харлем» уже всерьез…
Болельщики с верхних мест гроздьями свисают над проемом выхода, костеря на чем свет стоит и полицейских, и их начальников, и начальников их начальников. Один отчаянный, не выдержав вида столь близкой свободы, сиганул вниз метров с трех. За ним следом второй уже было занес ногу. Но то ли струхнул, то ли ему совсем не понравилось то, что сделали с первым спрыгнувшим.
Скорее все-таки последнее, ибо увиденное произвело на верхние ряды эффект искры в пороховой бочке. С криками «Дави!» народ осатанело повалил к выходу. Я пытаюсь сделать видеозапись происходящего на телефон (дурацкий репортерский инстинкт!), но люди, в буквальном смысле начавшие падать с верхних рядов, выбивают его у меня из рук. Я нагибаюсь, чтобы поднять его, и оказываюсь в водовороте, пытающемся прорвать оцепление. Давка, девичьи визги, мат-перемат, сдавленные стоны здоровых мужиков, прижатых к бетонной стене... Детский плач, истошные крики о помощи, обращенные к полицейским... Те, будто именно они находятся в смертельной опасности, в ответ лишь плотнее смыкают ряды и зовут подкрепление. В мгновение ока каждый сантиметр подтрибунного прохода закрыт телами товарищей в сером, которые начинают оттирать народ в обратную сторону. Враг, то есть болельщик, не пройдет!
КТО ОТВЕТИТ ЗА БЕСПРЕДЕЛ?
Этот ад длился, наверное, минуты три-четыре. Но это были одни из самых страшных трех минут моей жизни. Самые страшные минуты на каком-либо массовом мероприятии – это точно (если, конечно, не считать таковыми безрассудные студенческие походы к Белому дому под трассирующими пулями).
Вы скажете, что у страха глаза велики. А я скажу, что хожу на футбол уже 32 года и ни в какие времена ни в каких лигах такого не видел. Уверен, что от травм и увечий нас в этот вечер спасла лишь вменяемость публики. Каким-то чудом людям, в буквальном смысле прижатым к стенке, удалось докричаться до сознания напиравшей толпы.
Нас отпустили ровно через час после окончания матча. Как и держали – без объяснения причин и уж тем более извинений. Уверен, что, успокоившись, многие из моих соседей по сектору еще придут на футбол. Вопреки здравому смыслу, но благодаря любви к этой игре и к своей команде – всепоглощающей и всепрощающей. Но о каком мы футбольном бизнесе в нашей стране можем вести после этого речь? Какой ЧМ-2018, окститесь?! Еще кто-то удивляется, что при таком подходе в Российской футбольной премьер-лиге (РФПЛ) не растет посещаемость?
Сейчас, конечно, сразу подтянутся казуисты, которые объяснят, что РФПЛ ни при чем, что за безопасность на матчах отвечает принимающая сторона. А инструкция по выходу со стадиона наверняка утверждалась в МВД. Может, оно и правда, но я тут любопытный документ открыл – «Правила поведения зрителей и обеспечения их безопасности» называется. Навскидку вижу, что сразу три моих права были нарушены:
«1.7. На уважение и защиту со стороны Организатора Матча, Полиции и иных лиц достоинства личности каждого Зрителя, в том числе на обеспечение запрета бесчеловечного или унижающего достоинство обращения со Зрителями.
1.8. На обеспечение безопасности своей жизни и здоровья, а также на предотвращение причинения вреда своему имуществу.
1.9. На своевременное предоставление необходимой и достоверной информации о порядке нахождения Зрителей на Стадионе и выхода с него, об ограничениях и запретах, связанных с посещением Матча».
Интересно, хоть кто-нибудь ответит за их нарушение? Нет? А зачем нам тогда в принципе эта РФПЛ, если она все время ни при чем? Каковы вообще достижения команды Сергея Прядкина на посту президента лиги? Томская дыра? Связка из питерского, самарского и черкизовского бананов? Скандал на скандале сидит и скандалом в каждом туре погоняет! Не пора ли сменить управленцев лиги, которая годами не может обеспечить если не элементарного, то уж точно самого главного – зрительской безопасности? Или для этого обязательно надо, чтобы из сектора С3 в понедельник кого-то вынесли вперед ногами?
Впрочем, может, я сгущаю краски? Может, РФПЛ все-таки способна провести расследование произошедшего в понедельник в лужниковском секторе С3? И даже внятно доложит общественности результаты с указанием конкретных виновных? Это будет прекрасным способом доказать, что РФПЛ – реальная направляющая сила в нашем футболе, а не заурядная конторка по стрижке купонов с телевизионных и спонсорских контрактов.
Вы скажете, что у страха глаза велики. А я скажу, что хожу на футбол уже 32 года и ни в какие времена ни в каких лигах такого не видел. Уверен, что от травм и увечий нас в этот вечер спасла лишь вменяемость публики. Каким-то чудом людям, в буквальном смысле прижатым к стенке, удалось докричаться до сознания напиравшей толпы.
Нас отпустили ровно через час после окончания матча. Как и держали – без объяснения причин и уж тем более извинений. Уверен, что, успокоившись, многие из моих соседей по сектору еще придут на футбол. Вопреки здравому смыслу, но благодаря любви к этой игре и к своей команде – всепоглощающей и всепрощающей. Но о каком мы футбольном бизнесе в нашей стране можем вести после этого речь? Какой ЧМ-2018, окститесь?! Еще кто-то удивляется, что при таком подходе в Российской футбольной премьер-лиге (РФПЛ) не растет посещаемость?
Сейчас, конечно, сразу подтянутся казуисты, которые объяснят, что РФПЛ ни при чем, что за безопасность на матчах отвечает принимающая сторона. А инструкция по выходу со стадиона наверняка утверждалась в МВД. Может, оно и правда, но я тут любопытный документ открыл – «Правила поведения зрителей и обеспечения их безопасности» называется. Навскидку вижу, что сразу три моих права были нарушены:
«1.7. На уважение и защиту со стороны Организатора Матча, Полиции и иных лиц достоинства личности каждого Зрителя, в том числе на обеспечение запрета бесчеловечного или унижающего достоинство обращения со Зрителями.
1.8. На обеспечение безопасности своей жизни и здоровья, а также на предотвращение причинения вреда своему имуществу.
1.9. На своевременное предоставление необходимой и достоверной информации о порядке нахождения Зрителей на Стадионе и выхода с него, об ограничениях и запретах, связанных с посещением Матча».
Интересно, хоть кто-нибудь ответит за их нарушение? Нет? А зачем нам тогда в принципе эта РФПЛ, если она все время ни при чем? Каковы вообще достижения команды Сергея Прядкина на посту президента лиги? Томская дыра? Связка из питерского, самарского и черкизовского бананов? Скандал на скандале сидит и скандалом в каждом туре погоняет! Не пора ли сменить управленцев лиги, которая годами не может обеспечить если не элементарного, то уж точно самого главного – зрительской безопасности? Или для этого обязательно надо, чтобы из сектора С3 в понедельник кого-то вынесли вперед ногами?
Впрочем, может, я сгущаю краски? Может, РФПЛ все-таки способна провести расследование произошедшего в понедельник в лужниковском секторе С3? И даже внятно доложит общественности результаты с указанием конкретных виновных? Это будет прекрасным способом доказать, что РФПЛ – реальная направляющая сила в нашем футболе, а не заурядная конторка по стрижке купонов с телевизионных и спонсорских контрактов.
P.S.
Уважаемые собратья по сектору С3 и соседним С7–С8! Видел, многие из вас фиксировали происходивший беспредел на мобильные устройства. Прошу вас поделиться фото- и видеоматериалами с «Советским спортом» – шлите их на resume@sovietsport.ru. Не дадим вытирать о себя ноги, остановим насилие на стадионах!
ЧТО ГОВОРИТ РЕГЛАМЕНТ?
«РЕГУЛЯРНО ОБЪЯВЛЯТЬ ЗРИТЕЛЯМ, СКОЛЬКО ИМ ЖДАТЬ…»
Как выяснил «Советский спорт», полиция при обеспечении порядка во время выхода болельщиков с трибун не пользуется какими-либо специальными инструкциями. Порядок выпуска людей с трибун определяется на совещании перед матчем. Кроме того, полицейские должны соблюдать «Правила поведения зрителей и обеспечения их безопасности», утвержденные Исполкомом РФС в прошлом году.
Порядок выхода зрителей со стадиона описан в пункте 7.10 главы 2. Там сказано, что в случае принятия полицией решения об особом порядке выхода зрителей со стадиона (например, последовательное с временными задержками покидание зрителями соответствующих секторов), организатор матча обязан:
1) незадолго до окончания матча объявить по громкоговорителям об особом порядке выхода зрителей со стадиона;
2) в период пребывания на стадионе обеспечить болельщикам команды гостей доступ к прохладительным напиткам и туалетам;
3) регулярно объявлять зрителям, сколько времени им осталось ждать до того момента, когда они смогут покинуть стадион;
4) предпринять иные меры, установленные актами РФС и/или лиг.
В таком случае, в виде исключения, полиции рекомендуется беспрепятственно обеспечить выход со стадиона зрителей, предъявивших стюардам билеты на свое имя на транспорт, отбывающий из города проведения матча в ближайшие 2,5 часа для авиатранспорта или 1,5 часа для иных видов общественного транспорта междугородного или международного сообщения при условии добровольного устранения из элементов своего внешнего вида атрибутики поддержки своего клуба.
Как выяснил «Советский спорт», полиция при обеспечении порядка во время выхода болельщиков с трибун не пользуется какими-либо специальными инструкциями. Порядок выпуска людей с трибун определяется на совещании перед матчем. Кроме того, полицейские должны соблюдать «Правила поведения зрителей и обеспечения их безопасности», утвержденные Исполкомом РФС в прошлом году.
Порядок выхода зрителей со стадиона описан в пункте 7.10 главы 2. Там сказано, что в случае принятия полицией решения об особом порядке выхода зрителей со стадиона (например, последовательное с временными задержками покидание зрителями соответствующих секторов), организатор матча обязан:
1) незадолго до окончания матча объявить по громкоговорителям об особом порядке выхода зрителей со стадиона;
2) в период пребывания на стадионе обеспечить болельщикам команды гостей доступ к прохладительным напиткам и туалетам;
3) регулярно объявлять зрителям, сколько времени им осталось ждать до того момента, когда они смогут покинуть стадион;
4) предпринять иные меры, установленные актами РФС и/или лиг.
В таком случае, в виде исключения, полиции рекомендуется беспрепятственно обеспечить выход со стадиона зрителей, предъявивших стюардам билеты на свое имя на транспорт, отбывающий из города проведения матча в ближайшие 2,5 часа для авиатранспорта или 1,5 часа для иных видов общественного транспорта междугородного или международного сообщения при условии добровольного устранения из элементов своего внешнего вида атрибутики поддержки своего клуба.
ЧТО ГОВОРЯТ В ПОЛИЦИИ?
«ДОЛЖНЫ ИЗБЕЖАТЬ ДАВКИ В МЕТРО»
Заместитель начальника 11‑го отдела Главного управления обеспечения охраны общественного порядка МВД России Юрий Абрашов объяснил, почему полиция не выпускает болельщиков с трибун «Лужников» одновременно.
– Мы не можем выпускать болельщиков со всех трибун одновременно. Это связано с тем, что пропускная способность станции метро «Спортивная» ограничена. В то же время станцию «Воробьевы горы» мы задействовать не можем: в таком случае составы будут приходить на «Спортивную» уже заполненными. Чтобы не возникало давки в метро и на подступах к нему, мы вынуждены выпускать людей с трибун постепенно, – пояснил Юрий Абрашов корреспонденту «Советского спорта» Артему ЛОКАЛОВУ.
Заместитель начальника 11‑го отдела Главного управления обеспечения охраны общественного порядка МВД России Юрий Абрашов объяснил, почему полиция не выпускает болельщиков с трибун «Лужников» одновременно.
– Мы не можем выпускать болельщиков со всех трибун одновременно. Это связано с тем, что пропускная способность станции метро «Спортивная» ограничена. В то же время станцию «Воробьевы горы» мы задействовать не можем: в таком случае составы будут приходить на «Спортивную» уже заполненными. Чтобы не возникало давки в метро и на подступах к нему, мы вынуждены выпускать людей с трибун постепенно, – пояснил Юрий Абрашов корреспонденту «Советского спорта» Артему ЛОКАЛОВУ.