Операции прикрытия

Вдумайтесь: «Зенит», пользуясь кадровым ресурсом, заложенным еще во времена Адвоката, и тактическим ноу-хау, внедренным Спаллетти еще весной 2010‑го, уже третий год вне конкуренции. Самим этим непреложным фактом вопрос: а несет ли в себе наш клубный топ-футбол признаки развития? – превращается в риторический.

Из всех ожиданий, пылких и трепетных, устремленных навстречу финальной пульке, по большому счету сбылось одно: угроза повышенного травматизма. Предчувствовалось, что весной (номинальной пока) ловчее будет получаться попадать по ногам и, увы, головам соперников, чем по мячу.

Признаться, сейчас сам себя поругиваю за чрезмерность ожиданий. Ведь, если покопаться в памяти, веснами по-футбольному больших топ-матчей в нашей практике почти не случалось. Это уж потом, с пробуждением-цветением природы, порой счастливо срасталось – чтобы и энергично, и на встречных курсах, и мастеровито. А сейчас… Понятно, что идет борьба. Вот только такая, что воскрешает футбольные пародии советской еще эстрады. «Внимание, игрок получает мяч! Обрабатывает (комментатор закашлялся)… обрабатывает (комментатор зевнул)… кончил обрабатывать». Или: «Не успевает овладеть мячом одна команда, как тут же не успевает овладеть другая».

Ну и интрига – самая острая и завораживающе таинственная – зарыта, что логично, не собственно в футболе, а в сбывшемся травматизме.

Столкновение Кержакова с Диканем по-прежнему на слуху. Все сразу вспомнили эпизоды Веллитон – Габулов и Веллитон – Акинфеев. Провели параллели. Но одних только параллелей недостаточно, по-моему. Стоит восстановить всю цепь событий. И тогда в сознании вспыхнет сюжет, требующий детективно-аналитического дара не то что Марининой – Агаты Кристи!

Итак, вспомним по порядку. Тройственная административная акция ЦСКА – «Зенита» – «Динамо» против агрессивного Веллитона. А дальнейшее взывает уже к изощренной логике, свойственной развитию крепкого детективного сюжета. «Динамо» – «Спартак» (еще осенью): Кураньи страшенно попадает в голову Паршивлюку – наблюдатели в один голос признают, что неумышленно. «Спартак» – ЦСКА (уже в марте): В.Березуцкий в стыке, с виду вполне рабочем, наносит серьезное повреждение Веллитону – целенаправленной крамолы в действиях защитника опять же никто не замечает. И вот «Спартак» – «Зенит»: в столкновении с Кержаковым Дикань получает сотрясение мозга – и вновь в эпизоде не обнаружено намека не рецидив грубости или жестокости. Зенитовец, больше того, всем своим участливым поведением выражает беспокойство по поводу происшедшего.

Итого: были выбиты из футбольного процесса три, пожалуй, наиболее надежных, проверенных и продуктивных спартаковских игрока. Капитан, вице-капитан и патентованный снайпер. Вереница несчастных случаев? Не более чем совпадение? Но часто ли вам, читатель, доводилось обнаруживать в своей жизни цепочку столь прицельных случайностей?

Состояние полей выполняет – невольно и убедительно – функцию операции прикрытия весенней футбольной неполноценности для большинства участников финальной пульки. Но «Спартаку» оправдать свою игровую несостоятельность было в марте сложнее, чем прочим. Два больших (по названиям) матча, с ЦСКА и «Зенитом», он сыграл на ровном ковре «Лужников». Успев показаться и на пристойном газоне в Махачкале. Но обнаружить, с чем «Спартак» вошел в год 2012‑й, оказалось невозможно.

Видите ли, какое дело. Именно на игре «Спартака» во многом был в молодые годы воспитан мой футбольный вкус (применительно к футболу отечественному) – и «Спартака» Симоняна, и «Спартака» Бескова. И потому я слишком крепко приучен: сама марка этой команды обязывает ее к тому, чтобы стремиться соперника обыгрывать, загадывать ему загадки сплетением мысли и действия. «Спартак» в историческом ракурсе бывал и слабеньким – но почти никогда не бывал безыдейным.А сейчас я пытаюсь распознать код конструктивных действий «Спартака» – и он видится мне примитивным до невозможности. Идет примерно такая игра: один позанимался с мячом, причем статично-затянуто, осмотрелся, передал партнеру – и так дальше. Ради всей этой монотонной процедуры Карпин держит в опорной зоне Де Зеува и Кариоку – скорее контролеров мяча, нежели бойцов-отбиральщиков. И ради нее оборона остается отчаянно уязвимой для форменных дежавю. К примеру: Тошич забил «Спартаку», точно так же привольно прогулявшись по зияющему бесхозному коридору, как зенитовец Данни в матче второго круга. А Семак почти повторил собственный голевой маневр из рубиновской еще практики-2009.

Парадокс: Карпин производит впечатление человека крайне работящего – а смотришь на «Спартак», на всю эту повторяющуюся бессмыслицу и расхлябанность, и вспоминается народное «Работа не волк, в лес не убежит».

Если одним словом, то в клубе «Спартак» отсутствует важнейшее подразделение – инспекция качества. Зато пустила глубокие корни, если воспользоваться термином хоккейного тренера Виктора Тихонова, философия оправдания. Не перестаю удивляться оценкам собственной команды, раздающимся из уст Леонида Федуна. Вот совсем недавняя: «Еще одно-другое приобретение, и у нас будет команда – икорка с маслицем». А на контрасте-противоходе – свежая: «Недоработали в селекции, вот и получаем».

Да неужто? А мне-то казалось, что «Спартак» бурной селекционной активностью в последние пару лет подводил к мысли, что Пареха, Макгиди, Де Зеув, Эменике – все это штучный товар, стилеобразующий…

А впрочем, сюжет, лишивший «Спартак» всей объективно содержащейся в нем ныне конкретики – неизменно бегущего Веллитона и неизменно надежного Диканя – и достойный пера, равного по проницательности Агате Кристи, исправно выполнит функцию операции прикрытия. И облегчит владельцу клуба выполнение главнейшей из задач: дать Карпину и дальше работать.