Анатолий Бышовец: В 88‑м мы победили благодаря запредельному порогу терпения

Как и всякому гостю редакции, Бышовцу поступило немало вопросов с нашего сайта WWW.SOVSPORT.RU. И большинство из них были посвящены не прошлому, а настоящему и будущему. К примеру: почему заслуженный тренер СССР не при деле?

– Когда-то я сказал, что 60‑летний рубеж для тренера – уже пенсионный возраст, – отвечает Бышовец. – Сейчас мне 67. И ощущения мои таковы: тяжело наблюдать со стороны за футболом, осознавая, что могу вести активную деятельность. Когда читал лекции молодым тренерам, то кто-то из них – кажется, Хохлов или Тихонов – вспомнили ту цитату о 60‑летнем рубеже. Что я мог ответить? У меня лишь родилась мысль в стихотворной форме.

Когда твой разум не поник
И волю не сломили годы,
Ты только сед, но не старик,
Смирившийся с законами природы.

– Так вот, я приветствую работу, – продолжает Бышовец. – Но если есть истинно рабочая атмосфера, честь и совесть. Ситуация, в которой я нахожусь долгое время, сама по себе сложная. Была победа с «Локо» в Кубке страны, мы хорошо играли. Но в какой-то момент некие люди подумали: зачем давать шанс?.. Когда ты независим и с опытом, то становишься препятствием для некоторых персонажей.

…И еще повторяющиеся вопросы – о представительстве Бышовца в твиттере. Развелось их, оказывается, видимо-невидимо…

– Это самозванцы! – говорит Бышовец. – Я не заходил в твиттер, не заводил. Я-то отвечаю за свои слова, а вот кто они такие… Люди все чаще злоупотребляют общением в виртуальном пространстве. И я отрицательно отношусь к этому.

Настало время раскрыть великие тайны 25‑летней давности. К примеру, журналист «Советского спорта» Юрий Волохов, полжизни проработавший в Литве, в красках описал, как звезда «Жальгириса» Стасис Баранаускас все эти годы мучился догадками: почему Бышовец хвалил, а потом не взял на Олимпиаду?

– Баранаускас? Хороший хлопец, – кивает Бышовец. – Как-то в отборочном цикле Стасис вытащил матч с Швейцарией – в концовке вышел на замену, забил два, и мы выиграли 4:2. Но в какой-то момент сложилось впечатление, что они с Нарбековасом немножко балуются. А дисциплина в те времена была на первом месте.

– Баранаускас любил выпить. Вообще-то мы все не без греха. Но если сейчас в профессиональном спорте можно позволить себе расслабление, то в то время это было чревато последствиями. Помню, ездили с командой по миру, даже до Новой Зеландии добрались. Там на столах было что выпить и чем закусить. Как-то наш вратарь, одессит Иван Жекю, выпивал у стойки бара. Демонстративно! Кажется, пиво он себе заказал. А все смотрят. На следующий сбор Жекю не вызван. Спустя время в Одессе он улучил момент и поинтересовался: почему вызовы прекратились? Я ему объяснил: либо пиво пить, либо готовиться на сборах. Жекю тогда говорит: «Предупреждать же надо о порядках!». Это мне напомнило театральную сцену.

– Еще случай. На Олимпиаду в Сеул приехала делегация советских болельщиков. Приплыли на корабле «Лермонтов». Я выгнал их в город, решив, что команде будет лучше жить именно на корабле, а не в Олимпийской деревне.

– Шум-гам в этой деревне. Одни празднуют, другие с горя, сами понимаете. Это было непростое решение, потому что в случае плохих результатов реакция наверху была бы однозначной: «Поселился на корабле, вот и проиграли».

– Выходит, в 1988‑м мы салютовали эпохе. Та команда была уникальной. Порог терпения у игроков был запредельным. Что такое запредельный порог терпения? Это дух святой. Было что-то свыше. Достаточно вспомнить, как мы выигрывали в полуфинале у Италии и в финале у Бразилии. И та и другая победы волевые, исход решен лишь в дополнительное время.

– Не так давно меня попросили составить дрим тим из тех, с кем я играл, кого тренировал. И я назвал всю команду-1988. Потому что никто, как они, не побеждал бразильцев. И никто после 1988 года не выигрывал Олимпиаду.

– Да, до десяти тысяч.

– Допустим, говоришь большому чиновнику со скепсисом в голосе: «Да нашим футболистам какие угодно можно премиальные пообещать – все бесполезно. Неужели вы верите, что мы выиграем Олимпиаду?». Чиновник прислушивался к мнению тренера, после чего можно было побеждать.

– Я ждал этого вопроса. Начну с предыстории. У нас были прекрасные команды – при Чернышове, Газзаеве, Бородюке, том же Писареве. Задаюсь вопросом: как получается, что для этих команд не создавались условия? Помните, что сделал Хиддинк: он не отпустил Бородюка в «молодежку» на решающий матч! А из недавнего? Дзагоева, Шатова, Смолова зовет Капелло, но в большинстве случаев они сидят на скамейке запасных. А могли бы играть в «молодежке». Меня очень беспокоит, что будет с нынешней молодежью. Есть хорошие, талантливые ребята, но они лишены практики в клубах. Порой вообще не появляются. Надо создать базовые команды из этих игроков. Допустим, такая команда могла бы выступать в первом дивизионе. Но это решение не принимается.

– Со многими руководителями говорил на эту тему. «Да-да, согласны». А воз и ныне там... Приведу эпизод из собственной практики. Как-то на совещании в федерации футбола я взял слово и сообщил, что главный тренер сборной СССР (Лобановский. – Прим. ред.) забирает у меня игроков, срывает подготовку. Однажды забрали шестерых, и они просидели в официальном матче на скамейке. После этого я настоял на том, чтобы разделить игроков.

– Отвечая на этот вопрос, хотел бы упомянуть о воспитательном моменте. Для нынешней молодежи и олимпийских надежд команда-1988 могла бы стать наглядным пособием – к чему следует стремиться. Сейчас круглая дата, 25 лет. Подразумевается некое чествование всех победителей, не правда ли? Было бы разумно отдать должное людям, которые прошли труднейший путь и прославили страну. Они ограничивали себя во всем ради этой победы. Но на определенном уровне я не нашел понимания. Не всем этот юбилей нужен. И меня это удивляет. Спасибо «Советскому спорту» и ряду изданий за память об этом славном дне.

– Тем, кто отвечает за результат, следует лучше относиться к стране. А не за Капелло прятаться, утверждая, что он самый лучший. Как понять желание продлить с ним контракт до 2018 года? А можно ли назвать чемпионом легкоатлета, который преодолел полдистанции? Проще всего спрятаться за Капелло. И не надо ни за что отвечать в ближайшие годы. По поводу зрительского интереса. Все же не только интерес к футболу и комфорт определяют посещаемость. «Молодежка» в этом году не раз проводила матчи в неблагоприятных погодных условиях. А в дождь автомобильные пробки только увеличиваются. Я сам опоздал в Химки к первому тайму на один из матчей «молодежки». Кстати, выбор Химок как домашней арены я, несмотря ни на что, одобряю. Рядом база в Новогорске, поля, условия для восстановления, да и само место намоленное.

– Вот я и говорю о команде, которую надо создавать. Нужно обеспечить условия для молодежи, чтобы она получала игровую практику. Невозможно научить человека плавать, если в бассейне нет воды. И, конечно, нужен государственный подход. Проблема того же Базелюка заключается не в том, хороший он или плохой, а в том, что он русский. В ЦСКА приехал Витиньо, за него заплачены деньги, и у тренера есть проблема: работать с молодым или ставить игрока, за которого платили. Нетрудно догадаться, что деньги следует окупить.

– Информация об этой проблеме, кажется, просто не доходит до руководства страны. Хотя не так давно мы говорили с Мутко. Он выслушал и говорит: надо бы поддержать предложения. Но время идет… Я не встречаю людей, которые со мной не согласны, но и не вижу тех, кто понимает необходимость срочных мер. Меньше пяти лет осталось до чемпионата мира. Опять на авось придется рассчитывать. Ну, это для нас традиционно.

– Общение... Перед глазами всплывает сцена с Сашей Пановым. Я у него спросил: «А как ты оказался в «Зените»?» – «А вы меня, Анатолий Федорович, на улице подобрали». Кстати, в то время мы собирали в «Зените» библиотеку для футболистов. Приключенческих книг было много. И это развивает.

– Обязательно. Не так давно минут пять общались с Алексеем Козловым (из «Кубани». – Прим. ред.). Кажется, он понял, о чем я говорю. Кокорин, Смолов... С ними тоже общался. С этими ребятами надо говорить о добром, о лучшем. И тогда они сами становятся лучше.