Что будет, если монополии откажутся от «Зенита», ЦСКА и «Локо»? [ОПРОС]

Вчера SOVSPORT.RU сообщал о жестком предложении замминистра финансов Алексея Лаврова: «Естественные монополии — коммерческие компании. У них что, нет внутренних резервов для сокращения издержек? Если вы не знаете, что сократить, — то мы готовы рассмотреть бюджет каждой корпорации и подсказать. Например, можно было бы отказаться от футбольных клубов и санаториев». Чиновника цитирует издание «Эксперт», продолжая тему -- если денег от распродажи непрофильных активов РЖД не хватит, то можно покуситься на святая святых — спонсорство московского футбольного клуба «Локомотив», бюджет которого 4 млрд рублей, или более 5 тыс. рублей в год на каждого работника монополии. 

Владимир Абрамов по просьбе Sovsport.ru отвечает на несколько простых вопросов по теме.  

-- Очень приятно, что о вещах, о которых долго молчали, стали говорить вслух – тем более, высшие чиновники государства. В течение последних 20 лет тарифы естественных монополий завышались быстрее нашей инфляции, иногда во много раз быстрее. Это дало возможность монополиям построить санатории, скупить за бесценок множество объектов… Кроме того, есть такое явление, как золотые парашюты – премии, выплачиваемые чиновникам монополий. Свежий пример – вернулся из футбола Сергей Александрович Фурсенко в газовую компанию, и тут же получил более 10 миллионов рублей премии. За что? За труд во славу Отечества в РФС? Но этот золотой парашют – такая мелочь по сравнению с тем, что получают руководители монополий. Один профессор экономики сказал, что мы строим не капитализм, а социализм с руководством монополий, которые получают миллиардные гонорары. 

Есть люди, которые просто не понимают, за что им платят. Они привыкли много получать. Если вы откровенно, по душам, если удастся, поговорить с работником естественной монополии, то не все толком скажут, что они и делают, за что им зарплату-то платят… У монополий колоссальные активы – если поедете от Туапсе до Сочи, а это около 100 километров, то и дело наткнетесь на здания монополий. 

Если вы думаете, что сердца руководителей монополий болят за футбол, то вы ошибаетесь. Болят сердца за свои кошельки, за огромные состояния, за собственность, которую надо содержать… Если вы увидите музеи, которые находятся внутри собственности, то у вас начнется базедова болезнь! Как говорил актер Чернов в фильме «Поднятая целина», я просто хочу открыть глаза людям. 

-- Руководящий состав монополий получает высокие зарплаты, но еще более высокие премии по итогам года, о  которых нам не известно ничего. Так вот, эти премии им платят за выполнение планов, поставленных государством перед твоим министерством. Чтобы получить «парашют», нужно перевыполнить план. А для этого нужно, чтобы поднимались тарифы – они готовы содержать спорт, как их просят, готовы платить налоги (а у нас бюджет формируют по большей части не мы с вами, рядовые налогоплательщики, а именно монополии), но они хотят зарабатывать. Им надо содержать свои особняки, жены и дети учатся или учились за границей, нужно много денег… 

Повышение тарифов на протяжении несколько лет в итоге привело к тому, что подавляющее большинство наших предприятий стали нерентабельны. А вхождение в рынок, в ВТО, похоронило их экспортные перспективы. Ведь у нас бензин сравнялся по цене с западным. В Америке бензин дешевле. Электричество дешевле. Нам очень тяжело продать свой алюминий – электроэнергия стала дорогой, наш металл дороже конкурентного. 

Посмотрите, какие цены на авиабилеты – они же колоссальные! Я летал из Питера в Москву, билет стоит от 7 до 12 тысяч. И салон забит! Люди летают из одной госконторы в другую, толком не понимая, зачем! 

Устроиться в монополию на работу очень тяжело, если за тебя не попросят лично. Там свои. Впервые начали говорить вслух о заморозке тарифов – они заплакали, начали угрожать, что придется увольнять. Но штаты переполнены! 

Помните, в 2008-м был кризис в США и Европе, там налогоплательщики стали возмущаться – банкиры, бизнесмены получали громадные золотые парашюты. И власти прислушались – были установлены лимита золотых парашютов и окладов. Может, у нас кто-то слышал распоряжение о сокращении зарплат руководителям, может, нам покажут их премии по итогам года?  

Единственный смысл повышения тарифов – удержание высочайших гонораров руководителей. В США, чтобы повысить тариф, нужно согласование в Сенате. А тот опубликует обоснование, почему монополия повышает тариф. Трескотня поднимается! Они начинают обсасывать нюансы – чтобы повысить, надо пройти огонь, воду и медные трубы. У нас установление режима тарифов – секрет государственной важности. Никто не имеет права совать в этот вопрос нос. Мы не знаем, по каким принципам повышаются тарифы – это волюнтаристический путь. 

Мне бы хотелось, чтобы в обществе было обсуждение проблемы, чтобы фразу не забыли. Ее нужно повторять снова и снова. Но у нас днем по ТВ сериалы про милицию, в выходные вся страна танцует и поет, судя по программе ТВ, а ночью смотрит голую задницу… Никто не обсуждает серьезные вопросы. Но русская душа – медвежья душа. Мы страшны в гневе. Поэтому за гневом следят. 

ОТКАЖУТСЯ ЛИ МОНОПОЛИИ ОТ ПОДДЕРЖКИ ФУТБОЛА?

-- До ЧМ-2018 не откажутся. Скорее всего, правительство пойдет на то, что установит пенсионный режим – 65 для мужчин и 60 лет для женщин, заставит всех страховать имущество в госкомпаниях, но от футбола не откажется. 

Ведь нам поставили задачу выиграть ЧМ-2018, и тот, кто об этом говорил, получил великолепный бонус. Ему не стыдно за прожитое в футболе время. 

-- Если откажутся, футбол примет свое эмбриональное состояние начала 90-х годов. Работники клубов станут ходить по организациям, просить деньги на экипировку и поездки. Лучшие иностранцы быстро уедут, как это случилось в «Анжи», лучшие россияне тоже. Останутся молодые перспективные футболисты, их будет много, они всеми силами будут стремиться понравиться клубам Европы и Азии, чтобы получить там отличный контракт. 

Не уверен, что полный отказ от госмонополий – благо. Как можно рассуждать, что благо для человека – остаться без ноги или без глаза?