«В Союзе не было и нет команды лучше, чем наш «Днепр»!»

Валерий Лобановский в 1972 году финишировал с «Днепром» на шестом месте, и это его лучший результат в Днепропетровске. При Йожефе Сабо «Днепр» вообще вылетел из высшей лиги. А чемпионом днепряне стали, когда на тренерском мостике команды находился Владимир Емец, а начальником был Геннадий Жиздик. «Спартаку» покажет перец наш великий тренер Емец!» – скандировали болельщики «Днепра» по ходу матча со «Спартаком» 6 ноября 1983 года. Победив красно-белых – 4:2, хозяева официально оформили первый чемпионский титул.

– Жиздик и Емец были людьми, опередившими время, – рассказывает «ССФ» Леонид Колтун (на фото), который все 1980‑е провел в тренерском штабе команды и заслуженно считается одним из живых символов того «Днепра». – В 1981 году их дуэт был переведен из Никополя спасать главную областную команду. С никопольским «Колосом» тандем Емец – Жиздик добился впечатляющего прогресса, выведя районный коллектив в первую лигу.

Жиздик – фронтовик, орденоносец, бывший танкист, потерял на войне правую руку. Человека, который в свое время горел в танке, невозможно чем-то испугать. Вспоминаю историю на эту тему. Играли в Ташкенте, выиграли – 1:0. Местные болельщики были сильно разочарованы – «Пахтакор» неплохо начал чемпионат, одержал несколько побед. После игры идем по беговой дорожке мимо трибун в раздевалку. Я на минуту отвлекся, стал ребят поздравлять. Вдруг слышу звон стекла. Обернулся – Жиздик единственной рукой держится за лоб, кровь хлещет из-под пальцев. С залитым кровью лицом он сползает на гаревую дорожку. Оказалось, кто-то из болельщиков бросил граненый стакан и попал Геннадию Афанасьевичу в лоб. Будь это любой другой человек, исход мог оказаться летальным. Но не для Жиздика.

Дальше больше – увидев кровь, народ просто озверел. Милиции стоило больших усилий сдержать толпу. 20 тысяч узбеков рвались к нам в раздевалку, готовые растерзать «Днепр». К стадиону подтянули внутренние войска. Мы в раздевалке просидели до трех ночи!

Обратно летели – Жиздик был почти в бессознательном состоянии. А через день тренировка. Прихожу, он на базе с перевязанной головой – не мог ни дня прожить без команды…

– Если бы Емец и Жиздик не пришли в «Днепр», никаких побед бы не было, – убежден Колтун. – До них в клубе была разруха. Они заложили фундамент, а уже пришедший на смену Емецу в 1986 году Евгений Кучеревский продолжил их дело, у него все шло по накатанной.

И с финансами при них все наладилось. Все советские тренеры знали, где брать деньги – идти и просить в обком партии. Но далеко не каждому давали, не каждому верили. Да и за каждый рубль нужно было отвечать. КПК (Комиссия партийного контроля) часто приезжала из Москвы. Если хоть рубль суточных переплатил или вышел из лимита за гостиницу (2,50), у клубной бухгалтерии возникали большие проблемы. Хотел бы посмотреть на нынешних менеджеров, как бы они работали в таких условиях.

Но не только обкомовские деньги помогали «Днепру» – клуб легально зарабатывал товарищескими играми в богатых колхозах Днепропетровщины.

– Команда ездила по всей области, – не скрывает Колтун. – Представьте ситуацию: в среду клуб играет в Кубке чемпионов, а на следующий день в 8 утра практически весь основной состав садится в автобус и отправляется в колхоз, где отмечают праздник урожая. Но не праздновать – играть с местной командой на поле, похожем на огород. Скажите, кто-нибудь из нынешних легионеров вышел бы на такой матч?! А для «Днепра» подобные игры – в порядке вещей. Область огромная, колхозов, пригласивших команду, хватало. Чтобы деньги перечислялись на законных основаниях, велись даже протоколы игр...

Колтун считает, что одна из главных причин успеха команды – добрая слава о «Днепре», которая быстро распространялась среди футболистов.

– Игроки бежали в «Днепр», потому что знали: у нас не обманут. Ни одного футболиста не обманули при Емеце и Жиздике. Если иногда возникали проблемы с деньгами – например, не было налички, Жиздик собирал тренерский штаб и просил помочь из личных сбережений. «Футболистам задерживать обещанные выплаты нельзя, выдадим им премии, затем погасим долги тренерам». Как-то пришлось снять со сберкнижки всю сумму – 20 тысяч рублей – на премии игрокам. Жиздик возвращал частями в течение полугода. И такие случаи не единичны. Плюс Геннадий Афанасьевич распорядился, чтобы за успешные игры команды премии получали все работники «Днепра», включая обслуживающий персонал. В итоге бабушки-уборщицы трижды крестили автобус, когда он выезжал с базы!

Кстати, у Жиздика был особый дар – вынимая деньги из кармана левой рукой, он доставал точно ту сумму, которая была нужна. Не глядя и не пересчитывая! Например, футболисту нужно было дать премию – 150 рублей. Геннадий Афанасьевич доставал из кармана пачку купюр. Игрок пересчитывал – ровно 150 рублей!

Легенда гласит, что достигать результатов «Днепру» 80‑х нередко помогали другие украинские команды. Иногда закавказские и среднеазиатские. Естественно, материально заинтересованные в этом.

– Я уже рассказывал, что произошло, когда мы выиграли в Ташкенте, – отмахивается от слухов Колтун. – Поверьте, тот же «Пахтакор», «Арарат» или тбилисское «Динамо» не были заинтересованы проигрывать дома на глазах у болельщиков.

Что касается украинских команд, расскажу историю на эту тему. В чемпионском сезоне за несколько туров до финиша мы играли выездной матч с «Черноморцем». Весь Советский Союз говорил, что Одесса отдает нам игру. Только Одесса была не в курсе и, наверное, поэтому выиграла – 1:0. Утром сидим в номере у Жиздика и Емеца. Все расстроены. Следующая игра – в Кишиневе с «Нистру», потом два матча дома – с московскими «Динамо» и «Спартаком». Настроение подавленное, в комнате накурено – хоть топор вешай. Весь наш тренерский штаб в количестве 8 человек в номере. Все в трусах и майках. Вдруг открывается дверь и заходит доктор юридических наук председатель Федерации футбола СССР Топорнин. С ним еще 4 человека из Москвы.

Топорнин сразу начинает разговор с позиции силы. Дескать, нам поступили сигналы, что в Одессе вы хотели сыграть договорный матч. Емец и Жиздик курят, в дыму уже ничего не видно. Три минуты Топорнин рассказывает. После чего Емец его перебивает и выдает спич на 40 минут! Жаль, никто не записал – это шедевр! Владимир Александрович говорил в сердцах, от переживаний, что проиграли. В итоге через 40 минут комиссия из Москвы – спиной к дверям, тихонько вышли. Емец порекомендовал им следить за «Спартаком» – как его судят, как клуб заявляет игроков. Топорнин и компания не привыкли, что им говорят такие вещи. Растерялись и ушли.

Договорные игры… Об одном матче могу рассказать. В 1979 году мы рисковали вылететь из первой лиги во вторую, если бы «Кубань» не помогла в Днепропетровске. Всю ночь уговаривали тренера краснодарцев. Вничью нам играть было нельзя, тогда еще действовал лимит на ничьи. Спасибо сопернику – пошел навстречу. В концовке игры при счете 1:1 гости расступились, мы забили и выиграли. После этого начался подъем, через четыре года принесший «Днепру» первое «золото»…

– «Днепр» не мог себе позволить пригласить футболиста из Москвы или Киева. Мы из Душанбе забрали Чередника – и то был огромный скандал. Москва не захотела ссориться с Таджикистаном, в итоге весь чемпионский сезон-1983 Леша был дисквалифицирован и играл в дубле «Днепра» под чужой фамилией. Впрочем, приглашение себя все равно оправдало – Чередник стал олимпийским чемпионом Сеула, «Днепр» получил за него неплохую компенсацию, когда Алексей ушел в английской «Саутгемптон».

Но чаще всего мы брали игроков, которых многие считали «сбитыми летчиками». Олег Таран не заиграл ни в киевском «Динамо», ни в «Черноморце», ни в ЦСКА. А в «Днепре»-1983 стал лучшим бомбардиром, сделав хет-трик в решающем матче со «Спартаком»!

– После матча со «Спартаком» меня и Краковского вызвали на допинг-контроль. От «Спартака» там были Гаврилов и Дасаев. Нам поставили ящик пива, дали тараньку. Я не понял, что происходит. До этого мы никогда с допинг-контролем не сталкивались.

Надо было все быстро употребить и сдать мочу на анализ. Я спросил, для чего. Ответили, что «Спартак» поставил такие условия. Ничего, мы посидели, попили, поговорили с ребятами. Юрий и Ринат признали: «Вы заслуженно выиграли». Зачем был нужен тот допинг-контроль, никто так и не понял. Команда два часа ждала нас в раздевалке – переживали…

– Нам партийное руководство города и области всегда говорило: «Ребята, когда вы выигрываете, у нас на 308 заводах работоспособность увеличивается на 15 процентов». Это же сколько денег! Мы, наивные, как-то спросили: «А можно один процент того, что мы государству даем, нам вернуть?».