Гари О’Коннор: «В «Томи» был такой бардак, что я чуть не сошел с ума

«Тогда я был просто парнем, который ни о чем не думал, который вокруг ничего не видел, который просто шел с толпой, не заботясь ни о футболе, ни о чем другом.  Но я был футболистом вне зависимости от того, что делал. Я заработал таких денег, что думал, что они никогда не закончатся. Пока вы не откроете глаза, вы толком не знаете, кто вы. Людям подобным мне нужно показываться специалистам. Что я и сделал».

«Наркотики? Они полностью исчезли из моей жизни. Я больше не вернусь на эту дорогу. Они так били по мне, так били по моей семье. Они убьют меня, если я когда-либо вернусь к ним. В жизни наступает такой момент, когда нужно все поменять. Чтобы понять это, мне понадобилось 30 лет. Но некоторым вообще не удается это понять».

«Послушайте, еще некоторое время назад я бы все отрицал или винил бы других за то, что случилось мо мной, но это именно я окунул свою семью во все это дерьмо. Больше в этом никто не виноват. За меня никто ничего не решал. В течение последних шести месяцев я разговаривал с психологом и снова стал чувствовать себя лучше. Я еще никогда не был так положительно настроен. Я понял, что люди делают ошибки, я не единственный. Но если ты делаешь неправильный выбор, это не значит, что ты плохой человек. Я принял множество неправильных решений, о них узнали все, и мне пришлось что-то с этим делать».

«В голове мне приходило много разных вещей, прошлый февраль-март стали скверными для меня и моей жены, а после я сказал себе: «Да что ты, бл.., делаешь? Ты заставляешь свою жену и детей окунаться во все это дерьмо». Приходит момент, когда тебе нужно поговорить с кем-то и получить помощь».

Если я смогу отделаться от всей этой ерунды, люди снова могут поверить в меня, и я верну свое имя. Мне всего лишь 30, у меня еще есть три-четыре года. Посмотрите на меня, мне нужно набрать форму, а это можно сделать через матчи. Я сказал тренеру, что я голоден до футбола, что моя жизнь изменилась, и я намерен продолжить исправляться. Я имею в виду, что люди, которые меня окружали прежде, больше не со мной. У меня не было старших мудрых товарищей. Все мои друзья – алкоголики. Если я хочу добиться успеха – речь не только о футболе – мне нужно дистанцироваться от них. Они не были моими настоящими друзьями, они были просто потребителями. С начала прошлого года они больше меня не интересуют. Мои папа и мама давно говорили мне об этом».

«Помню, я поехал туда на медицинское обследование и прошел его. Но они хотели, чтобы я сбросил 12 килограммов за 12 дней. Мне нужно было убить свое тело. Все что я мог есть – банку тунца на завтрак, банку тунца на обед и банку тунца на ужин. И воду. И еще ходить в сауну. И тренироваться трижды в день. У меня не было энергии. Я похудел примерно на 6 килограммов, после чего физиотерапевт мне сказал: «Не надо было терять так много веса, надо было похудеть лишь чуть-чуть». Катастрофа.

После перехода я не мог играть шесть месяцев из-за трансферных правил. Потом я дебютировал и получил удаление в первом же матче. И дисквалификацию на два матча. Президент клуба решил, что хочет другого нападающего, тогда как тренер говорил, что хочет работать со мной. Бардак. Кроме того, мне не платили денег, и у меня поехала крыша. Пришло 1 января, и я сказал: «Больше не вернусь туда».