«Если пишут, что наш футбол — дерьмо, никто за него платить не будет»

Список участников слушания Общественной палаты внушал уважение: Евгений Гинер, Ольга Смородская, Курбан Бердыев, Юрий Семин, внушительный массив ветеранов и менеджеров, не первые, но вторые лица РФС и РФПЛ (Анатолий Воробьев и Сергей Чебан).

Но хедлайнером собрания выступил Газзаев.

По мнению Смородской, отчитался Газзаев «коротко и емко». Повторяться было ни к чему — программа реформ оглашена уже давно, а своих амбиций Газзаев не скрывает и того дольше. Пункты остались теми же: расширение премьер-лиги до 18 команд, первой лиги — до 36 с разделением по географическому принципу, квота на молодых игроков и увеличение финансирования детско-юношеского футбола. Не изменился и тон высказываний Газзаева: «вокруг деятельности РФС возникает негативный фон», «никакого анализа не делается», «необходимо создавать позитивный имидж нашего футбола». Каждый пункт реформатор иллюстрировал примером из Европы: так, в Англии транслируется лишь 40 процентов матчей чемпионата, вот и в России необходимо показывать только самые важные игры. И не забывать о «позитивных и созидательных выступлениях» про наш футбол.

Категорических противников реформ Газзаева в Общественной палате не нашлось. Но вектор дискуссии здорово изменил один из самых видных членов ОП Иосиф Дискин. Он взял слово почти сразу после Газзаева и тут же перешел к главной, по своему мнению, проблеме нашего футбола — мотивации. «Я читаю Евгения Серафимовича Ловчева и через слово вижу: «недостаточная отдача», «недостаточная мотивация»… Готов подписаться двумя руками. Я вижу, как финишируют в биатлоне: пересекают линию и ложатся, и какие свеженькие выходят наши мастера футбола. В условиях кризиса в известных организациях не кровати переставляют, а девочек меняют».

Дискин дошел до предложения создать «рейтинг самоотдачи российских игроков в клубах». Евгений Гинер и без того с трудом сидел на месте, а тут не смог сдержать смех.

— Я так понял, если наши автопромовцы будут как немцы крутить болты, то все изменится, — ухмылялся Гинер. — Спортсмены у нас хорошие, но проблем множество. Самая главная — это детско-юношеский футбол. Вы бы лучше сделали анализ на 10 лет назад. Немецкий футбол тогда был убит, у них не было своих игроков. Вмешалось государство.

Вместе с Дискиным Гинер припечатал еще и Евгения Ловчева — тот сидел как раз напротив. Президент ЦСКА предложил сконцентрироваться на программе», а не отвлекаться на энтузиазм, которого «у немцев никогда не было — они работают все 90 минут».

— Евгений Серафимович — большой специалист, правда, не знаю, что в этой жизни сделал, — сказал Гинер. — Он нигилист, им быть неплохо. Но вы бы лучше порекомендовали, что нам сделать, а не про энтузиазм футболистов говорили. Телевизионщики, спонсоры читают и Евгения Серафимовича. И если пишут, что наш футбол — дерьмо, то никто за него платить не будет. Критиканов много, но если бы они что-то показали в своей жизни, сказали: «Вот, я сделал это, от А до Я», соглашался бы.

Гинер покинул слушания раньше времени, но успел услышать ответ Евгения Ловчева.

— Обращаюсь к вам, Евгений Леннорович, — эксперт парировал выпад. — Прошу вести себя достойно по отношению к людям, которые здесь собрались. Мы все имеем право голоса, простого голоса, с которым можно и спорить.

Тема энтузиазма окончательно заслонила чуть ли не весь проект Валерия Газзаева. Падающие оземь после финиша биатлонисты, по мнению Смородской, провалили чемпионат мира, а у КХЛ отличные результаты только в пиаре — и никаких на уровне сборных.

— Что вы нам тыкаете КХЛ? — горячилась Смородская. — Те же проблемы в судействе, других тоже много. Но их так не выпячивают, а пинают несчастный футбол. Игрок со сломанным носом, с сотрясением мозга играет 70 минут — это не называется подвигом.

— Мы должны взять пример с КХЛ, — невольно поспорил со Смородской Юрий Семин. — Трибуны заполнены, дворцы посмотрите какие. Для кого мы вообще играем? Десять тысяч средняя посещаемость — это смешно.

— Средняя посещаемость в КХЛ — до шести тысяч, — не согласилась Смородская. — Не надо говорить, что у нас нет в футболе болельщиков.

Отвлекаясь от полемики, менеджеры напирали на свои излюбленные темы. Гинер жаловался на завышенные зарплаты для русских игроков, а Смородская — на неисполнение закона о болельщиках.

— Можно материться, можно бросать файеры — и ничего  конкретным болельщикам не будет. — говорила Смородская. — У полиции нет системы распознавания лиц. На «Локомотиве» стоят прекрасные камеры — только никто фото не может найти. А даже если мы задержим хулиганов, суды отпускают со штрафом в тысячу рублей.

«Футбольная общественность» больше спорила между собой или отбивалась от повестки дня. Если Анзора Кавазашвили модератору пришлось останавливать, то вот тренеров — уже уговаривать сказать слово. Семин говорил, что с приходом больших денег все забыли о детско-юношеском футболе, кроме Сергея Галицкого, никто не строит баз, а в Анталии, «куда мы возим деньги на сборах», целых 180 полей — в России столько нет.

Все ораторы хором указывали Газзаеву, что к 2018 реализовать такую масштабную программу будет практически невозможно. Смородская предложила раздробить реформы, а Курбан Бердыев предложил и вовсе отказаться от идеи-фикс выиграть чемпионат мира-2018.

— Надо строить с нуля, поэтапно, — говорил Бердыев. — Сибирь и Дальний восток как будто забыты, как будто это не наша страна. Для начала нужно построить детские спортивные центры в отдельных регионах страны. Опыт работы в Казани говорит о том, что нельзя ничего форсировать. Там все основательно, постепенно проходило.

Если вы не догадывались, что делает Общественная палата и зачем она нужна, то скоро это может ощутить на себе российский футбол. Вероятно, эти слушания — пока высшая точка промо-кампании Газзаева. Отчет по заседанию Общественная палата отправит Владимиру Путину, и в случае успеха программу придется рассматривать уже комиссии РФС. Причем уже до конца чемпионата-2014/2015 — по словам Газзаева, «времени просто нет».

— Если мы сейчас просто поговорим и разойдемся… Таких собраний у нас было уже много, — вздыхал Юрий Семин. Как и он, осмысленность происходящего понимали не все: Евгений Ловчев предложил сконцентрироваться на чем-то одном, вроде детского футбола, а Евгений Гинер жаловался, что по принятым в РФС стратегиям ничего не сделано. А ярче всех выступила Ольга Смородская.

— Я ходила два года в Общественную палату говорить о законе о болельщиках. Ни одно наше письменное предложение не было принято. Мне не совсем понятен масштаб слушания. Все сидящие в зале представляют себе проблемы футбола. А кто слушает?