Николай Левников: Розетти давал судьям только пряник, а им нужен и кнут

– Ничего. Возможно, потому, что озвучить важные вопросы, связанные с судейством, было попросту негде. После избрания Виталия Леонтьевича Мутко состоялось только одно заседание исполкома РФС, и там было не до этого. А на последнем заседании исполкома при Николае Толстых до рассмотрения главной темы как-то не дошло.

– Утверждение списков судей и инспекторов на первую часть чемпионата. Сейчас назначения на матчи осуществляются на основании списков прошлого сезона.

– Перенесли на следующее заседание. Так как члены исполкома, полагаю, поняли, что между ветвями судейской власти – законодательной и исполнительной – появилось недопонимание.

– Да. Оба органа надеялись, что их услышат, но пока затишье. А утверждение списков очень важно. Это ведь судьбы и карьеры людей.

– Конечно, профессиональные. Разный взгляд на то, каким должно быть взаимодействие между комитетом и департаментом. Мое убеждение – усилия должны быть совместными. Но сейчас картина такова, что департамент, по сути, является и законодательным, и исполнительным органом. Принятие решений и их претворение в жизнь де-факто оказываются в компетенции одного органа. Того, которым руководит Валентин Иванов.

– 100‑летняя история футбольного судейства в России – это всегда коллегиальность, коллективный разум, а не воля одного человека. Не случайно главные судейские органы прежде всегда именовались коллегиями.

– Считает, что глава департамента – своего рода главный тренер, который самостоятельно решает, кого назначать, каким образом наказывать и как управлять. А это не совсем правильно, ведь есть и другие способы сделать судейство лучше. И есть опыт, заслуживающий применения. Мне кажется, нам надо обязательно услышать друг друга, наладить взаимодействие.

– Это тоже отголосок специфических отношений между судейской организацией и футбольным сообществом.

– Судьи многое понимают. Главное – с ними расплатились за прошлый сезон. А сейчас стали постепенно производить оплату и за сезон нынешний.

– Главным арбитрам – по 90 тысяч рублей за матч РФПЛ, помощникам – около половины этой суммы. А есть еще резервные арбитры, инспектора и судьи молодежного первенства. Расценки не менялись с 2002 года. Тогда мы были в пятерке ведущих стран по размеру заработной платы для футбольных судей, а сейчас – во втором или даже третьем десятке в мире.

– Судейский комитет был проинформирован Валентином Ивановым о том, что вскоре долги будут погашены. Наверное, он ходит к руководству РФС, напоминает о проблеме. Другое дело, что департамент не согласовывает с судейским комитетом, к сожалению, ни программы сборов, ни сроков их проведения, ни состава преподавателей. А это важно. В данных реалиях мы не можем говорить о наличии единого процесса и необходимом для всех взаимодействии.

– Да. Хотя согласно конвенции УЕФА так быть не должно.

– К сожалению, так и есть. Свою главную функцию комитет выполнять хочет и готов, но в полном объеме – не может.

– Разработкой регламентирующих документов и активным созданием школ для молодых арбитров. Сейчас их в России 42! А еще до прошлого года было всего две: центр «Футбольный арбитр» под руководством Андрея Будогосского в Москве и возглавляемая мною Академия спортивного арбитра в Санкт-Петербурге.

– По моему мнению, нет. Это сопоставимо с ведущими европейскими чемпионатами, но у нас своя специфика, другие расстояния. На случай травмы, болезни, временного отстранения судьи или другого форс-мажора необходим резерв. Оптимальное количество – 20 арбитров и 40 помощников. Правда, здесь соглашусь с позицией департамента: а где их взять? Ведь более десяти арбитров за последние годы по разным причинам потеряно. Если бы берегли ветеранов, этой проблемы бы не было.

– Да. Сергей очень хорошо провел Евро-2015 (U-21) и сейчас рассматривается как кандидат на поездку во Францию.

– В любом случае нам необходим топ-судья, который мог бы работать на уровне полуфиналов Лиги чемпионов или финала Лиги Европы. На сегодняшний день такого арбитра у России нет. И в этом есть большое отличие от конца 90‑х – начала 2000‑х, когда Валентину Иванову, Алексею Спирину и мне доверяли матчи самого высокого уровня. Класс Карасева пока оставляет желать лучшего. Но его работа на том же молодежном ЧЕ показывает, что судить он умеет очень хорошо.

– Согласен, это проблема. В 2002 году, когда возглавил КФА, планировал всех объединить. Согласовал с Вячеславом Колосковым кандидатуры наиболее квалифицированных на тот момент специалистов: Спирина, Будогосского, Валерия и Андрея Бутенко, Шкловского, Липатова, Хусаинова, несмотря на его конфликт с РФС. Одни согласились, другие нет. Но в целом идея оказалась труднодостижимой. У каждого своя философия, свой взгляд, свои убеждения. Вот, скажем, сейчас комментарии в СМИ дает Владимир Левитин. Это бывший судья, имеющий теперь определенный медиарейтинг. Что неплохо. Но человек, который 20 лет не судил, к сожалению, порой дает оценку, не соответствующую современной трактовке правил и судейским инструкциям.

– Чтобы понять, нужно уйти от субъективности в оценках. Давно говорю: арбитрам необходим свой рейтинг, набор единых требований, по которым оценивалась бы их работа. Основываться этот рейтинг должен не только на оценке инспектора и мнении департамента. Нужна группа экспертов: собрались, проанализировали тот или иной эпизод, вынесли вердикт.

– Зарплату и шарлатанство я бы вынес за скобки. Сам имел опыт работы по контракту в Казахстане и Белоруссии. Знаю, как трудно убедить всех в своих взглядах. Но есть контракт, и ты его выполняешь, думая в первую очередь о деле, о развитии. Роберто очень профессионально относился к своим обязанностям. Несомненно, большой судья, досконально знающий ремесло. Но вот русским языком не владел, а это, поверьте, важно. С другой стороны, у него было преимущество: полная независимость от клубов.

– Трудно сказать. Он очень доверчивый человек. Не хочу характеризовать людей, которые с ним работали, но какое-то влияние от них исходило. А Розетти просто добряк. И рычаг у него был один – пряник. Хотя нашим судьям нужно 50 на 50. Из-за этого иногда казалось, что существует вседозволенность. Вместе с тем велика заслуга Розетти в том, что роль Департамента судейства сегодня достаточно значима.

– Тему можно затронуть, но не хотелось бы упоминать этого человека.

– Не с негодованием. Критические стрелы в мой адрес от персонажа с такой философией и таким отношением к профессии меня, наоборот, обрадовали. Если бы услышал от него похвалу, было бы обидно. Негоже действующему инспектору РФС и УЕФА столь легкомысленно выставлять напоказ только темную грань судейства.

– Когда члены Судейского комитета приезжали в Санкт-Петербург, где проходило выездное заседание судейского комитета УЕФА, на столе, может, и была икра. Это нормальные традиции русского гостеприимства по отношению к уважаемым людям. И, кстати, те же люди, замечу, пошли мне навстречу, когда я попросил не убирать судью, который сегодня дает такие интервью, из элитной группы. И сделали это не из-за икры, а вняв логике и разумным доводам. России было важно иметь в судейской элите три судьи. И мне удалось сохранить в «топе» не только двух Ивановых – Валентина и Николая, но и того, кого из-за ряда ошибок собирались отсеять. Теперь он рассказывает, как срывали парики, как работалось с похмелья... Какой-то бред.

– Нет, он пришел на полгода раньше. Кстати, в 2002 году Мутко, руководивший тогда РФПЛ, и Колосков приглашали меня на должность руководителя КФА. Проблем никаких не возникало. Они появились, когда РФПЛ возглавил Татевос Суринов. Он хотел полностью подмять судейский корпус под Лигу, что противоречило и моим убеждениям, и нормам УЕФА. Возник конфликт, который мог косвенно повлиять на мой уход.

– Не думаю. Назначения в руках одного человека – Валентина Иванова. При Николае Толстых списки назначенных формально согласовывались со мной, теперь этого не делается. Ответственность несет один человек.

– Не хочу обсуждать нелепые слова. Но этого не было. Я умею держать удар.

– Наверное. Но не только они. Есть Костевич, Куликов, Низовцев, Федотов. Мы обсудим это на заседании судейского комитета.

– Одна. И та, возможно, потеряна. В прошлом году из списков ФИФА был выведен Лаюшкин. Вместо 9 россиян осталось 8. Станет ли снова 9 – пока вопрос. Николаев по возрасту еще год может работать. А из ФИФА, между прочим, пришло новое положение о том, что национальная федерация вправе рекомендовать арбитров в лист ФИФА без учета возрастного лимита, руководствуясь профессиональными навыками судьи и его реальным функционалом. Думаю, это очень здорово: опыт и конкуренция еще никому не вредили.

– Во-первых, давайте уже не говорить «Левников-младший», а называть судью его именем – Кирилл. Во-вторых, конкуренция всем только на пользу. И пусть она будет честной. На футбольном поле, в физической подготовке, в знании английского языка. В-третьих, у Матюнина, на мой взгляд, есть очень серьезный шанс вырасти в большого арбитра. Но с ним необходимо работать. Он еще не до конца осознал всю ответственность, и это может ему помешать дотянуться до очень высокой планки. А потенциал, повторяю, у Матюнина серьезный. Таланта природой и футбольными генами ему отпущено вдоволь.

– Нет. Знаю обе позиции, но не виноватого. Вообще судья – не только палач, но и дипломат, умеющий гасить конфликты. Халк – это ведь сильнейший характер! И Матюнин не плюшевый. Но если нашла коса на камень, арбитр обязан быть умней и дипломатичней. Взгляд, слово, жест – используй что угодно. Любой спор с игроком – поединок. И судья должен выйти победителем, чтобы футболист его потом уважал.

– И не только судейского корпуса – всего футбола. С другой стороны, как докажешь? Истину знают только двое.