Александр Шпрыгин: Они угомонятся только когда услышат, что я повесился

- Александр, долго вас искал, не мог дозвониться…
- Сим-карта осталась в телефоне, который изъяли правоохранители. Теперь ищу гаджет, в который можно новую симку вставить. Интересно живем, конечно. Говорят, в стране кризис, у населения денег нет. А я уже в третий магазин еду – потому что седьмой айфон разлетается, как горячие пирожки. Хотя стоит от 50 до 70 тысяч. Вообще, вторник – первый день после задержания и поджога машины, когда могу заняться своими делами. Восстановить симку, документы...

- А тот телефон где?
- Выключен и изъят при обыске в ВОБе. Сейчас он в следственном отделе Центрального округа, который расследует обстоятельства январской драки болельщиков «Спартака» и ЦСКА.

- Аппарат вернут?
- По закону рано или поздно и при любом исходе вернут. Но мне как-то сейчас надо общаться. Так что покупаю новый гаджет.

- И ездить тоже на чем-то надо. На чем передвигаетесь после того, как машина сгорела?
- Вот выяснил, что такое карта «Тройка», хотя метрополитен был для меня не чужд. Допустим, в Госдуму только на метро ездил – там машину ставить негде. Еще МЦК намерен опробовать. Машина моя была застрахована, но я все равно понес ущерб. Не пожелаю такого никому: стоишь, а твое авто горит и ничего сделать не можешь.

- Вы когда домой вернулись в ночь с воскресенья на понедельник?
- В 23.40 был поджог. И я до 7 утра общался с экспертами, криминалистами, пожарными. А уже в 11 утра меня разбудили люди из уголовного розыска. Поджог получился резонансным. Приезжали съемочные группы одна за одной, ходили вокруг останков машины. Мне пожарный сказал, мол, столько машин сгорает за сутки, а тут то и дело мою показывают. Я ему ответил, что не в машине дело, а в хозяине. Не знаю, понял ли он, что имею в виду.

- Что говорят оперативники?
- По лицам людей из ОВД Гагаринский понял, что никто сверхусилий прилагать не собирается. Мне только сказали, чтоб не переживал, и что справку для страховой выдадут в кратчайшие сроки. Некоторые сотрудники оказались болельщиками, вспоминали, что в 90-е ходили на футбол и меня помнят. Говорили, что это общественно опасное деяние – когда пятиметровое пламя полыхает в центре столицы. Тем более пожар мог и к взрыву привести.

Дважды ранее обращался в ОВД Гагаринский как потерпевший – один раз велосипед с лестничной площадки украли, а второй – с машины форсунки омывателя. И оба раза мне правоохранители помогали. Хотелось бы, чтобы и поджигателей нашли. Это не мужской поступок – машину поджигать. Исподтишка все сделано.

- Так на чем вы сейчас ездите?
- Мир не без добрых людей. Я за рулем, но машина другого класса. Определенный дискомфорт есть. Для любого мужчины машина – больше, чем средство передвижения. У меня был любимый автомобиль, не собирался его менять. Новая машина в моей комплектации сейчас стоит 4,5 миллиона рублей. А выплатят по страховке в лучшем случае 2 миллиона. Так что машину такого класса уже позволить себе не смогу.

- Теперь задумываетесь, как обезопасить квартиру?
- Квартира, надеюсь, защищена. Люди, которые занимаются поджогами авто, как правило, не способны на что-то более серьезное.

- Сколько сейчас есть уголовных дел, где вы фигурируете?
- Два уголовных дела, фигурантами которых являюсь. Одно – о драке фанатов, где я свидетель, второе – уничтожение имущества путем поджога. Там я как потерпевший.

- Вроде все сказано про ваше задержание во время конференции. Но вот интересно: не выйди вы в туалет, СОБР зашел бы в зал?
- Скорее всего, нет, потому что я сидел плечом к плечу с депутатом Лебедевым, там же был исполнительный директор РФПЛ Сергей Чебан. Рядом – гендиректор РФС Александр Алаев, президенты лиг Сергей Прядкин и Игорь Ефремов… То есть я находился среди футбольной верхушки страны. Плюс куча телекамер...

Уверен, что Виталий Леонтьевич не знал о задержании, потому что ему не нужны такие инфоповоды. Он потом сказал, что задержание связано с запросом Франции и Германии. А оказалось, что все из-за драки болельщиков в Москве.

Потом мне юристы объяснили, что мое задержание было не вполне законным. Я оперативнику сказал в туалете, чтобы дали постановление посмотреть, а не ограничивались «пройдемте!». Он сказал, что сейчас все покажут после чего поволок меня за рукав. Когда меня доставили в микроавтобус, показали постановление о производстве обыска по адресу Товарищеский переулок, 20, где находится офис ВОБа. Но обыск и задержание не связаны. На задержание, привод или арест нужен другой ордер. Когда я сказал об этом оперативникам, они улыбнулись и ответили: «Ну, ты ж сам поехал».

- Будете обжаловать?
- Бесполезно. Тем более сам допустил ошибки. Теперь будут вспоминать, как Шпрыгин в туалет сходил. А так досидел бы в зале – и не было бы такой истории. Любому человеку надо быть лучше юридически подкованным. Если б знал, точно никуда бы не вышел. Когда разговаривал с рядовыми омоновцами, они рассказали, что с 6 утра ждали меня у дома. А я в тот день не дома ночевал и на конференцию приехал с Игорем Лебедевым. Потом мне было сказано оперативниками, мол не так все должно было быть. Из этого делаю вывод, что никто такой истории не планировал. Хотели задержать у дома, провести следственные действия. Как месяц назад, когда я должен был выступить на заседании Общественной палаты. Но тогда сам зачем-то написал анонс в твиттере…

- Журналисты с конференции отправились к офису ВОБа…
- И их там было едва ли не больше, чем на самой конференции. Полицейские смотрели на экраны, где проецировалось изображение с камер наблюдения, и комментировали, глядя за действиями журналистов: «Смотри, как тараканы – везде, никак от них не избавиться». Следственные действия длились долго, потому что сначала ждали ключи от моего кабинета, а потом решали, как выходить при таком количестве телекамер.

- Игорь Лебедев собирался направить депутатский запрос, чтобы выяснить, почему вас постоянно задерживают.
- Я до сих пор без связи. Но во вторник поздравил его с днем рождения. Спасибо ему человеческое. Он правильно сказал, что Шпрыгин – не преступник, чтобы его с ОМОНом брать. Хотя та сторона не хотела показухи. В душе я понимаю, что являюсь жертвой определенного произвола. Но руководствуясь жизненным опытом, говорю себе, что надо выдохнуть и забыть.  

- Что вы сейчас чувствуете?
- Еду на чужой машине. Меня оставили без работы. Перед глазами всей страны задержали. Непонятно, что будет завтра. Но я продолжаю любить футбол. Ходил вот в понедельник на «Динамо». Там меня все радостно встретили. Зашел в ложу, увидел Николая Толстых. Он с юмором мне говорит: «Сань, по ТВ либо про Сирию, либо про Шпрыгина». Шпрыгина обычно не любят, злодеем считают. А тут все сочувствуют.

- Вас не выселяют из офиса ВОБа?
- «Пошли вон» – так не говорят. Но надо смириться, что ВОБа в привычном виде больше не будет. Сотрудники распущены в отпуск. По факту, ВОБ сейчас – набор учредительных документов. И люди по всей стране, но без центрального управления. Де факто мы есть, но с понедельника офис ВОБа закрыт.

- Кто его владелец?
- Офис взят в недорогую аренду у Москомимущества.

- Мутко говорит о создании новой болельщицкой организации. Вы допускаете, что возглавите ее?
- РФС поставил ключевое условие для такой организации – чтобы туда главные фан-клубы вошли. Это «Спартак», «Зенит», ЦСКА. С ними провели две встречи, одну из них – сам Виталий Леонтьевич. Но ЦСКА, «Спартак», «Зенит» не спешат никуда вступать. Это подтверждение, что дело было не в ВОБ и не в Шпрыгине. Всегда говорил, что они не хотят объединяться. А болельщицких организаций и без того пруд пруди.

Мой прогноз – аналог ВОБа не будет создан, а РФС продолжит взаимодействовать с болельщиками путем совещаний. Если же подобие ВОБа все же будет создаваться, в него войдут организации, которые по документам сейчас числятся в ВОБе. Кроме фан-клубов ЦСКА, «Спартака», «Зенита».

- Каково ваше будущее?
- Мне 39 лет, я здоровый мужик. Не будет такого, что не стану ничего делать. Тут появилась новость, что обнаружена усадьба Шпрыгина в Псковской области. Хотя в чем тут сенсация? Показали старую дорогу, старый дом... Там недалеко Пушкинские горы. Александр Сергеевич в тех местах ссылку отбывал. Когда мы ехали на выезд с «Динамо-2» на матч с «Псковом-747», я выкладывал фото таблички со строками:

Кто долго жил в глуши печальной,

Друзья, тот верно знает сам,

Как сильно колокольчик дальный

Порой волнует сердце нам.

Так что как только решу все вопросы, наверное, в псковской глуши побуду наедине с собой. У меня будет добровольная ссылка. Октябрь, ноябрь – самые хмурые дни на Псковщине. Буду печку топить, на охоту схожу. Отрублю интернет. Вернусь же со взвешенными решениями.

- Вы ранее сказали, что не будете предполагать, кто сжег вашу машину. Может, сейчас все-таки назовете, кого подозреваете?
- Могу только сказать, что все сделано из-за глубокой личной неприязни и зависти. Эти чувства толкают людей на плохие вещи. И эти люди хотят доставить мне неприятности в жизни. Они угомонятся, наверное, когда услышат, что Шпрыгин застрелился или повесился. Или вообще когда могилку мою увидят. Но не дождутся! Таких панических настроений у меня нет.

Да, ВОБа тоже нет. Хотя, с другой стороны, – есть. Потому что по документам мы живы. Можем в другое место переехать и защищать права болельщиков. Сейчас всех волнует, кто займет освободившуюся нишу. Опасаются, что Шпрыгин с новыми силами пойдет в бой. Жизнь, конечно, борьба и надо бороться всегда, но ни с кем я в бой идти не собираюсь.

- Как вы отреагировали на публикацию «Новой газеты», что в ходе обыска у вас на квартире обнаружено оружие и литература националистического характера?
- Еще не читал про это. Но обыск на квартире у моей матери действительно был. Не знаю, какие именно книги изъяты. Но все они официальные, типографские – приобретенные или подаренные. Это не подпольная экстремистская история. Условно, «История Третьего рейха» – легальная книжка, которая в книжном продается. Оружие обнаружили, да. Но это мое личное – травматическое и охотничье.

- Мутко с обидой отзывается о вас, говорит, что ВОБ подвело его, страну. Можно сказать, что ВОБ подписало себе приговор марсельскими событиями?
- События в Марселе стали началом конца ВОБ. Но ВОБ сам себе приговор не подписывало. Просто за все ответило. Попались два легкоатлета на допинге – и всю сборную по легкой атлетике с Олимпиады сняли. Так и здесь: несколько членов ВОБ сидят во французской тюрьме, а вся организация исключена из российского футбола. Кто провинился во Франции? Болельщики. Кто отвечает за них? ВОБ. Наказать! Прямая линия тут. Без деталей…

Да, я тем временем доехал до магазина. Надеюсь, гаджеты еще есть в продаже.