В каждом провинциальном (в самом нежном понимании этого смысла) есть своя футбольная звезда. Особенно трогательно относились к своих звёздам в провинции. И пример Артёма Фидлера – это идеальный пример того, как мальчишка со двора стал легендой для огромного города. Экс-капитан «Урала», сейчас Артём – начальник команды. Название должности для непосвящённых – странное. Но по факту, на его плечах висит буквально всё: Логистика, питание, решение самых тонких проблем юных и не только футболистов.

И собеседник «Совспорта» полностью подходит под это определение. Артём рассказал, как устроена команда, почему «Урал» вылетел из премьер-лиги, а главное, почему команда уже весной вернётся назад.

– Удалось ли приноровиться к тому, что вы оказались с командой в Первой лиге?
– До конца ещё не верится, но мы уже сыграли в первой лиге больше 10 туров, понимаем, что делать.

– Что изменилось в команде?
– Ничего не поменялось, у нас есть задача – все хотят, чтобы команда вернулась в РПЛ. Мы постарались максимально сохранить состав. Если бы не было лимита на легионеров, то оставили бы и их. В команде нет коренных изменений.

– Был ли разговор с персоналом после матча с «Акроном»? Может, говорили о том, что будут уменьшаться зарплаты или как-то по-другому будет жить команда?
– Конечно, у многих ребят уменьшились зарплаты – это нормально. Ты же понимаешь, вчера ты играл на одном уровне, а потом вылетаешь. Все всё прекрасно понимают, это естественно.

– Этот момент – самый тяжёлый в «Урале»?
– Думаю, что да. Я вначале играл в «Урале» в Первой лиге, потом ушёл в другой клуб, команда вышла в РПЛ, а потом, когда я вернулся, она не вылетала долгое время. Наверное, это самый тяжёлый отрезок.

– Много разговоров было с Гончаренко, что затянули с увольнением. Была ли у него паника?
– Нет, никакой паники не было. Если вы помните, за два тура до конца чемпионата мы были на 11-м месте. Я считаю Гончаренко хорошим специалистом, у нас было полное доверие, но это спорт, ты не можешь запрограммировать то, как сыграешь в следующем матче. Никто не хотел вылетать, но ничего не поделаешь, все команды вылетали из РПЛ.

– Сообщалось, что Гончаренко не провёл прощальную встречу с игроками. Так ли это?
– Он попрощался с нами, но так, чтобы кого-то собрать, такого не было. Виктор Михалыч ушёл после первого матча с «Акроном» – как тут встречу собирать, о чём говорить? Все всё прекрасно понимают, пожали друг другу руки. Жизнь не заканчивается, мы ещё встретимся на прямоугольных полях.

– Как вам новый тренерский штаб?
– Тренерский штаб очень хороший. То место, на котором мы сейчас, доказывает, что мы вправе выполнить задачу, которую поставили перед клубом. Меня устраивает тренерский штаб.

– На ведущих позициях в команде бывшие игроки «Урала» и легенды. Вспоминаете былые времена?
– Конечно! Надо отдать должное Григорию Викторовичу – он собирает людей, которым небезразличен клуб и город. Если у нас есть такие специалисты, надо так и делать.

– Получилось ли убить в себе футболиста и перестроиться на административную должность?
– Многие люди говорят эту фразу, но я её не понимаю. Я всю жизнь занимаюсь футболом, это моя любимая игра, я никогда её в себе не убью. В моём понимании, «убить в себе футболиста» – повесить бутсы на гвоздь и более к мячу не подходить. А так со своей должностью я вполне справляюсь, меня всё полностью устраивает, режим почти не поменялся после завершения карьеры.

– В 2021 году вы приняли участие в товарищеском матче, когда «Уралу» надо было набрать два состава. Готовы ворваться ещё раз в какой-то игре?
– Легко, почему бы и нет. Я поддерживаю форму. Если руководство «Урала» подойдёт и скажет: «Для того, чтобы выйти в Премьер-лигу, нам надо тебя заявить», – даже на такое буду готов.

– Как в семье относятся к тому, что вы продолжаете жить в режиме после завершения карьеры?
– Скажу даже больше: когда я закончил с футболом, его стало ещё больше. Семья весьма недовольна, но я живу футболом, ничего не поделаешь, они относятся с пониманием.

– Нет ли амбиций начать тренерскую карьеру?
– У меня скоро в школу дети пойдут, а тренерская карьера – сегодня ты здесь, завтра играешь в другом городе. Я только из-за этого не хочу куда-то дёргаться. Тем более я живу в своём любимом, родном городе. Мысли такие посещали, но пока я этого не хочу.

– Вы много говорите о Екатеринбурге, о любви к родной команде. А если «Зенит» предложит аналогичный пост и дадут зарплату в 10 раз больше?
– Во-первых, буду советоваться с семьёй. Во-вторых, думаю, что я откажусь – остался бы здесь. Если бы я был футболистом, было бы по-другому: футбольный мир короток, нужно успеть заработать хорошие деньги, чтобы потом жить. А сейчас – я заработал деньги, живу, не переживаю за работу. Не думаю, что я бы пошёл, если бы позвал «Зенит».

– Вы один из немногих людей, которые могли проследить весь путь Григория Викторовича. Изменился ли он?
– Да, изменился. Ранее он был более вспыльчивый и строгий, но время берёт своё, он стал более мягкий. Что касается человеческих качеств – он каким был человеком, таким и остался, ему нужно за это отдать должное.

– Как можете описать Григория Викторовича для клуба одним словом?
– «Батя» – звучит грубо, не могу его так назвать. К нему подходит более уважительное слово, он очень много сделал для города и футбола. Но какое-то одно слово не приходит на ум. Мне кажется, одним словом в принципе не обойтись.

– Можете вспомнить какую-то особую историю, связанную с ним?
– Было много историй. Он всегда остаётся человеком – это, наверное, один из главных критериев в жизни. Дай человеку деньги и власть – ты посмотришь, кем он будет. А он был человечным, таким и остался.

– Сейчас «Урал» идёт на третьем месте в ФНЛ, хорошие шансы вернуться. В своё время вы говорили, что хотели бы увидеть команду в еврокубках. Возможно ли это ещё осуществить в будущем?
– Конечно, возможно, почему нет. У нас прекрасный стадион и болельщики, хорошая команда, не вижу проблем. Что касается еврокубков: я сам в них поучаствовал, и это большое удовольствие. Когда был, например, чемпионат мира, мы видели, что происходит в городе. В еврокубках – чуть поменьше, но это то же самое практически.

– Есть ли ваша идеальная афиша в еврокубках?
– Честно, нет. Ты можешь смотреть финал Лиги чемпионов, будут играть две хорошие команды, но будет неинтересный футбол, а можно увидеть групповой раунд, условный «Фенербахче», и команда будет гораздо интереснее. Вот Евро, который прошёл, я смотрел много матчей грандов, великих стран, но игры были не такие интересные, как у команд попроще: там голы, футбол, всё интереснее. Тяжело назвать.

– В «Урале» появляется много интересных молодых футболистов: Ишков, Дмитриев, уехавший на повышение в «Спартак». Помогаете на тренировках молодёжи?
– Конечно, и перед тренировками, и в жизни, и после тренировок, и во время. Нужны старшие ребята. Должен быть костяк взрослых ребят, и это у нас есть. Надо отдать молодым должное: есть молодые, которым говоришь, а всё как о стенку горох, а у нас молодые – хорошие, им приятно помогать.

– Юрий Жирков говорил, что ему не о чем общаться с молодёжью, ибо он их не понимает. Вы её понимаете?
– Я понимаю. Не знаю, почему он так сказал. Я его знаю хорошо, он адекватный парень, это его мнение. Мне интересно с молодёжью общаться, я много контактирую с молодыми ребятами.

– Видите ли в «Урале» молодого игрока, у которого есть потенциал стать звездой РПЛ?
– У любой молодой звезды есть потенциал стать великим футболистом. Надо не останавливаться на достигнутом. Вот у нас есть парнишка – Егор Мосин. Его рассматривали только на замену, а сейчас он практически основной игрок. В футболе всё быстро меняется, у каждого есть шанс.

– Если бы вы оказались перед собой 18-летним, что бы сказали? Хотели бы, чтобы рядом был такой человек, как вы?
– Думаю, да. У нас в «Урале» всегда был хороший коллектив, хорошие ребята: были и взрослые ребята, и опытные. Я никогда не обманываю, не юлю, говорю, как есть: если человек не тренируется, я говорю, что он тренировался плохо. Поэтому так бы себе и сказал. Это наталкивает на мысли.

– Оглядываясь на футбольную карьеру, были ли моменты, которые вы бы хотели изменить?
– Да нет. Всё, что ни делается, – всё к лучшему.

– Вы свой потенциал полностью реализовали?
– Тяжело судить. Я обычный парень с района. То, чего я добился, – достаточно. Но всегда можно стремиться к большему. Если бы я сделал как-то по-другому, может, добился бы большего.

– Как вам поступило предложение заиграться за «СиндЕкат»?
– У меня есть друг – Анатолий Герк, у нас с ним зашёл разговор сделать команду Медиалиги. У нас есть президент клуба – Андрей Владимирович Семёнов, мы ему предложили попробовать сделать команду, его это заинтересовало.

– Как вам медиафутбол?
– Я первый раз столкнулся с медиафутболом – у нас был товарищеский матч «Урал» – «Амкал». Это было лет пять назад. Я никогда за ними, честно, не следил. Но если раньше это было больше, как шоу – на поле выбегали, кричали – то сейчас это очень хороший уровень футболистов и команд. Тот же «Амкал» прошёл три стадии Кубка России, это о чём-то говорит. Это не просто матчи ребят, которые вышли побить по мячу. Медиалигу смотрит молодёжь, очень много молодых интересуются футболом. В плане развития футбола это здорово.

– Сейчас много говорят о возможной товарищеской игре сборной России со сборной Медиалиги. Как бы вы отнеслись к такой встрече?
– Я ничего плохого не вижу. Лучше с ней сыграть или со сборной Первой лиги, чем со сборной Пакистана, условно говоря. Я не думаю, что там уровень футболистов выше, чем у нас в Медиалиге или в Первой лиге.

– У вас вызывают интерес игры с Вьетнамом или Таиландом?
– У меня – нет. Хотя мы понимаем, что нам не сильно приходится выбирать с командами, с кем мы можем сыграть. Сборная должна существовать, тренироваться, проводить товарищеские матчи, но надо посмотреть соперников посильнее.

– В Медиалиге на прошлой неделе был один из самых обсуждаемых эпизодов чуть ли не за всю её историю, когда блогер Литвин дал пощёчину фанату СКА. Как относитесь к такому эпизоду?
– Такой эпизод набрал ход в интернете, телевидении. По сути, в Медиалиге уже такое было, стычки и драки были – конечно, это неправильно. Сам Литвин признал, что это неправильно, это эмоции. С одной стороны, я его тоже понимаю, на него кричат и ругаются, но так поступать нельзя. Главное, чтобы человек сделал выводы и больше так не делал.

– Сейчас даже ходят разговоры, что Медиалигу могут закрыть.
– У нас и в Премьер-Лиге бывают эпизоды, после которых можно её закрыть. Но это не дело. Надо объяснить людям всё и создать правила этикета.

– Хотелось бы вам когда-то в вашей карьере подбежать к фанату и разобраться?
– Нет. В чём ещё разница большого футбола и медиафутбола – всё снимают, всё слышно. Тут всё более открыто и слышно. Если бы Литвин этого не услышал, может, он бы так не поступил. Но у меня такого желания не было.

– При этом у вас был такой эпизод с «Локомотивом».
– Да, был. Но после того, как эмоции отошли, я понимаю, что сделал неправильно. Но, если бы этот случай повторился, я не знаю, сделал бы так же или нет. Когда касаются членов твоей семьи, это вообще неправильно. Когда говорят тебе – одно, мне можно что угодно говорить, а когда трогаешь семью – другое.

– То есть что-то было сказано в адрес вашей семьи?
– Да, но я не хочу в подробностях говорить, что было. Было сказано в адрес моих близких, и я не сдержался – так поступил.

– Вы рассказывали, что во время вашего взросления у вашего дома стреляли из гранатомёта. Было ли такое?
– Такое было, но я ту передачу не понял. Когда им это рассказал, спросил: «Вам что, реально интересно?» Нобель делал свой выпуск исключительно про Григория Викторовича и хотел не футбольную деятельность показать, а криминальную часть. Тогда надо было снимать «Криминальную Россию». Вы же смотрели тот выпуск? Он приехал на кладбище, начал уважаемых людей показывать. Для чего это надо? Я давал интервью полтора часа, а вырезали и вставили только мою фразу про гранатомёт. Это ненормально, мне кажется. Мы потом с Олегом Шатовым смеялись: «Ты хоть что-то про футбол рассказал, я – только про гранатомёт». Это дело Нобеля, он так сделал, считает, что так нужно. Пусть так будет.

– Вы много говорите о Екатеринбурге, город сейчас прекрасный. Можете рассказать, как он менялся?
– Когда человек в одном месте – глаз замыливается, ты можешь не обращать внимания на какие-то моменты. Скажу глазами ребят, которые приезжают сейчас. Они говорят: инфраструктура, дороги, центр города, у нас реально красивый город, удобный. Я жил три года в Краснодаре: у них одностороннее движение, дорог толком нет, постоянно пробки. Сравнивать, наверное, неправильно, Краснодар тоже хороший город. Везде есть недостатки, есть недостатки у них, которых нет у нас, и наоборот.

– Как повлияло проведение чемпионата мира в 2018 году на то, что Екатеринбург расцвёл?
– Конечно, повлияло. Посмотрите, сколько у нас площадок построили на окраинах: на Уралмаше, Химмаше, Эльмаше. Посмотрите, как у нас поменялась футбольная инфраструктура при Григории Викторовиче: есть манеж, у академии два искусственных поля, у «Урала» два живых поля, база, всё есть. Всё делается, всё застраивается.

– В Екатеринбурге есть другие виды спорта: хоккей, промоушены по смешанным единоборствам. Насколько часто их посещаете?
– Есть ребята, с которыми я дружу, из «Автомобилиста». По возможности хожу, мне нравится, переживаю за ребят. На бои тоже хожу по возможности, просто у нас такой график, что мы улетаем и прилетаем. Очень редко бывает возможность прийти и поболеть. Тем более «Автомобилист» в том году прекрасно выступил, завоевали бронзовые медали. RCC тоже развивается: сколько боёв и турниров проводится. Самое главное, что люди занимаются, вкладывают деньги и развивают спорт.

– Георгий Тигиев пробовал себя в ММА, Аршавин и Погребняк пробовали себя в хоккее. Не было желания надеть коньки или перчатки?
– Я вырос, когда была школа: у нас был завод РТИ, а при заводе был стадион свой. Летом мы играли в футбол, зимой – в хоккей. Я в хоккей умею играть, играл в него в детстве. Есть друзья, кто потом пошёл в хоккей, а я – в футбол. Есть мысли поиграть в хоккей. Когда ребята приглашают, я хожу и играю. А перчатки не стоит надевать. Я общаюсь с ребятами, Гаджи Автоматом, например, и понимаю, что это тяжёлый вид спорта. Тем более в 40 лет идти в ММА и бои не совсем логично будет.

– Одна из самых громких новостей дня: Евгений Латышонок сказал, что ему хватит 30 тысяч, чтобы прожить месяц с комфортом. Сколько хватит вам?
– Если поставить задачу прожить на 30 тысяч в месяц – проживу, но будет ли это с комфортом или нет – другой вопрос. Я скажу, что никакого комфорта не будет. У каждого человека своё мнение. Ему, может, хватает, а мне бы не хватило. Я бы точно не прожил.

– О чём вы сейчас мечтаете?
– Я бы хотел, чтобы «Урал» вернулся в Премьер-лигу и играл в еврокубках. Это моя футбольная мечта, я бы хотел, чтобы клуб к этому стремился. У самого была мечта поиграть в РПЛ, и я её осуществил. Сейчас же на первом месте семья, чтобы всё хорошо было в семье, чтобы дочки радовали.

– Последний вопрос. В чём сила?
– В правде!