- как сменил позицию в академии «Зенита» и что запомнил о тренировках с Аршавиным, Малкомом и Луисом Энрике;
- почему после аренды в «Сочи» решил уйти из «Зенита» и как оценивает работу Роберта Морено;
- чем ему нравится подход Ильдара Ахметзянова и когда надеется вернуться на поле;
- как справляется с травмами и о чём думает, выходя против бывшего клуба;
- как лимит влияет на молодых игроков и что выделяет Андрея Касаджикова;
- почему хотел бы попробовать себя в одном из пяти ведущих чемпионатов Европы;
- кого считает фаворитами РПЛ и почему мечтает выиграть чемпионат мира.
Реклама 18+
«Из тех, кого видел, наверное, самый сильный — Малком»
— В детстве был нападающим, потом начал играть центрального защитника. Лет в 14–15 начали ставить выше. Я центральным защитником очень любил ходить вперёд. Тренеры поставили играть повыше, вроде получилось нормально, так потихоньку и закрепился в центре.
— Истории прямо какой-то нет. Осталось приятное воспоминание: он, бывало, с нами в футбол играл, когда нам по 15 лет было. Он заходил и был в порядке, лучшим на поле. Это запомнил.
— Было очень приятно, конечно. Чуть волнительно. В принципе, всё к этому и шло, наверное. В любом случае меня должны были попробовать в первой команде. Помню, в конце сезона начали подключать, потом с летних сборов уже начал полноценно находиться в первой команде. В целом классно, конечно. Новый уровень, новый опыт.
— В целом просто то, что там оказался. И то, что они тоже такие же люди, как и ты, такие же футболисты, что можно спокойно с ними взаимодействовать, играть в футбол. Всегда смотришь со стороны, что они какие-то супер, уровень недосягаемый. А когда там оказываешься, понимаешь, что всё возможно.
— Мне он на тренировках больше нравился. У него в РПЛ статистика не очень, бывают хорошие матчи, но не скажешь, что он точно лучший в лиге. Стабильности, наверное, не хватает. Мне больше Глуш нравится. Энрике больше такой вау-эффект вызывает. А Глушенков, наверное, если он мотивирован и хочет играть, то самый сильный, сто процентов.
— Да нет. Коллектив как коллектив, как в любой другой команде.
— Как будто не было. Всегда есть кто-то на поле, кто чем-то недоволен. Но это в любой команде есть. Перегибов не было, ничего страшного.
— Чтобы прямо под своё крыло кто-то взял, такого не было. Просто приходишь, тренируешься, со всеми общаешься. Все обычные, нормальные люди, со всеми можно поговорить.
— С Коваленко было просто. С Денчиком Адамовым, с Алипом. Наверное, с ними больше всего общался, они самые приятные.
«Мне уже хотелось уйти полноценно»
— Морено — нормальный тренер. Он хотел пробовать что-то новое. Просто уже в команде, видимо, подустали от него. Летом была какая-то история: он уходил, потом опять пришёл. Я плохо знаю, что там было, но было понятно, что он не очень хорошо поступил. Из-за этого сама команда его не очень воспринимала. Поэтому, может, и такой исход был. Как тренер — нормальный. Что-то пытался, хотел, но не получилось.
— Таких странностей не было. Мне рассказывали про ситуацию, что они в пять утра вставали и тренировались. Но пацаны, с которыми я разговаривал насчёт этого, сказали, что потом реально себя нормально чувствовали.
— Думаю, нет.
— У меня была цель просто хорошо провести сборы, хорошо провести игры. Там уже не мое решение. Как примут, так и примут, я приму любой исход.
— Тогда я уже, честно, не помню, что говорил (смеется). Я провёл сезон в «Сочи», и мне понравилось играть. Я хотел играть. Понимал, что в «Зените», скорее всего, не смогу получать игровое время, что лучше уйти.
— Сразу, мне кажется, понимал. Ещё до сборов уже всё понимал, наверное.
— Аренда тоже имеет свои подводные камни. Клуб, который тебя берёт в аренду, всё равно осознаёт, что ты уйдёшь через год. Мне уже хотелось уйти полноценно.
«Не хотелось бы, чтобы Ахметзянов ушёл»
— По моим ощущениям, кажется, что да. Наверное, скоро уже. Потихоньку возвращаюсь.
— Честно, мне очень нравится. Он сильно включён в тренировочный процесс. Сейчас таких тренеров как будто не так много. Больше европейцы такие «включённые», наши специалисты как будто не особо включаются прямо в тренировки. Раушанович за каждый микромомент что-то скажет, подтянет. Он требовательный человек, по результатам видно, что на команде это очень хорошо сказывается. Есть определённый стиль игры, все понимают, что нужно делать на поле, всё чётко объяснено. Это тоже помогает.
— Клуб не закроется, если тренер уйдет, но не хотелось бы этого. Я толком даже не поработал с ним. Мне нравится, как играет команда, и мне хочется тоже в этой команде играть.
— Плюс-минус нормальная практика, наверное. Если есть какие-то слухи, думаю, любой тренер перед командой или в раздевалке перед игрой что-то скажет, или собрание проведёт.
«Сейчас я в «Оренбурге», хочу добиваться всего здесь»
— С каждой травмой, наверное, отдельный эпизод. Всё в совокупности, мне кажется, рассматривать надо. Надеюсь, что это последняя такая, больше у меня не будет. Будут просто микротравмы, и всё.
— Всё равно тяжело. Травма — это самое тупая, нелюбимая вещь в спорте. Со временем — да нет, наверное, никак не меняется восприятие. В любом случае понимаешь, что долго не будешь ничего делать. Тебя выбивает из колеи. Первое время уж точно. Потом потихоньку приходишь в себя, становится нормально.
— Не знаю, сейчас я в «Оренбурге», хочу добиваться всего здесь
— Обидно, да, но ничего страшного. Ещё время есть, слава Богу. Наверстаем.
— Конечно, хочется в любом случае выйти, хорошо сыграть, может, даже победить. Но только два раза выходил — два раза не получалось.
— Никто не знает, что будет впереди. Сейчас, оглядываясь, может быть, да, стоило чуть-чуть пораньше уйти. С другой стороны, за это время в Питере потренировался с сильными футболистами, что-то у них перенял. Смотрел, как они работают. Всё равно это очень хороший опыт. Не знаю, как дальше карьера пойдёт. Если всё плохо будет, то, наверное, надо было раньше уходить. Если нет — значит, на пользу время прошло.
— Блин, какие проблемы? Я клубу очень благодарен за шанс проявить себя, за то, что я там с пяти лет тренировался. Чувствую только благодарность.
— Не знаю. Пока хочу играть за «Оренбург». Остался месяц до отпуска, хочу получить игровое время. Да и в весенней части поиграть хотелось бы. Дальше будем смотреть. У меня вообще контракт на четыре года, так что четыре года я буду в «Оренбурге». Такого желания, чтобы прямо сейчас вернуться и играть нет, я только перешёл. Мне хочется в другой команде себя показать.
— Загадывать не люблю, но в дальнейшем не буду против.
«Желание футболистов уехать в Европу зависит не от лимита на легионеров»
— Это двоякая история. С одной стороны, будет больше россиян играть. С другой стороны, наверное, упадет уровень лиги. У нас есть Министерство спорта, оно решает, наверное, правильно.
— Если есть иностранец, который сильнее тебя, но ты играешь только из-за лимита, это плохо с одной стороны. С другой — хорошо, ты игровое время получаешь. Но то, что у тебя такая несправедливая конкуренция, — это плохо.
— Да. Тут всё, мне кажется, от конкретной ситуации зависит, от конкретного игрока.
— Андрюха — классный игрок. Мне нравится. Он специфичный, наверное, в плане техники чуть-чуть и в плане бега. У него есть что-то необычное, и этим он цепляет. И уверенность у него есть — для парня его лет очень хорошее качество. По игре у него шикарно всё.
— Да, он хороший, скромный, правильный. Согласен полностью. А «поколение лимита» — это какое?
— Но ведь Кокорин был в порядке как футболист.
— Это не зависит от лимита уже.
— А что, Кокорин, Смолов — плохие футболисты, что ли? По-моему, отличные футболисты.
— Я не думаю, что это из-за лимита. Все зависит от самого футболиста: есть ли у него есть желание, есть четкие цели, то таких проблем не будет
— Ну а как вы думаете? В «Зените» сильные футболисты. Будет сильно сложно.
«Через года три хотел бы попробовать себя где-нибудь в Европе»
— Тяжело. Через года три хотел бы попробовать себя где-нибудь в Европе. Если о желаниях говорить — топ-5 чемпионат.
— Если бы у меня были вариант, как у Батракова, то я бы поехал, но все равно понятно, что каждое предложение нужно рассматривать отдельно. Заха тоже поехал и начал получать много травм, ему тяжело. Короче, загадывать — это не моё.
«Зенит» и «Спартак» — самые сильные в лиге»
— Сейчас говорить ещё рано. Надо к зимней паузе смотреть, что да как. Зимняя пауза — уже нормальная отсечка. «Динамо» вряд ли к зимней паузе будет наверху. «Зенит» — хорош. «Краснодар» нормальный, но без скамейки им тяжело. Я бы подумал между «Зенитом» и «Спартаком».
— Да, сильно удивило, конечно. От «Динамо» такого давно никто не ждал.
— Мне кажется, они на равных сейчас, если на сто процентов готовы. Сейчас просто тяжело заглядывать вперед, зимняя пауза всё меняет. На данный момент «Зенит» и «Спартак» — самые сильные в Лиге.
Эксклюзивные бонусы для ставок на футбол
«Самая главная мечта — выиграть чемпионат мира»
— Я вообще не чувствовал, что на меня оказывалось какое-то давление. Просто выходишь, тренируешься как можешь, играешь как можешь. Не нужно обращать на это внимание, делай своё дело, и всё. Классика.
— Выиграть чемпионат мира.
— А почему несбыточным?
— Время ещё есть. В 2018 мы почти в полуфинале оказались. Всё возможно. Молодое поколение подрастает, сейчас сборная усилится, нас вернут, и мы выиграем.
— А что нет? Надо ставить самые высокие цели в любом случае.










