Андрей Червиченко: Как можно было не найти "бананщика"?

Бывший президент "Спартака" Андрей Червиченко - о решении убрать с российских стадионов ОМОН и о "бананщике".

- Как думаете, какая судьба постигла человека, ответственного за освещение на матче «Терека» и "Спартака"?

- Да бросьте. Регион только оправился от войны. Техническая ситуация: перегорело что-то, с кем не случается? При этом никто не спрашивает, почему матч продолжился. По регламенту после 30 минут перерыва матч должен быть доигран на следующий день. У нас все затирается, по закону не должно было быть так. Но у нас закон все время можно подвинуть, прикрыть - если всем удобно. Поэтому все у нас и получается через одно место.

- А кому удобно убрать с футбольных матчей ОМОН?

- Это вообще полная глупость. В скором времени кто-то с кем-то передерется, кто-то кого-то убьет – и ОМОН вернется. Не знаю, кому это выгодно, но в один прекрасный момент отсутствие полиции приведет к человеческим жертвам.

- Полиция вроде бы останется в чаше стадиона.

- Полиция? Эти 18-летние мальчики, переодетые в форму? Значит, и им достанется. Поймите, болельщицкая среда, особенно против которой ОМОН выставляется, она довольно-таки агрессивная. В какой-то момент эта агрессия может выплеснуться через край и одному богу известно, что будет.

- Вы за закон о болельщиках?

- Я за порядок на стадионе. Есть, конечно, дурные омоновцы, которые дубинками в футболистов пихают, но это тоже выплеск эмоций. Представьте себе, если даже человек в форме, облеченный властью, не может себя сдержать, что может произойти с теми, кто вышел из хулиганской среды? Это специфика нашей страны, в плане безнаказанности и работы закона. Выход один. Нарушил закон – будешь наказан согласно букве закона. Не замалчивать ситуацию, не отодвигать ее в долгий ящик, чтобы она потом забылась. Страна кричит, что надо схватить и обличить «бананщика». Через две недели уже никто и не помнит об этом инциденте. Как можно не найти его? Если бы надо было, можно было найти кого угодно.

- Так и нашли ведь. Студента, у которого, правда, было алиби.  

- Значит, так искали.