— Мы не выполнили поставленную задачу. Если ты не справляешься с возложенными на тебя обязанностями, надо предоставить возможность сделать это другому человеку.
— Он предложил мне подумать и не принимать скоропалительных решений, потому что это произошло на следующий день после матча с «Рубином», и назначил мне встречу через десять дней. Он как раз в это время улетал в Европу, а я — в отпуск с семьей. Через десять дней мы вернулись к обсуждению этой темы. Я сказал, что подумал и позицию свою не изменил. После этого начался процесс со стороны руководителей клуба, которые не приняли мое заявление.
— Что бы я сейчас ни сказал, это будет звучать как оправдание. Естественно, для себя я сделал много выводов, но не считаю необходимым говорить о них публично, потому что ни один из них не оправдывает то, что с нами произошло.
— Безусловно. Клуб нацеливался на этот результат. Как и в случае со сборной, так и в случае с ЦСКА страдают в первую очередь футболисты и тренеры. Не попав в Лигу чемпионов, клуб лишился многого в спортивном и материальном плане.
— Я не хочу рассуждать о лимите как о возможности конкурировать с «Зенитом». Еще раз повторю: лимит снижает конкуренцию внутри каждого российского клуба. Насколько я знаю, «Зенит» сейчас тоже достаточно активно ратует хотя бы за смягчение этого лимита.
— А почему бы и нет? Если нам удастся реализовать свои трансферные планы, ответ однозначный — да.
— Все задают такой вопрос, и все получают один и тот же ответ: подвижки могут быть, а могут и не быть. Каждый день может что-то меняться, в любом случае объявлять об этом нужно только тогда, когда все формальности уже пройдены и контракт с футболистом подписан.





