«Очень тяжело жилось.  Можете себе представить: 60-80 рублей  самая большая зарплата, когда мы в Усть-Лабинске жили. А самая маленькая – 20 рублей. Родители у меня не главные инженеры. Талонная система была, меняли талоны на деньги, на продукты.

Первые деньги заработал в институте на разгрузке селедки или еще чего-то. В другой раз гравий пытались разгрузить из открытого вагона, так дождь прошел, и гравий замерз к чертовой матери, прокляли все».

«Я работал прицепщиком, помощником комбайнера. Ножом из рессоры размахивал, как мачете, рубил жгуты из травы. Когда в 74-м попал на Сельскохозяйственные игры, нашего тренера спросили – есть ли в составе хоть один сельский житель? Указал на меня - вот, мол, комбайнер».

«Я шесть лет с ним отработал. Он никому не давал спать. Мы могли ночью ехать на восьми машинах в аэропорт встречать какого-то мифического комиссара матча. «Все! Военное положение!» И мы мчались, куда он приказывал. Он неуемный мужик, горит на работе.

Как-то 2 января мы с Александром Ивановичем здорово поцапались и расстались. Я даже трудовую книжку у него вынужден был забирать с помощью не очень хороших людей. А что было делать – не отдавал».

«Мы такие джинсовые штаны шили. А я сам торговал ими на рынке. Хотите, раскрою вам секрет – как делались лучшие в России джинсы? В общем, шили штаны, а необходимый рисунок получали с помощью мелкого, с горох, керамзита и отбеливателя. Деньги, да, были – до этого у меня была одна машина, а стало три. Но вы не представляете, каково было мне смотреть в глаза своим ученицам, которые в один прекрасный день появились перед моим прилавком».

А кроме джинсового бизнеса была еще история с заправкой: «Не было работы, а в моей группе здоровья бегали от зама губернатора до народного судьи. Попросил помочь. И организовали мне заправочку - в 90-х все можно было. Тогда хотелось просто выжить».

«Сидим мы в бане, 4 часа утра. Он мне и говорит: «Слушай, давай возвращайся. Сколько можно телепаться?». Я долго отказывался, но Максимов, он же знает, на какую педаль надавить, не отстает: «А, струсил! Ну что ты за мужик?!». В общем, я согласился, и в полпятого утра мы подняли директора одной птицефабрики под Волгоградом, Героя Соцтруда Фролова, и тот пообещал помочь деньгами. А уже на следующий день я уехал работать».

«Этот Гумянов мне всю морду расцарапал! Сначала дал мне в нос, а потом в глаз. Хотя ничего не предвещало такого развития событий. После матча Гумянов прошел мимо, пожал руку всем, кому только можно. Даже бабе Клаве, которая у нас в Тольятти работает за судейским столиком, а про меня забыл. Когда я его окрикнул, он подошел, одной рукой пожал мою, а второй начал колотить. А сейчас все пытаются выставить меня чуть ли не зачинщиком драки».

Рукоприкладство обошлось тренерам штрафом в 30 тысяч рублей и дисквалификацией на три матча.

«Вот это веяние, освобожденные тренеры, это с футбола у нас пошло ведь? Я и говорил: от чего освобожденный, вы сразу скажите? От жизни, от зарплаты?

Два месяца работы в году – мало. Первые дни ты каждый раз осматриваешься, а уже надо работать».

После чемпионата мира прошлого года Трефилов пришел в «Астраханочку», а с нового сезона будет работать в «Кубани».

«Не люблю, когда плачут. Но есть способ успокоить. Начинаю расшнуровывать кроссовки, приговаривая: «У меня носки нестиранные, давай слезы вытру...» Девчонки цепенеют, смотрят во все глаза. Понять не могут, шучу или нет. Зато перестают всхлипывать».

«Русский я тренер. Ну, славянский, если хочешь! И такой же человек, как мои игроки. Не могу работать на Западе. Хотя вариантов было предостаточно. Скажи немцу, мол, что-то делать нельзя — он поймет, послушается. Итальянцы или испанцы — они уже другие, могут и посвоевольничать. Пойдем дальше: поляки — хитрее, чехи — мудрее. А вот мы... Наш человек, когда ему говорят «нельзя», упирается рогом и делает по-своему. Мы другие, и женщины наши другие. Они столько терпят! Честь им и хвала. Самому иногда непонятно, как можно выносить мои выходки».

«Скромный советский экономист. Вообще честь и хвала этой женщине. Столько лет меня терпит. Для этого такой талант нужен! По гороскопу я Дева, родившаяся в год Козы. Непостоянен, переменчив, скачу с кочки на кочку».