Был экскурсоводом в Германии

ХОККЕЙ

О том, каким был великий тренер вне поля зрения болельщиков, рассказывает его старший сын Борис Чернышев:

 — Детские воспоминания, связанные с отцом, – это в первую очередь летние каникулы, которые мы проводили с ним. Всей семьей – он, я, брат, мама – ездили отдыхать на машине под Анапу. Снимали там комнату и в течение месяца купались в Черном море. У отца, как и у многих представителей зимних видов спорта, был радикулит, и врачи рекомендовали ему греть спину в горячих песках. Он зарывался в этот раскаленный песок, и где-то дней 20–25, пока мы там отдыхали, ему хватало до следующего лета. А потом опять та же схема.

Где-то с мая отец начинал жить дома, а так обычно на базе в Новогорске. Мог заехать домой поздно вечером после игры, а на следующее утро опять отправлялся на базу. А по выходным мы в основном проводили время в Новогорске, если «Динамо» не находилось на выезде. Воспоминания о тех годах остались самые добрые.

Любимая телепередача отца – «В мире животных». На ее фоне все остальное – фильмы, концерты – уходило на второй план. Как только она начиналась, мы включали телевизор и звали отца, хотя самим нравилось другое.

Отец был семейным, обходительным человеком. У нас не было конфликтов. Хотя, когда мы были маленькими, конечно, шкодили.

К отцу все очень хорошо относились. Я знал и знаю не только динамовцев, но и армейцев, игроков из других команд и ни разу не слышал плохого отзыва об отце. Мне рассказывали, как в свободный день во время поездки то ли «Динамо», то ли сборной в Германию ребята пошли гулять по городу. С командой не было сопровождающего из посольства. Увидели музей, решили зайти. И отец повел всех по залам, стал рассказывать про картины. У игроков от удивления челюсти отвисли! Я никогда не видел, чтобы отец много читал, но знал он много. Был с детства, как я понимаю, любознательным, восприимчивым.

Я не раз читал о том, как на одном из чемпионатов мира у нашей сборной никак не складывалась игра, и тут Тарасов запел Гимн Советского Союза, что встряхнуло команду, которой удалось переломить ход поединка. Валера Васильев совсем недавно рассказал мне, что это было не совсем так. Вернее, не хватало одного штриха: когда Тарасов запел, отец его осек: «Заткнись, певун». И добавил крепкое словечко. Ребята буквально заржали: все знали Чернышева выдержанным, молчаливым. Обстановка в команде разрядилась, и в игре действительно наступил перелом.

А вообще-то отец и Тарасов без особого труда находили общий язык. На одном чемпионате мира, кажется в Стокгольме, они решили расслабиться в номере гостиницы. Повод был: сборная СССР выиграла первый круг, и предстоял выходной день. На столе появилась бутылка, а Анатолий Владимирович достал из баула трехлитровую банку грибов. Мы сами грибники, но знали белые, подосиновики, подберезовики, опята… А тут валушки, свинушки, валуи. Не маринованные, а соленые. В принципе, все это съедобно, но способ приготовления довольно сложный. Отец сразу: «Нет, такие есть не буду». «Ну как хочешь», — спокойно ответил ему сосед по номеру. Выпили по рюмке, Тарасов аппетитно закусывает. Отец не выдержал и тоже попробовал. В общем, к концу вечера трехлитровая банка оказалась пустой. Водки, конечно, тоже не осталось.