11.00 – 12.30. Аэропорт «Шереметьево-2». Первые шаги босса НХЛ по русской земле

ХОККЕЙ

СОБЫТИЕ ДНЯ

Рейс «Дельта-30» из Нью-Йорка. Из представителей прессы комиссионера НХЛ Гари Бэттмана встречают только корреспонденты «СС»…

– Да, Гари Бэттман плюс один. То есть с ним еще один человек будет. 40 долларов сверху заплатили – и оформили им выход через VIP-зал, – словоохотливая девушка-информатор сообщила даже больше, чем нужно. Зная, что рейс будет в 11.15, мы приезжаем на полчаса раньше. Оказалось, можно было не спешить. Самолет Бэттмана задерживается на 40 минут.

11.00. Первый, кого мы встречаем, – Александр Стеблин. Президент ФХР и ПХЛ, который пригласил Бэттмана в Москву, неспешно поднимается по ступенькам на третий этаж, заходит в дверь VIP-сектора – и… видит корреспондентов «СС». Здоровается с нами за руку и удивляется: «А вы что здесь делаете? Откуда номер рейса узнали?».

11.10. Таким же маршрутом следуют… президент ИИХФ Рене Фазель и генеральный секретарь ИИХФ Ян-Оке Эдвинссон. Вот это совет в Филях! Сразу вспоминаю, как во время локаута Бэттман любил вести переговоры прямо в аэропорту. Прилетит в какой-нибудь Чикаго, встретится с лидером профсоюза – и улетит обратным рейсом, благо что в США самолеты в каждый крупный город страны ходят с интервалом в один час, как пригородные электрички. Неужели и здесь переговоры пройдут по такому же сценарию?

Захожу в VIP-зал. Фазель и Эдвинссон полулежат на кожаном диване, у каждого рядом с ухом по мобильнику. Разговаривают на английском, потом начинают беседу между собой. Фазель чем-то огорчен. Вскоре я понимаю, чем именно. Из-за угла выходит Стеблин. Увидев швейцарца, восклицает: «Рене! О мой президент!». Фазель делает плаксивую гримасу, вскрикивает удивленно и обиженно: «Чекос – нет?! Чекос – нет?!». Стеблин твердо отвечает: «Да, и чехи отказались». (Вчера «СС» сообщил, что представители всех 14 клубов чешской экстралиги решили не подписывать новый договор между ИИХФ и НХЛ. – Прим. ред.).

Давать интервью Стеблин не хочет. Обиделся на журналистов, что те написали, будто Россия объявила войну НХЛ. «Какая война? О чем вы? Не надо сталкивать нас лбами!» – возмущается Стеблин. А потом сообщает: «В 17.00 приходите на пресс-конференцию, там обо всем расскажу».

11.45. Интересуюсь у сотрудника VIP-зала, как Бэттман пройдет в город, если его визит спонтанный и получить российскую визу он наверняка не успел. «Визу прямо в аэропорту поставят. По указанию консула, – говорит мне служащий. – Такие прецеденты сплошь и рядом случаются, ничего необычного».

12.10. Смотрю на табло: «Самолет из Нью-Йорка приземлился в 11.42». Где же Бэттман? Сталкиваюсь с официантом, который выходит из комнаты отдыха с подносом, на котором покоятся нарезанный лимон и бутылка минералки «Перрье». «Нет, гости еще здесь. В комнате сидят, ведут переговоры». Так и есть! Бэттман решил разговаривать, «не отходя от кассы». Возникает версия, что президенты покинут VIP-сектор только ближе к вечеру, чтобы сразу поехать на пресс-конференцию.

12.20. Нет, выходят! Первыми – Фазель с Бэттманом. На главу такой солидной лиги, как НХЛ, Гари Бэттман похож меньше всего. Скорее на университетского профессора, путешествующего по миру. Круглые очки, курортные белые брюки, рубашка в мелкую клетку с засученными рукавами. Правда, за спиной большая прямоугольная сумка, в которой лежит наглаженный костюм.

– Русская пресса, мистер Бэттман!

Комиссионер улыбается и здоровается. Вручаю ему вчерашний «СС» с изображением Бэттмана. Гари изображает удивление. Говорим по дороге от VIP-зала до машины, которая занимает пару минут.

– Были раньше в Москве?

– Нет, я здесь впервые. Но если вы спросите про мою культурную программу, то я отвечу, что на Красную площадь или в Мавзолей не пойду. У меня рабочий визит, который занимает только один день.

– А потом вы летите в Прагу – разговаривать с руководителями экстралиги?

– Нет, в мои планы это не входит.

– Помощник Билл Дэйли прилетел с вами?

– Остался в Нью-Йорке. Дэйли очень занят, сейчас в НХЛ идет активная работа на рынке свободных агентов.

Бэттман с сопровождающими выходит из распахнувшихся дверей «Шереметьева-2» и видит, как к порогу подкатывают черные как смоль представительский «Крайслер» и джип «Форд Эксплорер». «Специально для американского гостя – американские машины», – пытается шутить Стеблин. Три президента садятся в автомобили с дипломатическими номерами и отправляются в гостиницу «Шератон Палас», где пройдет главный раунд переговоров.