ЭКСКЛЮЗИВ
Бонусы букмекеров
ХОККЕЙ. ТРАГЕДИЯ
В воскресенье рано утром в Иркутске разбился аэробус А-310, прилетевший из Москвы. У самолета после посадки отказали тормоза. Он выкатил за пределы взлетно-посадочной полосы, пробил ограждения, врезался в стоящие рядом гаражи и загорелся. Среди пассажиров, севших в ночь с субботы на воскресенье на борт лайнера в аэропорту «Домодедово», был недавно назначенный генеральный директор московского «Спартака» Вадим Мельков.
Даже в кошмарном сне мне не могло привидеться, что придется писать о «Спартаке» по такому страшному поводу. Журналисту полагается быть беспристрастным, но я никогда не скрывал, что с малых лет болею за эту команду. А потому с радостью рассказывал весь последний месяц о переменах в клубе. О том, что удалось спасти «Спартак» от гибели, сохранить тренерский штаб. О том, что красно-белые остались в суперлиге и в команде появились первые новички. Одним словом, о том, что в сотрясаемом стрессами и революциями клубе установилась наконец хоть хрупкая, но стабильность. И связывали ее не в последнюю очередь с личностью нового гендиректора.
Уже в воскресенье вечером стало известно, что в списке пассажиров А-310 значится Вадим Мельков. Сразу же закрались подозрения: не такие уж распространенные имя и фамилию носит гендиректор «Спартака». Мобильный телефон Мелькова оказался выключенным. Вскоре самые худшие опасения подтвердил один из друзей Мелькова. Новый руководитель клуба по личным делам собирался в Иркутск и был на борту злополучного лайнера. И все же верить не хотелось. В понедельник мне то и дело казалось, что вот-вот раздастся телефонный звонок и я услышу интеллигентный голос Мелькова, с которым у меня сложились хорошие рабочие отношения: «Дмитрий, слухи о моей смерти сильно преувеличены»...
Несколько звонков на «горячую линию» в Иркутск оставляли призрачную надежду: ни в одном из имеющихся списков пострадавших Мельков не значится. Судя по многочисленным сообщениям СМИ, выжить удалось тем пассажирам, которые сидели в конце салона. А Мельков, как удалось выяснить, занимал место 28 Д. В самой середине. Однако самолет на этот рейс в срочном порядке заменили, посадочные талоны оказались недействительны, и пассажиров сажали на свободные места. Опознание тел, которое началось в понедельник утром, продолжится и сегодня, поскольку это скорбное дело не делается быстро. На момент подписания номера в печать фамилии Мелькова не было ни в числе погибших и уже опознанных пассажиров, ни в числе выживших и доставленных в больницы. В Иркутск вылетели отец, жена и личный охранник Вадима Мелькова. К 19.00 по московскому времени им так и не удалось ни обнаружить его в больницах среди живых, ни опознать тело.
Сказать, что руководство и болельщики клуба находятся в шоковом состоянии — не сказать ничего. Главный тренер «Спартака» Валерий Брагин, которому трагическую новость сообщил автор этих строк, в первые несколько секунд не мог вымолвить ни слова. Вслед за болью от утраты возникает вопрос: что теперь делать? После того как в «Спартаке» сменились владельцы, Мельков был единственным связующим звеном между ними и клубом. Лично решал все организационные вопросы. В нашем последнем разговоре, примерно за неделю до трагедии, гендиректор обещал, что в скором времени юридическая процедура продажи клуба завершится. И он сможет сказать, кто же все-таки стал новым владельцем «Спартака». Весь понедельник в клубе ждали известий о гендиректоре. И не дождались…
Красно-белых в последние годы преследует какой-то злой рок. Осенью 1992 года в Уфе застрелили нападающего «Спартака» Сергея Бушмелева. Через четыре года, зимой 1996-го, при так и невыясненных обстоятельствах был зарезан в своей квартире форвард красно-белых Дмитрий Рожков. Спустя еще четыре года, в августе 2000 года, в автокатастрофе погиб хоккеист «Спартака» Максим Степанов. Правда, он к тому времени ушел в «Крылья Советов». Но ни одного матча за сетунцев так и не сыграл. И совсем недавно, в 2004 году, перейдя в «Спартак» из «Амура», был зверски убит около своего дома Анатолий Устюгов. И вот — новый удар по клубу...