Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВХОККЕЙ
С самого начала возникли сомнения, удастся ли разыскать людей, которым посчастливилось видеть матчи первого чемпионата страны. Ведь самым молодым из болельщиков сейчас должно быть под восемьдесят. Живы ли, помнят ли? Оказалось, помнят. И хоккей, и все, что его окружало. И рассказать готовы. Вот они, первые хоккейные болельщики, да простят нас фанаты всех остальных московских клубов, поклонники «Спартака»: Олег Святославович Несмелов и Дмитрий Александрович Акимов.
Со времени первого чемпионата прошло ровно 60 лет. Вполне простительно, что болельщики-ветераны не помнят, какие команды встречались в первом матче, который им довелось увидеть. Но вот фамилии кумиров они не забудут никогда. И не только фамилии, но и позиции, на которых эти кумиры играли.
— Как вы узнали о том, что появилась игра под названием канадский хоккей?
О.Н.: – В войну я был в эвакуации в Кизляре. В 1944-м меня,12-летнего парня, мама привезла обратно в Москву. Гоняли вечером в русский хоккей. Клюшки делали из дерева, крюки из камышей… У нас в квартире висело радио, по нему я и услышал о том, что появился новый вид спорта, соревнования по нему проходят на стадионе «Динамо». Собрались с друзьями во дворе и решили съездить на очередной матч. Единственной площадкой был в то время каток Малого стадиона «Динамо». Никакого телевизора не было. Натягивали валенки, ушанки поглубже на голову, пальто, фуфайки, свитера и шли на хоккей.
Д.А.: – Ну, а мне еще в 45-м году рассказал о хоккее друг, которого, к сожалению, уже нет в живых. Он увидел эту игру еще до войны в Прибалтике.
— Кто играл в первом матче, на который вы попали?
О.Н.: – По-моему, «Спартак» и ЦСКА. Сейчас уже и не вспомню. Но вот игроков наших помню отлично: Зикмунд, Сеглин, Новиков…
— Народ быстро освоился с правилами канадского хоккея?
О.Н.: — Русский-то хоккей знали все. Конечно, в диковинку были и бортики вокруг площадки, и размеры ворот, и амуниция игроков. Представляете, обычные скамейки боком переворачивали и получались борта. Привыкли быстро, потому что игра оказалась очень интересной. На поле выходили все те, кого мы прекрасно знали по футболу, по тому же русскому хоккею. Мастера были такие, что мгновенно приспособились: повадки и техника-то были потрясающие. Артисты! Знали всех в лицо, потому что никаких фамилий на спинах, никаких дикторов тогда и в помине не было. А было всем хорошо известное табло, цифры на котором переворачивали вручную.
— Как выглядели игроки и судьи?
О.Н.: – Примитив полнейший. А что вы хотите? Война только закончилась, не до шика было. Игроки в основном пользовались старыми футбольными и бендийными доспехами. Шлемы надевали для конькобежцев, никаких масок… Судья, по-моему, был один, переквалифицировавшийся из русского хоккея.
— Какой была атмосфера на трибунах?
О.Н.: — Очень теплой. И не только из-за согревающих напитков. Представьте, мороз под 25, народу — море. Мы болели за разные команды, но никаких драк не возникало. Да, подначивали друг друга, конечно, но как-то беззлобно. Много было на хоккее фронтовиков, война-то совсем недавно закончилась. А вообще – полно народу, самого разного. В валенках, телогрейках, ушанках – как мы. Одна семья, в общем.
— А кричалки были какие-нибудь?
— Нет… Просто «гудели», аплодировали, шумели... А вот когда сын Сталина стал «хулиганить», грабя все команды и забирая у них лучших игроков в свои ВВС, то мы кричали: «Изменники, перебежчики!» Но похабщины никакой отродясь не было.
— После увиденного сами на коньки не встали?
О.Н.: – Профессионально – нет. Но во дворах гоняли шайбу до луны. Придешь из школы, портфель кинешь, на ходу кусок хлеба с сахаром съешь и вперед, во двор. Жили бедно, но интересно.
— До сих пор люди на трибунах предпочитают согреваться народными средствами. Как тогда смотрели на это стражи порядка?
Д.А.: — Да никак! Никаких осмотров-досмотров, как сейчас. Многие и разогретые приходили. Помню, по трибунам разносили подогретое красное вино. Разливали его желающим из чайников.
— А откуда у вас любовь к «Спартаку»?
О.Н.: – В 1939-м мама за хорошее поведение повела меня на футбол. Мне было семь лет. Играли «Спартак» и «Динамо» (Ленинград). За кого болеть? А раньше как объявляли Состав: «Орденоносец Старостин, орденоносец Акимов…» Запомнилось мне, тем более что «Спартак» выиграл. Вот и стал болеть… Когда забрали в армию, отправили служить на Украину. Вот я там с ними ругался! Все военные болели за ЦСКА, лишь один я — за «Спартак». А украинцы вообще ничего ни в хоккее, ни в футболе не понимают. Вот у них футболист Медвидь из «Динамо» самый лучший, и все тут! Рассказываешь им историю, объясняешь, что председатель ЦК Украины Щербицкий уже дал команду сдать Киеву пять матчей, а они заладили: «Кыев, Кыев!»
— В те времена болельщики часто пытались пройти на стадион без билета…
Д.А.: — Это точно. Перелезали через забор. Конный милиционер увидит нас издалека и пришпорит лошадь. Я вас, мол… Да еще плеткой размахивает. Но мы знали, что все это только для вида. На территорию прошли, теперь надо и на стадион. А билетов нет. Сговоримся, соберемся кучей, человек двадцать – и напролом, прямо на контролеров. Места были стоячие, так что никто никого не прогонял.
Ну а с 48-го года мне и моему другу подфартило некоторое время походить на хоккей бесплатно. По личному указанию Василия Сталина. Началось с того, что мы с другом украли у него мяч. На Бауманской, где тогда располагалась спортивная база Московского военного округа, шла тренировка, в которой принимал участие Сталин. Мы с другом об этом не знали, решили потихоньку унести отскочивший в нашу сторону мяч. Сталин заметил, послал за нами адъютанта. «Что ж вы, ребята?» — «Да у нас мяча нет». Ну а кончилось все тем, что нас даже накормили. Сталин спросил: «На хоккей-то ходите, ребята?» — «Ходим». — «А болеете за кого»? — «За «Спартак». И он дал распоряжение на «Динамо», где проходили матчи, пускать нас бесплатно.
О.Н.: — А вообще-то билет не так дорого и стоил, не помню уж сколько, но примерно как полбуханки хлеба. Так что карманных денег на хоккей вполне хватало…
Вот помню случай. Приезжает ВВС на стадион играть. Тут же Василий Сталин подкатывает на черном здоровенном лимузине с прыгающим зверем на капоте. Смотрю, а у него в кабине лежит маузер деревянный. Он его бросает, кепку снимает, надевает папаху и на меня. По плечу похлопал, выхватил чемоданчик с формой у игрока и вручил мне, чтобы я донес до раздевалки. Да-а-а, — вздыхает… — Вот были времена.