«В Питере меня уже похоронили». Питерский арбитр Юрий Цыплаков, угодивший в реанимацию прямо с площадки, мечтает вернуться в большой хоккей

ХОККЕЙ
ВСТРЕЧА ДЛЯ ВАС

 В конце марта хоккейную Россию потрясла драма главного арбитра Юрия Цыплакова. В четвертьфинальном матче плей-офф «Локомотив» – «Авангард» после столкновения с форвардом железнодорожников Григорием Шафигулиным питерский судья попал в реанимацию и только чудом остался жив. Корреспонденты «Советского спорта» встретились с семьей Цыплаковых в Петербурге, куда Юрий вернулся после трехнедельного пребывания в ярославской больнице.

ПОХУДЕЛ НА 12 КИЛОГРАММОВ

Цыплаковы живут на окраине Петербурга в недавно построенной девятиэтажке, всего в 20 метрах от уникального Юнтоловского заповедника. Дверь открывает сам хозяин, которого на праздники отпустили из больницы домой. Юрий явно не производит впечатления человека, еще недавно балансировавшего между жизнью и смертью. Держится бодро и даже шутит. Правда, юмор с черным оттенком.

– Пока в больнице лежал, меня, оказывается, уже похоронили, – улыбается он. – По Питеру пошел слух, что я скончался. Некоторые друзья звонят жене, мол, мы Юру твоего уже помянули. Потом мы с Настей смеялись – значит долго жить буду.

На груди у Юрия крупный пластырь (закрывает заживающее отверстие в грудине, где была установлена трубка аппарата искусственного дыхания), и во время разговора он часто трогает ткань, когда ему трудно дышать. Выглядит изрядно похудевшим.

– Пока лежал в больнице, 12 килограммов потерял, практически ничего не ел, – говорит Цыплаков.

«НА ЛЬДУ ДРУЗЕЙ НЕТ»

Российские любители хоккея хорошо знают Юрия Цыплакова. Почти десять лет он был форвардом питерского СКА, а в 1994 году играл за сборную России на чемпионате мира в Италии. Но в 1999-м нападающий закончил игровую карьеру из-за травмы. На тренировке армейцев перед матчем в Ярославле неудачно упал, в результате чего «вылетело» плечо.

Попробовал Юрий свои силы в тренерской работе, но не пошло. Однажды форвард гостил у друга на даче, к их компании присоединился бывший судья Михаил Проскуряков.

 – Может, рискнешь? – предложил он Юре взять в руки свисток. Хоккеист практически не колебался – семью надо было кормить. Позвонил главе питерского судейского корпуса Виктору Якушеву, тот пригласил Цыплакова к себе.

– Мне Юрий сразу приглянулся, с первых занятий он проявлял такие любознательность и трудолюбие, какие не у каждого встретишь, – вспоминает Якушев. – Первым экзаменом для него стало катание на коньках... без клюшки. Именно на этом элементе бывшие хоккеисты заваливаются чаще всего. Цыплаков это испытание, как и другие, выдержал с честью. Дебютировал Юрий в первенстве города, а уже через год ему доверили обслуживать матч первой лиги (играли питерский СКА-2 и ХК «Воронеж». – Прим. ред.). Уже в первом периоде арбитр по неопытности выпустил нити игры из рук, и на льду произошла серьезная драка. Помню, как в перерыве он в сердцах заявил мне: «Все, не буду больше судить!».

После матча Юрий взял свои слова обратно. Цыплаков провел немало игр на высоком уровне, судил полуфинал и финал плей-офф суперлиги и ни разу не дал повода усомниться в своем профессионализме.

– Помню, в начале судейской карьеры Виктор Васильевич меня напутствовал: ты теперь не игрок, а арбитр, а у него друзей на площадке нет, – рассказывает Цыплаков. – Я ведь со многими ребятами еще совсем недавно вместе выходил на площадку, а теперь очутился по другую сторону баррикад. С другой стороны, и некоторые знакомые игроки сейчас не здороваются, даже те, с кем играл. Но это, я считаю, нормально, с возрастом круг общения меняется…

ШАФИГУЛИН ДАЖЕ НЕ ИЗВИНИЛСЯ

…Драма развернулась во втором периоде напряженного матча «ястребов» и ярославцев, бившихся за путевку в полуфинал. К тяжелой травме Цыплакова привело столкновение с форвардом «Локомотива» Григорием Шафигулиным, который не заметил прижавшегося к бортику судьи и на полном ходу врезался плечом в грудь арбитра.

– Я думаю, что это был чисто игровой эпизод, – прокомментировал ситуацию инспектор матча Якушев, который находился недалеко от места событий. – Шафигулин катился вдоль борта, а Цыплаков прислонился к борту в углу площадки, надеясь пропустить игрока. Но Григорий, боровшийся с соперником, судью не видел. Юра пытался уйти от столкновения, даже руку на бортик положил, но Шафигулина, видимо, кто-то задел плечом, и контакт произошел. В голове не укладывается, что он привел к таким страшным последствиям.

А у жены Юрия не укладывается в голове, что за все это время нападающий «Локомотива» не позвонил и не извинился.

– Мы знаем, как сильно переживал вратарь Максим Соколов, после того как случайно повредил глаз игроку СКА (Андрею Евстафьеву. – Прим. ред.), – говорит Анастасия Цыплакова. – Максим понимал, что это была производственная травма, но все равно терзал себя. У меня такое впечатление, что раз игрок «Локомотива» молчит, значит, чувствует свою вину. Более того, я считаю, что он мог уйти от этого столкновения. Женскую интуицию не обманешь…

Сам Юрий Цыплаков к эпизоду относится философски:

– Сознательными были действия Шафигулина или нет, не знаю, – говорит он. – На днях следователь прокуратуры поинтересовался моим мнением на этот счет. Я ответил, что это был игровой эпизод, у меня претензий к Шафигулину нет, и в итоге уголовное дело было закрыто.

КУДА ИСЧЕЗЛИ ЦЕПОЧКА И КРЕСТИК?

Юрий крещеный, до последнего времени носил цепочку с крестиком. А незадолго до злополучного матча в Ярославле потерял. В начале февраля судил матч в Хабаровске между местным «Амуром» и… ярославским «Локомотивом», после которого цепочка и крестик куда-то исчезли. Случайность или знак свыше?

– Не знаю, – говорит Цыплаков. – В приметы я не верю, но то, что произошло в ярославском Дворце спорта, иначе как мистикой сложно назвать. Ведь в истории хоккея подобных случаев не было. Удар Шафигулина был несильным, но игрок, видимо, попал в какую-то уязвимую точку на груди. В итоге артерия надорвалась, и началось кровотечение. Боль ощущал, но терпеть можно было. Доработал до конца периода, сам зашел в раздевалку, а когда присел на скамейку, почувствовал себя плохо.

Позже, уже в реанимации больницы имени Соловьева, выяснилось, что у арбитра произошел разрыв внутренней грудной артерии. Кровопотеря составила около пяти литров. Но до этого арбитра доставили в травмпункт больницы имени Семашко, где сделали рентгенограмму и, не обнаружив никаких повреждений, сочли травму ушибом. И разрешили Цыплакову вернуться назад, во Дворец спорта.

– Хорошо, телефон мобильный был. Позвонил администратору «Локомотива» Владимиру Пискунову. Доехали до базы «Локомотива», там мне совсем плохо стало. В холодный пот бросило, чувствую – слабею, – вспоминает Юрий.

Арбитра срочно отправили в больницу, где были сделаны сложная полостная операция и переливание крови. Два дня пролежал без сознания. Как говорит Цыплаков, за три недели в него влили столько же лекарств, сколько за всю жизнь.

– Врачи говорят, что мне помогли выкарабкаться хорошее здоровье и отсутствие вредных привычек. Сейчас чувствую себя лучше, но грудина еще беспокоит. Врачи считают, что само лечение будет продолжаться от полугода до года. Не буду загадывать, но уже в следующем году хочу снова судить, – Цыплаков лукаво улыбается.

ЗАГАДОЧНАЯ ЭСЭМЭСКА

О трагедии, произошедшей с мужем, Настя узнала дома, в Петербурге. Она смотрела матч по телевизору. Увидев столкновение, поначалу не придала ему особого значения. Но, после того как муж не вышел судить в третьем периоде, забеспокоилась. К тому же Юрин друг позвонил и сказал, что случилось что-то нехорошее.

– Позвонила Юре – у него трубка отключена. Но он во время игры всегда ее выключает. А ночью с телефона мужа пришла эсэмэска, в которой было написано: «У меня все нормально» (сам арбитр говорит, что не помнит, как ее писал, да и сам он к тому времени находился в больнице на операционном столе). Я немного успокоилась, но все равно не могла заснуть до четырех утра. О том, что с Юрой произошла беда, узнала рано утром, когда позвонил Виктор Якушев. Он же заказал гостиницу в Ярославле, куда я прибыла на поезде на следующий день.

Анастасия производит впечатление уверенной в себе и даже решительной женщины, но, когда вспоминает те дни, украдкой смахивает слезы, а голос ее дрожит:

– Когда увидела Юру в первый раз, всего в бинтах, с капельницами и аппаратами, думала, что сердце остановится (врачи ярославской больницы говорят, что в этот момент Настя потеряла сознание. – Прим. ред.).

ДЕВЯТАЯ РОТА

Положительных эмоций не добавляла и обстановка, в которой приходилось лежать Цыплакову. Как едко написала одна из ярославских газет, в больнице впору было снимать кино про подвиг Николая Пирогова, спасавшего солдат во времена осады Севастополя 1854–1855 годов. Гирлянды проводов, свисающих с потолка, опадающая краска на стенах и небольшой участок коридора, отгороженный от остальной его части несколькими большими простынями. На них с помощью фломастера кто-то к надписи «9 РО» (9-е реанимационное отделение) остроумно добавил две буквы «ТА». Если Юрий находился в отдельной палате, то большинство больных лежали в коридоре – не хватало мест…

А вот врачи были просто золотые. Они сделали все возможное, чтобы Юрий как можно быстрее поднялся с кровати и начал ходить. От хоккейного клуба «Локомотив» был врач, курировавший все лечение и докладывавший о здоровье Цыплакова в ФХР и генеральному менеджеру ярославской команды Юрию Лукину.

За арбитра переживала, наверное, вся хоккейная Россия. Звонили родственники и друзья со всех концов страны. 4 апреля, в свой день рождения, Юрий получил около 70 SMS-сообщений. Позвонил со словами поддержки президент ФХР Владислав Третьяк. Болельщики СКА и «Локомотива» присылали десятки сообщений с пожеланиями скорейшего выздоровления прямо в палату к Цыплакову.

Помогали кто чем мог. Судьи из Уфы передали бочонок башкирского меда. Хороший знакомый Юрия, футбольный арбитр Николай Иванов, прислал через знакомых икры (она повышает уровень гемоглобина). Голкипер СКА Максим Соколов заказал молебен «за здравие» в одном из питерских храмов. Друг Юрия Михаил Лактионов помог устроиться в больницу и нашел дорогостоящее лекарство, останавливающее распространение инфекции…

«МЕНЯ ПОДКУПИЛА В НЕМ НАДЕЖНОСТЬ»

Но что бы он делал без Насти... Женаты они почти десять лет. Расхожую истину «Браки заключаются на небесах» можно спокойно отнести к Юрию и Анастасии Цыплаковым. В детстве будущие супруги жили в поселке Песочном (пригороде Питера) и даже ходили в один садик, но в разные группы – Настя на год младше мужа. Позже почти в одно время переехали в один район города и жили на расстоянии двух остановок друг от друга. А познакомились случайно. Настя дружила с женой Юриного друга Димы Цветкова. В гостях у товарища они и встретились. Юрий пригласил знакомую на хоккей...

– Когда познакомились, поняла, что Юра – это тот мужчина, который мне нужен, – говорит Настя. – Были в нем качества, которые сразу подкупали, – искренность и надежность.

За свою карьеру хоккеиста Юрий, по его признанию, больших денег не заработал. В 90-е годы хоккеистам платили намного меньше, чем сейчас. Да и у судей по меркам игроков гонорары копеечные. А когда происходит трагедия, подобная ярославской, арбитры остаются незащищенными. Чтобы этого не было, считает Цыплаков, необходимо создать фонд помощи судьям и игрокам, получившим травму. Совсем недавно подобный проект предлагал президент «Авангарда» Константин Потапов.

P.S. Семья Цыплаковых выражает благодарность за помощь ФХР, руководству ярославского «Локомотива», коллективу всего реанимационного отделения больницы имени Соловьева города Ярославля, ярославским арбитрам и лично Вячеславу Курочкину и его супруге Елене, а также всем друзьям и знакомым, кто помог в этой непростой жизненной ситуации.