Русский хоккеист бежал в США прямо с чемпионата мира. Звезда устала жить в нищете

Российские хоккеисты уже много лет составляют немалую долю в числе главных звёзд НХЛ, а воспитанники наших академий с юных лет мечтают пробиться в сильнейшую лигу мира - и для того, чтобы закрепиться за океаном, готовы предпринять не одну и не две попытки.

Однако так, разумеется, было не всегда. Зарубежные клубы интересовались русскими талантами ещё несколько десятилетий назад, но путь в Штаты большинству советских граждан был заказан. Ситуация изменилась лишь в 90-х - вскоре после того, как окно в Америку прорубил Александр Могильный.

Знаменитый нападающий бежал в США прямо с чемпионата мира. 

Могильный считался одним из самых одарённых хоккеистов своего поколения в СССР. Александр начал выступать на высшем уровне в 1986 году, когда ему было всего 17 лет. Уже в дебютном сезоне нападающий завоевал с ЦСКА чемпионский титул, набрав солидные 16 очков в 28 матчах, и получил заслуженный вызов в сборную.

На международной арене игрок раскрылся моментально. Могильного признали лучшим бомбардиром и ассистентом, а следовательно - и лучшим нападающим МЧМ-1988, по итогам которого советская  команда заполучила серебряные медали. В том же году Александр отправился на Олимпиаду уже в составе взрослой сборной - и взял золото. 

В ЦСКА же к тому времени тренеры сформировали убойную молодую тройку из Фёдорова, Буре и Могильного, проявившую себя на следующем МЧМ. Вместе в 7 матчах нападающие наколотили 38 очков, принеся команде первый приз. Так, уже к 20 годам Александр завоевал практически все доступные ему награды - оставалось лишь победить на чемпионате мира, который в 1989 году проходил в Швеции.

Однако молодой форвард уже тогда ставил перед собой более высокие задачи. Добившись всего в СССР, Александр мечтал попробовать себя за рубежом - в заоблачной НХЛ, победа в которой ценилась больше олимпийского золота. К тому же на родине талант игрока, по его собственным убеждениям, не получал достаточного признания: 

- По советским меркам, у меня всё было нормально. Но мне хотелось большего. Я видел, какое здесь отношение к старшим товарищам, понимал, что со мной будет, когда дойду до этого возраста. Заканчивая карьеру, они оставались ни с чем. Меня это не устраивало. Я был натуральный нищий! Олимпийским чемпионом, чемпионом мира, трёхкратным чемпионом СССР. При этом не имел даже метра жилья. Кому нужна такая жизнь? - цитирует Могильного «Спорт-Экспресс». 

В США русским нападающим заинтересовались ещё в 1988 году: тогда Могильного в пятом раунде задрафтовал «Баффало». Скаут американского клуба передал нашёл способ передать игроку свои контакты - стороны поддерживали связь, а Александр вынашивал план побега. 

Чемпионат мира в Стокгольме предоставил хоккеисту отличную возможность. Советская сборная победила на турнире в очередной раз, не встретив особенного сопротивления: в финале с разгромным счётом были биты хозяева соревнований (5:1). Улетать на родину команда должна была через пару дней, а пока игроки могли отдохнуть и посмотреть город - этой-то передышкой и воспользовался Могильный.  

Улучив свободную минуту, новоиспечённый чемпион мира связался с главным скаутом «Баффало» Доном Люсом. Уже через день представитель клуба вместе с его генеральным менеджером прилетели в шведскую столицу, чтобы лично помочь спортсмену. Пока Александр прятался от команды, американцы занялись подготовкой нужных для переезда документов. 

Нападающего в команде хватились только в ночь перед вылетом. Советская сторона подключила спецслужбы и начала разыскивать Могильного, в то время как сам хоккеист вместе с новыми партнёрами кочевал из отеля в отель, чтобы не дать себя выследить. Американцы во время всего этого предприятия волновались ужасно, тогда как игрок, по воспоминаниям Люса, проявлял фантастическую невозмутимость: он знал свою цель и уверенно шёл к ней. Тем же вечером Александр получил визу и, не успев даже предупредить родителей, улетел в США. 

Советским хоккеистам пришлось возвращаться в страну без одной из главных звёзд. Разумеется, власти пропажи Могильного не оценили: за скандалом последовали бесконечные расследования и допросы. Уже скоро в СССР игрока превратили в изгоя. Александра травили в прессе, его осуждали бывшие партнёры по сборной, а суд признал спортсмена дезертиром. Нападающему грозил реальный срок за измену родине, поскольку он, как и любой игрок армейского клуба, считался военнослужащим. В холле дворца ЦСКА на портрете Могильного так и написали: «предатель». 

Впрочем, Александра всё это уже волновало мало. Возвращаться в Союз спортсмен не планировал: в День Победы он подал заявку на получение в США политического убежища, чтобы как можно скорее получить право на работу в стране. После этого «Баффало» заключил с Могильным контракт на 180 тыс долларов в год: сумма небольшая по меркам НХЛ, но фантастическая - для самого хоккеиста.  

Уже в первом сезоне Могильный набрал внушительные 43 очка - после этого его заокеанская карьера шла только в гору. «Регулярку»-1992/93 он закончил с невероятным показателем в 76 голов, став лучшим снайпером кампании вместе с Теему Селянне, и во второй раз получил право на участие в матче звёзд. Проведя 6 сезонов в «Баффало», он переехал на пять лет в «Ванкувер», а затем весной 2000 года удачно перебрался в «Нью-Джерси». Спустя всего несколько месяцев он исполнил с «Девилз» свою мечту, завоевав свой самый ценный трофей - Кубок Стэнли. 

- Мне повезло играть со многими великими игроками. Но Алекс был лучшим. Это самый быстрый игрок, которого я видел в своей жизни. Феноменальный талант, который умел на льду все, - рассказывал позже о Могильном знаменитый Пэт Лафонтейн.  

В то же время к Могильному, заработавшему в США статус живой легенды, изменилось отношение и на родине. Уголовное дело против хоккеиста было закрыто ещё в 1994, а в 1996 его даже пригласили сыграть за сборную страны на Кубке мира: Россия выиграла на турнире бронзовые медали. По завершении карьеры Александр оказался востребованным на родине: среди прочего, он успел поработать в КХЛ с «Адмиралом» и «Амуром», в котором сейчас числится почётным президентом. В глазах некоторых болельщиков, тем не менее, американский «перебежчик» и сейчас остаётся фигурой спорной - но сам хоккеист о своём скандальном решении, похоже, не жалел никогда.