Форвард «Нэшвилла» Сергей Костицын: Виделся с Салеем за неделю до трагедии

Сергей Костицын может помочь «Нэшвиллу» забыть о тоске по Радулову, который никак не вернется в НХЛ. «Советский спорт» взял интервью у белорусского форварда, ставшего лидером атак клуба из столицы кантри-музыки.

Когда Сергей Костицын играл в «Монреале», то не мог проявить себя. Его ставили в четвертое звено, отправляли в фарм-клуб, воспитывали изо всех сил… Толку не было. Но Костицын раскрылся, как только его обменяли в «Нэшвилл». 77 матчей – 50 (23+27) очков! Конечно, «хищники» предложили форварду первого звена новый контракт на $2,5 млн.

– Сергей, вы избежали арбитража и заключили договор на один год. Так хотели остаться в «Нэшвилле»? – начинаю разговор с Костицыным после тренировки.

– Да, такое желание было. Как только мой агент договорился с клубом, я сразу же подписал контракт. Конечно, хотелось получить договор на несколько лет. Но ничего страшного. Через год снова проведем переговоры.

– В прошлом сезоне вы прорыв совершили!

– Тут надо на игру команды смотреть. «Нэшвилл» вышел во второй раунд Кубка Стэнли, я в этом помог. Для меня это успех. Я даже цели перед собой в этом сезоне не ставлю – забить столько-то голов. Важнее, сколько побед одержат «хищники».

– Трудно играть в команде, в которой никто не говорит по-русски?

– Нормально. Я два года играл в юниорской лиге. Там тоже не было наших. Привык уже. Здесь появились товарищи. Больше всего общаюсь в команде с чехом Мартином Эратом. Мы и живем недалеко друг от друга, и на выездах в прошлом сезоне нас селили вместе. Но теперь Эрат провел в НХЛ более 600 игр. По закону лиги ему полагается номер на одного. Я пока не знаю, кто станет моим новым соседом.

– Сейчас все гадают, когда вернется Кросби. НХЛ ужесточает правила. Вы согласны с тем, что нужно сурово карать тех, кто толкает соперника в спину и голову?

– Абсолютно. Наказывать нужно строже. Есть парни, которые, кажется, и на лед-то выходят для того, чтобы искалечить соперников. С этим нужно бороться.

– Вы с братом Андреем Костицыным сами выбирали себе номера?

– Нет. Когда Андрей пришел в «Монреаль», ему дали 46‑й номер. А когда в состав «Канадиенс» попал я, то получил 47‑й. Тогда я еще не закрепился в основе, продолжал играть в юниорской лиге. Тем временем «Монреаль» подписал тафгая, и он взял 47‑й. Позже мне просто поменяли цифры, вот и получилось 74. Эту цифру я сохранил и в «Нэшвилле».

– Заключаете пари с братом, кто больше забьет?

– Если честно, мы даже не разговариваем о хоккее.

– Мало общаетесь?

– Созваниваемся каждый день.

– А телевизор?

– Смотрю хоккей, только когда играет брат. А так – нет. Если будет трансляция, скорее выберу теннис.

– Знаю, что вы прилетали в Минск на похороны Руслана Салея. Гибель «Локомотива» в авиакатастрофе потрясла весь мир…

– Да, я очень хорошо знал Руслана. А Сергей Остапчук, который тоже был в Як-42, со мной вообще из одного города – Новополоцка… Сейчас разные мысли лезут в голову… Вспоминаю, что с Салеем мы виделись в Белоруссии буквально за неделю до трагедии.

– После этой катастрофы будет меньше игроков НХЛ, которые захотят продолжить карьеру в России?

– Думаю, что да.