Бонусы букмекеров
ЭКСКЛЮЗИВ
Наш корреспондент прогулялся вместе с Александром Семиным по Красноярску – городу его детства, в котором знаменитый форвард «Каролины» решил продолжить карьеру во время локаута. Тут выступает «Сокол» (ВХЛ), в первенстве МХЛ играют «Красноярские рыси». Здесь когда-то учился хоккею и жизни Саша Семин.
Семин – не самый большой охотник давать интервью. Да и времени нет: в четверг – тренировка на два часа, встреча с губернатором по поводу Универсиады-2019. Пятница – раскатка и первый матч за «Сокол».
– Да это не о вас репортаж будет, а о Красноярске.
Тут Саша соглашается сразу. О родном городе он готов говорить часами.
– Приезжайте в район Зеленая Роща, я там буду ждать.
Сажусь в потрепанную «Волгу», которой рулит дядя Сережа, водитель при «Соколе». Он знает Семина еще с тех пор, когда тот под стол пешком ходил.
– Сашка мелким был, попробуй поймать, – крутит баранку дядя Сережа. – Встречает его пацан 1982 года рождения, в два раза здоровее (Семин – 1984‑го. – Прим. ред.). Хочет в борт маленько приложить. А наш Санек нырк – и как мышка проскочит.
«Маленько» – любимое слово Семина. Теперь понятно, откуда это. За клуб он играет почти бесплатно. Символические по меркам хоккея 50 000 рублей в месяц. Да и те Сашка отдает ребятам, которые учатся в спортшколе, хотят дорасти до «Красноярских рысей», а потом и до «Сокола».
КАТОК. «ПАПА СНАЧАЛА НА ФИГУРКУ ОТДАЛ…»
Подъезжаем к стройке. Раньше тут был «Сокол», единственный крытый каток в Красноярске. Даже не дворец, а ангар. Недавно зимой треснула балка, когда на крышу навалило снегу. Можно было сварить, но решили перестроить стадиончик заново.
У входа припаркован двухместный матово-черный «BMW» Александра. Всегда интересно: как летать на таких тачках по русскому бездорожью?
– В машине что главное? Не скорость, а разгон! – объясняет Семин. – Когда стартуешь со светофора. Гонял я в Америке, там за 200 км/ч выжимал. А рекорд установил на президентском «Мерседесе», подаренном за чемпионат мира в Квебеке, – 220 км/ч. Он у меня в гараже в Красноярске стоит. Раньше страсть как любил автомобили. А сейчас остыл. Без толку за новыми моделями бегать, их каждый год выпускают.
Заходим на стройку.
– На этот каток я пришел в пять лет, – вспоминает Александр. – Папа отдал в фигурное катание. Помню только, сразу встал на коньки и поехал. Через пару месяцев в хоккей перешел. Отец сточил зубцы на «фигурках» – и вперед...
– Ни фига не успеют, – Семин сокрушенно смотрит по сторонам. Новый каток обещали сдать к ноябрю. Но установки не завезли, льда нет, борта не смонтированы.
– Кто у вас был первый тренер?
– Сергей Михайлович Фролов. Царство ему небесное. Он травму получил, когда еще сам играл. Шайба пробила грудину. Вовремя не вылечили, рука начала отниматься… Я тогда уже в Челябинск уехал.
– Санька за три года рождения выступал – с 1982 по 1984‑й, – вставляет дядя Сережа. – По своему возрасту – лидер бесспорный. Но команда в Красноярске так себе играла, в первой лиге. Такой талантище держать здесь нет смысла. Вот пацаны и уезжали. Сначала Макс Галанов перебрался в «Ладу», потом Сашка – в Тюмень, затем в Челябинск…
– Едем в школу? – предлагает Семин. – Я в 141‑й учился.
– Чье имя носит?
– Вы что? Здесь нет такого.
–Помню, его команда ездила в Финляндию и маленько побесилась там, – дядя Сережа рулит через рынок, мимо машин с картошкой и арбузных развалов. – Не знаю, Саша ли, но кто-то сломал койку. Финны заставили тренера ее купить. И он потом эту кровать тащил на себе в Сибирь. Не выкидывать же добро…
Красноярск любит два вида хоккея. С шайбой – Семин учился напротив «Сокола», туда за пять минут добирался. А с мячом – на правом берегу реки. Кто отпустит ребенка в такую даль? Поэтому Сашка выбрал шайбу. А жил бы возле гостиницы «Красноярск» – глядишь, играл бы сейчас за «Енисей».
Красноярск любит два вида хоккея. С шайбой – Семин учился напротив «Сокола», туда за пять минут добирался. А с мячом – на правом берегу реки. Кто отпустит ребенка в такую даль? Поэтому Сашка выбрал шайбу. А жил бы возле гостиницы «Красноярск» – глядишь, играл бы сейчас за «Енисей».
– У нас в МХЛ «Красноярские рыси» играют, есть с кого брать пример, – заруливаем к школьному двору. – Однажды «Сокол» приезжал на матч в Подгорный, закрытый городок под Железногорском. У них команда «Факел» сильная, шла на первое место в первенстве края. Чтобы стать чемпионами, хозяева могли проиграть даже 0:10. Но не больше.
Приезжаем – их тренер уже себе шампанское закупил. А после игры счет 11:0. В нашу пользу! Семин играл в тройке с Женькой Исаковым (теперь тоже выступает за «Сокол») и Сашкой Фроловым, сыном тренера Фролова. Не тот Фролов, который сейчас в «Авангарде», – другой.
– Это в каком году случилось?
– В 1996‑м. Пацанам по 12 лет. Семин больше всех накидал шайб. Но и передачи раздавал. Ему отец в детстве говорил: «Забил гол – шоколадка тебе. Дал голевой пас – две». Поэтому Сашка никогда не жадничал.
– Откуда дядя Сережа это берет? – удивлялся потом Александр. – Или я уже все забыл? Кровать, кажется, в Питере сломали, на «Золотой шайбе». А шоколад мне в детстве за хоккей не давали. Отец подбадривал тем, что обещал клюшки.
ШКОЛА. «ИДЕТ СЕМИН, ЖВАЧКУ ЖУЕТ…»
Средняя общеобразовательная школа №141 на улице Воронова, 18г. У нее даже гимн есть: «…Сколько дел себе по душе найдешь, уму-разуму здесь научишься. Если в школу к нам ты хоть раз зайдешь, никогда, поверь, не соскучишься».
– Вот тут я учился, – смотрит Семин на трехэтажку. – Точнее сказать, прогуливал. Потому что много играл в хоккей. Но были предметы, которые нравились. Кроме физкультуры, это математика и маленько география. Остальное списывал.
Ничего не изменилось! – Саша заходит на школьный двор с другом Сергеем Шипко, с которым вместе занимался в секции. – Помнишь, сюда на машине приезжали в девятом классе, когда у меня еще прав не было?
Внутрь Семин заходить стесняется: «Давно тут не появлялся. И встречу выпускников пропустил. Молод еще…»
Но все-таки уговариваю. И при входе Александра Семина, дважды чемпиона мира и звезду НХЛ, тормозит серьезного вида охранница: «Куда вы пошли-то? Сюда нельзя!» И уборщица подсказывает, шуруя шваброй по кафелю: «Документы у него проверь!»
– Нету у меня паспорта, – смеется Саша. – Кредит большой взял – и забрали.
Школьники валятся с лавок, подкидывая сменку от восторга: «Это ж Семин, вы что!»
– Какие гости к нам?! – по лестнице спускается женщина. Оказалось, Татьяна Викторовна Чопчиц, директор школы и учительница как раз математики – предмета, который так нравился Семину.
– Как учился Саша? Он много уезжал на сборы, – вспоминает педагог. – А когда являлся на уроки, то садился на последнюю парту. Но настырным был. Сразу подходил: «Когда заниматься? Что мне подготовить?»
Однажды на выпускном вечере его поругала. Помнишь, Саша? Все нарядные-красивые стоят, а Семина нет. И тут идет по коридору, жвачку жует. «Выплюнь немедленно!»
Александр смотрит на школьное расписание – и глаза на лоб: «Восемь уроков? В наше время такого не было никогда!» – «У нас по шесть. Это уже вторая смена», – объясняет директор.
– Сейчас Саша играет за «Сокол»…
– Неужели не знаю?! – всплескивает руками Татьяна Викторовна. – Я же все новости слушаю о наших учениках. Заходи в гости, Александр. И, может, билетик найдется…
Семин моментально достает два билета: «Приходите на хоккей!»
МОНОЛОГ. «ПОДОБРАЛИ КЛЮШКИ – И ТИКАТЬ!»
– Это же детство мое. Как его забудешь? – глаза Семина теплеют. – Мне очень нравится дома. Здесь вообще супер! На море отдыхаю. В смысле на Красноярском водохранилище. Все лето гонял на водном мотоцикле. Играю в футбол с ребятами.
Мелким рубился в шайбу, потом ехал на хоккей с мячом. По три матча в день проводил! Стертые ладошки перчаток, любимая клюшка «Titan». Но это был жуткий дефицит. Лет в десять пошли на «Сокол», там взрослые пацаны играли. Они начали драться команда на команду, раскидали клюшки – а мы с ребятами их подбирали – и тикать.
Мама в детстве меня прощала, папа строгим был. Потому что я буйным рос. Стекла бил, двойки в дневнике. Поведение подтянул, когда уже в Тюмень уехал. Отец наказывал тем, что не пускал на улицу играть в хоккей. Заставлял дома сидеть, уроки учить.
Одно время в семье все было хорошо. Потом папу сократили на заводе – он трудился начальником отдела на КрАЗе. Ушел работать тренером в «Сокол». Тяжело жили, как и весь народ. Огурцы, помидоры, картошку выращивали, то и кушали. Раньше я всегда помогал на даче родителям, бабушке Надежде Николаевне… Ей сейчас уже 90 лет.
На что потратил первую зарплату? На мобильник, когда они только появились. Купил «Nokia» первой модели, а у меня ее в Челябинске отжали. Жил в гостинице при дворце. Там дверь в комнату мог любой открыть. Прихожу – телефона нет. И спросить не с кого…
Когда уезжаю в НХЛ, то тоскую по Красноярску. Втягиваюсь через пару недель по ходу чемпионата. Но у меня в Вашингтоне была своя маленькая Россия. Дома – русские сериалы, пельмени, наши телеканалы, музыка. Вокруг все говорят на русском. Английский язык в США можно даже не знать, если на работу не ходишь.
Перешел в «Каролину», но о Роли ничего не знаю. Нас селят в отель, который на одном хайвэе с дворцом. Никогда не заезжал в город и понятия не имею, как он выглядит.
– Какие качества не любите в людях?
– Лицемерие. Когда говорят одно, а за спиной шуршат другое. Если нужно что-то – подойдите ко мне и скажите. Прямо в глаза.
ДВОР. «МЕСТНАЯ БАНДА САШКУ УВАЖАЛА»
Несколько сот метров – и мы во дворе дома, где Семин жил с трех лет. Зимой тут заливали каток, шланги протягивали из подвала. Летом гоняли мяч на пустыре. Ворота без сетки, уже покосились…
– Вот мой подъезд, шестой угловой. Второй этаж… Как-то сиро тут стало, – вздыхает Саша. – Все переделали. Уже площадки нет, только газоны и лавки. Столпотворение машин. Раньше детский городок стоял, турники. Малыши бегали, а теперь мужики с пивом сидят.
– Обидно, досадно. Ну ладно, ладно, ладно… О, погреба остались, – Семин показывает на маленькие бункеры у забора детсада. Жители дома вырыли ямы, наложили люки с замками, хранят там продукты. Такой сибирский холодильник. – А еще голубятня. Тут какие-то деды разводили птиц, я этим не занимался.
Лучше мяч почеканить о стенку. Соревновались, кто в окошко подвала больше забьет.
– Район криминальный, – замечает Сергей Шипко. – Когда мы маленькими были, этого не замечали. Но во всех дворах свои банды. Сашку уважали как спортсмена, не трогали.
– Мы из Рощи, мы попроще, – смеется Семин, вспоминая дворовую приговорку.
Возвращаемся к машине через школьный двор. «Вон там наш класс учился, – показывает Сашка на окно. – Классной руководительницей была мама Женьки Исакова. Она и сейчас русский язык с литературой преподает.
Ох, не любили меня учителя! Может, я и понимал их предметы. Но поведение было таким, что все за голову хватались».
- Это же детство мое. Как его забудешь? – глаза Семина
теплеют. - Мне очень нравится дома. Здесь вообще супер! На море отдыхаю. В
смысле, на Красноярском водохранилище. Все лето гонял на водном мотоцикле.
Играю в футбол с ребятами. Мелким рубился в шайбу, потом ехал на хоккей с мячом. По три
матча в день проводил! Стертые ладошки перчаток, любимая клюшка «Titan». Но это
был жуткий дефицит. Лет в десять пошли на «Сокол», там взрослые пацаны играли.
Они начали драться команда на команду, раскидали клюшки – а мы с ребятами их
подбирали и тикать. Мама в детстве меня прощала, папа строгим был. Потому что я
буйным рос. Стекла бил, одни двойки в дневнике. Поведение подтянул, когда уже в
Тюмень уехал. Отец наказывал тем, что не пускал на улицу играть в хоккей. Заставлял
дома сидеть, уроки учить. Одно время в семье все было хорошо. Потом папу сократили на
заводе – он трудился начальником отдела на КрАЗе. Ушел работать тренером в
«Сокол». Тяжело жили, как и весь народ. Огурцы, помидоры, картошку выращивали,
то и кушали. Раньше я всегда помогал на даче родителям, бабушке… Ей сейчас уже
90 лет. На что потратил первую зарплату? На мобильник, когда они
только появились. Купил Nokia первой модели, а у меня ее в Челябинске отжали.
Жил в гостинице при дворце. Там дверь в комнату мог любой открыть. Прихожу –
телефона нет. И спросить не с кого… Когда уезжаю в НХЛ, то тоскую по Красноярску. Втягиваюсь
через пару недель, по ходу чемпионата. Но у меня в Вашингтоне была своя
маленькая Россия. Дома – русские сериалы, пельмени, наши телеканалы, музыка.
Вокруг все говорят на русском. Английский язык в США можно даже не знать, если
на работу не ходишь. Перешел в «Каролину», но о Роли ничего не знаю. Нас селят в
отель, который на одном хайвэе с дворцом. Никогда не заезжал в город и понятия
не имею, как он выглядит. - Какие качества не любите в людях? - Лицемерие. Когда говорят одно, а за спиной шуршат другое.
Если нужно что-то – подойдите ко мне и скажите. Прямо в глаза.