Наступить 50‑м размером. В тихом подмосковном Ступине играет свой дядя Степа, а болельщики кормят команду шоколадками

– У него 50‑й размер ноги, – сказала пресс-атташе «Капитана» Анастасия Прищепа. А я, когда пришел в себя, тут же поставил этот факт под сомнение. Где это видано, чтобы у парня, которому 17 лет исполнится только в конце декабря, была такая лапища? Дядю Степу с его сапогами 45‑го размера можно смело отправлять туда, где не найдут ни пожарные, ни милиция, ни фотографы нашей столицы. Какой там постовой Степан Степанов, какой Майкл Джордан с его 47‑м, если есть хоккеист Никита Щербак! Понятно, что, приехав в Ступино, я первым же делом нашел Никиту, рост которого, кстати, вовсе не дяди-Степин – 183 см, и сказал: «Тащи сюда коньки». Скромный Никита сбегал в раздевалку. Я поставил рядом свою ногу в ботинке 41‑го размера, сравнил и порадовался, что рядом стоит табуретка, на которую можно присесть.

– У мамы, которая серьезно занималась баскетболом, – 41‑й, у папы – 43‑й, – тихо проговорил Никита. – И про бабушек-дедушек с такой ногой не слышал. Выходит, я первый такой уникум в семье.

– Пока – в специальном баскетбольном магазине, кроссовки. Хорошо, что сейчас только они и нужны. А что буду делать, когда понадобятся классические ботинки, – ума не приложу.

– В России мы Никите коньки так и не смогли найти, – рассказала мама Никиты Евгения Михайловна. – В последний год, когда размер у него был уже 49‑й, он играл в 47‑м. Пальцы приходилось поджимать. В итоге заказали коньки в Канаде, в фирме «Бауэр». И там не поверили, что у сына 50‑й, хотя мы отправили им файл с компьютерным изображением его ноги. И сделали коньки на пол-размера меньше. Сейчас они сыну малы.

– Повезло. Когда мы искали коньки, в фирме сказали, что недавно хоккеист «Атланта» Алексей Михнов, у которого, как оказалось, тоже 50‑й, заказал себе сразу десять пар. Так получилось, что все не забрал – и несколько попало в магазин при «Атланте». Вот в них сейчас Никита и играет.

– Наверное. В позапрошлом году, например, пришлось сменить две пары коньков, потому что ступня выросла сразу на два размера.

Самый большой размер ноги, по данным всемирной Книги рекордов, – у марокканца Браина Такиула. Его стопа соответствует 58-му размеру, правда, рост – 2 м 46 см. Есть человек, который мог бы обставить марокканца, если бы захотел зарегистрироваться в Книге Гиннесса. На Украине живет великан Леонид Стадников, который при росте 2 м 55 см имеет 60‑й (!) размер обуви.

 

Когда хоккейную школу «Капитана» решили назвать именем Всеволода Боброва, на ее открытие приехала вдова великого хоккеиста и привезла в подарок клубу бутсы и коньки Всеволода Михайловича. Вместе с десятками трофеев, завоеванных школой, они теперь лежат на почетном месте. Парням из «Капитана», проходящим мимо них в раздевалку, уверен, и в голову не приходило, что их можно взять в руки. А уж померить… Ну а что невозможного? Обувь у Всеволода Михайловича крепкая, под стать хозяину. Не рассыплется, если наследник наденет. Кто? Ясное дело – лучший бомбардир.

– Я как будто к легенде прикоснулся, – не скрывает восхищения Иван Исаев, затянув шнурки на бобровских бутсах. – И по размеру подходят! Удобно. Класс. Жалко, что обратно в музей надо сдавать.

– Да, нарезочки видел. Великий мастер, что тут говорить.

– Вряд ли. И мастерства не хватит, и игра другая.

– Почему нет? У нас много ребят с хорошими руками и светлой головой. Он вроде как раз таких и чтил.

– Надеюсь. Я вообще люблю, когда меня замечают.

 

Если ты сам играешь в хоккей, а твой папа – хоккейный тренер, то понятно, о чем пойдет разговор за ужином. А если еще и твоя сестра выходит на лед с клюшкой – то и за завтраком тоже. Одно но. Семья Пироговых вместе за столом собирается очень редко. Петр, нападающий «Капитана», живет с командой на базе. А сестра Нина, играющая в местной хоккейной школе то с парнями, то с девчонками, уже вовсю колесит по стране.

Петр 1 сентября собрался, взял портфель и отправился в школу. Понятно, в вечернюю. Правда, с тех пор заходил туда всего пару раз. Времени катастрофически не хватает.

– Не знаю, как буду учиться дальше, – развел он руками. – История известная, хоккеистам помогают учителя. Может, даже и оценки в итоге нарисуют. Но мне-то хочется их заслужить… Вот и сижу на базе, уроки делаю. Хорошо, ребята помогают. Игорь Якубовский, например… Он у нас самый большой ученый.

Нине пока удается и учиться, и тренироваться, и играть. И еще есть у нее мечта – выйти на лед вместе с братом. Пока не получалось. И вообще они скромничают. Нападающий Петр говорит, что защитницу Нину на льду не пройдет. Та утверждает: «Запросто».

– Конечно, хотелось бы с братом сыграть: и в одной команде, и друг против друга. Посмотреть, как я на его уровне.

– Конечно, нет.

– Ясное дело, пора. Выступать с парнями – это классно, мастерство растет быстрее. Но и своя молодежная женская лига, мне кажется, очень нужна.

– Покаталась один день, упала, разбила коленку и ушла. В хоккее хоть на клюшку опираться можно. И наколенники опять же есть.

– Так мы все в масках, это обязательно.

– На бедро очень люблю словить.

– Многим не нравится. Почему? Не могу понять.

 

Злые у нас фанаты. То на базу к игрокам заявляются и обещают «бить в щи», то вообще сразу стреляют из пейнтбольного ружья. Ну а уж после матча встретить и сказать все, что думают, употребляя из цензурных слов только предлоги, – такими видео Интернет забит под завязку. В Ступине, наверное, тоже могли бы приложить словесно. «Капитан» пока еще ни разу даже в плей-офф МХЛ не выходил. Но не прикладывают. Даже наоборот – стараются подсластить поражения. В прямом смысле. И ведь помогает.

Самый заслуженный болельщик «Капитана» носит фамилию Печкин. Он за эту команду болеет с момента ее рождения. С первенства района, области, первой российской лиги… Сначала Владимир собирал народ, чтобы ездить на игры в Подольск (своего-то стадиона не было), потом вместе со всеми радовался новому дворцу. В котором сейчас и работает. Завхозом. Говорит, за 13 лет не пропустил ни одного домашнего матча «Капитана». 13 лет – детский еще возраст. А как родное дитя не побаловать?

– В прошлом году команда вдруг начала проигрывать один матч за другим, – вспоминал Печкин. – Я останавливал ребят и спрашивал: «Ну чего вам еще не хватает, чтобы начать побеждать?». Тогда-то и пришла мысль их взбодрить. Купил коробку этих шоколадных батончиков и принес. Один раз, второй. И знаете, начали выигрывать. Правда, через некоторое время они эти «сникерсы» уже видеть не могли. А сейчас они и не нужны. Мы далеко не на последнем месте.

Владимир, как обычно, отправился на трибуну, где новое поколение болельщиков уже развернуло баннер «ХККС УЛЬТРАС» и еще один, с портретом фаната, у которого лицо наполовину загорожено черным платком. Но почему-то показалось, что эти парни с пейнтбольными ружьями к своим не пойдут. «Капитан» уступил «Русским витязям» (1:3), а десяток, судя по плакатам, злобных и непримиримых, сидели и дожидались, пока с поля не ушел последний игрок любимой команды.

 

В среду «Автомобилист» был вынужден играть без своих легионеров: защитника Бранислава Мезея и нападающего Растислава Шпирко, которых завернули наши таможенники. Кто виноват в том, что из-за «косяка» с документами клуб, пусть и на один матч, лишился ведущих игроков?
Дмитрий НЕСТЕРОВ

Вчера в Интернете появилась еще одна версия, почему словаки просидели десять часов в аэропорту, а потом отправились на вынужденный выходной домой. Якобы у них в паспортах стояли не нормальные рабочие визы, а обычные туристические, причем для однократного въезда в Россию. Матч с «Донбассом» оказался первым гостевым заграничным поединком «Автомобилиста» в чемпионате. Из Украины уральцы вернулись в Россию, где все и обнаружилось. В результате словаков отправили домой делать себе нормальные документы. Однако клуб эту версию напрочь опроверг.

– Ничего страшного не произошло, – рассказал член попечительского совета «Автомобилиста» Вячеслав Потехин. – Не вижу смысла раздувать скандал из-за кривых печатей. Просто при выезде из Украины Мезею и Шпирко таможенники не поставили выездную печать. Все уже улажено, ребята летят в Ригу, где мы играем следующий матч.

Зачем им было возвращаться домой? Это наши заморочки. Мы же последними в КХЛ комплектовались. Поэтому поставили ребятам рабочие визы только до Нового года. А раз так вышло, у них получилось совместить приятное с полезным.

– Да, словакам могли не поставить печати на Украине, – комментирует ситуацию экс-руководитель юридической службы ХК «Спартак» Денис Шафетдинов. – Но вполне возможно, что у них стояли обычные туристические визы. Либо были рабочие, но срок их действия истек. Такое бывает, причем не только в хоккее. Был скандал во время концерта, организованном одной из радиостанций. Артисты с туристическими визами приехали явно не отдыхать. Нагрянули сотрудники УФМС и устроили всем проблемы, в том числе и звездам эстрады. В принципе и у хоккеистов могла возникнуть такая ситуация: после матча к ним пришли бы сотрудники компетентных органов, попросили предъявить документы. А потом – обязательная депортация, запрет въезда на территорию России на пять лет и штраф минимум 800 тысяч рублей для работодателя.

Интересно, все ли наши легионеры играют на легальных основаниях? В паспорт им не заглянешь, но не хотелось бы увидеть, как после матча их сажают в автозак.