Стали падающей птицей… Два года назад авиакатастрофа убила большую команду

День памяти «Локомотива» в Ярославле в этом году прошел… тихо. Горе со временем уходит в семьи. Туда, где каждый день – траур. В центре на редких улицах поминают погибших грустные мужики в шарфиках с эмблемой команды. А где-то играют свадьбы.

Но с самого утра, когда небо хмуро, родные, друзья и болельщики пришли в Успенский собор – на панихиду.

Казалось, за эти два года почти ничего не изменилось – та же боль, те же слезы. Особо это заметно по лицам мам погибших хоккеистов. Они по-прежнему стараются держаться вместе.

В полдень все перемещаются на кладбище. Могилы ребят усыпаны розами и гвоздиками. И народ все идет и идет. Цветов становится все больше и больше.

Волонтеры раздают свечи, родители смахивают с надгробий капли дождя. За тихой печальной музыкой не слышно плача, как еще год назад. Но от этого не легче. Стоит повернуться, как видишь: вот чья-то мама беззвучно рыдает в плечо супруга. Вот врач из дежурной «скорой» подошел к могиле Владимира Пискунова. А вот совсем малец несет, ручонкой закрывая от ветра, свечку к памятнику…

Люди подходят к стене, с которой смотрят улыбчивые лица ребят. Трогают фотографии и целуют руку, погладившую изображение.

– Ох, сердце заболело… – пенсионерка, вздыхая, уходит с кладбища. Но к медикам не идет – другая у нее боль, душевная.

В четвертом часу народ подтягивается к месту крушения – в Туношну. Красные гвоздики в местном магазинчике не купить.

– Да все с утра уж раскупили, милая! – продавщица предлагает взять любые другие.

Дорожку до берега, куда обычно можно проехать на авто, перегородила машина ДПС. Люди идут пешком. Те, кто впервые здесь, не заблудятся – на дороге то тут, тот там видны оторвавшиеся от букетов бутоны цветов.

Дорогу указывает и гулкий звук – в местной церкви идет поминальный звон. Звук издается откуда-то из высокой травы. Заглядываем за ограду – а там сгорбленная бабушка обычным молотком бьет в один из пяти колоколов каждую минуту. Вблизи звук, а особенно его гулкий длинный отголосок, рвет душу.

– А что делать? Это поминальный звон. Надо бить все время, до того момента, когда они упали, – говорит бабуля и снова ударяет молотком. – Вот и стою, бью. Может, сменит кто…
Никто не сменил. Свою гулкую службу старушка отстояла одна.

У мемориала тихо. Народу много. Приехала официальная делегация – первые лица области и города, именитые спортсмены (охапку цветов положили к памятной плите Владислав Третьяк и Андрей Коваленко). Ближе к страшным четырем часам прибыли болельщики. «Команде – от фан-клуба» – такой венок несли они впереди своей стройной колонны. Девчонки – зареванные, с плюшевыми мишками в руках. Парни в майках с автографами – с красными глазами, но серьезные, держатся.

Тихонько в толпе появились родители Никиты Клюкина.

– Вот вроде все держались, нормально все было. А сюда пришли – и… не могу! – у мамы Никиты брызнули из глаз слезы.

Много среди взрослых и малышни. Ребятишки спускаются к воде, а потом бегут обратно наверх – к плите, на которой лежит книга памяти. «Помним, любим, скорбим», – выводят корявыми буковками и рисуют сердечко…

И вот батюшка начинает молебен. На площадке стихают все звуки. Слышен лишь шорох подошв по песку (люди все приходят). Батюшка просит у Господа покоя и прощения душам погибших. И в этой тишине распевно читает их имена…

Но самым главным событием дня становится открытие у «Арены-2000» памятника «Хоккейное братство». Он представляет собой 37 (по количеству погибших игроков) стилизованных клюшек из полированной нержавеющей стали. Под разными ракурсами они выглядят как падающая птица или взлетающий самолет.

Народ собирается на площади задолго до официального открытия. Пришли и молодые, и пожилые, мамы с колясками, подростки. У входа на стадион играет живой оркестр. Пришедшие к памятнику ведут себя очень спокойно. Но у спортивной арены болельщики уже не могут сдержаться, и периодически молодежь начинает скандировать: «Наш бронепоезд! Локомотив!». На парнишек не цыкают – действительно ведь наш…

На большом экране видно, что происходит на площади. Время от времени камера выхватывает чьи-то лица со слезами на глазах, клубные шарфы, бейсболки, свитеры.

Волонтеры раздают настольные календари в память о команде.

Когда зачитывали список погибших, каждую фамилию болельщики сопровождали аплодисментами. Когда назвали Ивана Ткаченко, площадь просто взорвалась…

Затем в небо выпускают белых голубей. И когда наступает минута молчания, слышно: весь город затих. Тишина настолько пронзительная, что кажется: вспоминая любимую команду, люди перестали дышать.