Владислав Третьяк: Я плакал по нашему хоккею

- Игры в Сочи — это большая победа, - эмоционален Третьяк. - Не только спортивная — нашей олимпийской команды — но и жизненная. Посмотрите, сколько за семь лет было построено. Глава МОК Томас Бах, кажется, сам удивился, насколько качественно все прошлою. Большая заслуга президента Владимира Путина, что он поднял наш спорт на такой уровень. Отлично сработали и Министерства. Ведь у Виталия Мутко был контакт со всеми Федерациями, решились вопросы, спортсмены обеспечивались, арены строились. Судите сами, в Ванкувере мы почему так проиграли? Да потому что в девяностые, тяжелое время, мы многое упустили, о некоторых видах спорта забывали, а сейчас не просто вспомнили, но и дали жизнь. Да, что-то в Сочи не получилось, значит, есть куда расти.

- Честно скажу, с трудом мог предположить. И ведь выигрывали то в разных видах спорта: на эмоциях, на желании, на мастерстве.

- Так у него интересная история жизни. В Корее от него отказались, мы дали ему все возможности для возвращения, а сам Витя открыл сердце России. Ведь не проникнись он к нашей стране, может, и трех золотых бы не было. Конечно, он сейчас очень популярен.

- На Церемонии закрытия награждали лыжников. Тогда был растроган, горд — настоящие мужики. Весь пьедестал наш, три российских флага — и это на королевской дистанции. Только подумайте, пятьдесят километров пробежали - я даже представить не могу, как так можно. Богатыри, герои! Впрочем, герои и остальные медалисты, да и вся команда. Некоторые, например бобслеисты, четверка Касьянова, на тысячные доли остали от призеров. Разве они не молодцы, разве не стоит их благодарить?

- Ну, во-первых, скажу так: открытие было более величественным. Но так всегда бывает.

- Тогда хотелось не оплошать, сделать все как надо. Я бежал и не видел ничего вокруг. Только представлял, что рядом со бежит команда Тарасова, Чернышева, Боброва. Будто здесь же Хараламов, Старшинов, Михайлов — и все остальные ребята, которые помогли мне стать трехкратным олимпийским чемпионом. Зажечь огонь — огромная честь. И в моем лице это было доверено всему великому российскому хоккею.

- Я признаюсь, в ходе церемонии закрытия заплакал. По хоккею. Смотрел вокруг, понимая, что нахожусь на великолепном празднике: все такой красивое, возвышенное, люди в восторге. А хоккея нет. Мы участвуем в торжестве не так, как нужно, не так, как хотелось. Хоккей подкачал, остался без медалей. Это был очень грустный момент.

- Правильно, не было огонька. А все потому что забить не могли. Не получалось — и все тут. А разве не хотели? Хотели, конечно — иначе остались бы дома. И ведь бы были игры хорошие. Например, с США — это наш лучший матч на турнире. Жаль только, что не повезло.

- Этого не было — сто процентов. В сборной России отличная атмосфера была. Просто ребята сыграли не очень удачно — и их критикуют. Это логично. Также в Канаде «травили» Кросби, который весь турнир молчал, но в финале забил решающий гол. Сейчас он герой, а если бы канадцы проиграли? Ответ очевиден.

- С Варламовым та же история, что с Малкимным и Овечкиным. Он вытащил игру со Словаками, но об этом уже никто не помнит. Зато ругают его за поражение от финнов, где Семен чуть ошибся в эпизоде с первым голом, а в остальных шайбах его вины нет. Меня на Олимпиаде поразил другой «кипер». Финн Раск. Просто красавец — этому парню невозможно забить. Просто любуюсь его игрой, получаю удовольствие.

- Вопрос решается, но до ЧМ осталось все два месяца. Есть ли смысл чего-то менять?..

- Не было такого. Хотя мы Олега, конечно, ...видим в перспективе.

- Нужно садиться за стол переговоров с КХЛ. Рассматривать вопрос о лимите на легионеров, об иностранных тренерах, календаре. Думаю, какие-то решения скоро могут быть приняты.

- Тут не согласен. Судьи из НХЛ — профи. Их стиль отличается от европейского, ведь в Северной Америке есть отличия в правилах: зацепы иные, борьба. Так что проблемы большой тут нет.

- Такого не будет никогда. Возможно, будет сформирована джентельменская договоренность: один судья из КХЛ или Европы, другой — из НХЛ.

- Да! - ответ Третьяка звучит уверенно.