Илья Ковальчук: Я не считаю себя звездой - Советский спорт
Хоккей21 августа 2002 00:00Автор: Лысенков Павел

Илья Ковальчук: Я не считаю себя звездой

null

Впервые на драфте новичков НХЛ под первым номером был выбран россиянин. Но в июне 2001-го Илье Ковальчуку, по сути, выдали аванс. Который он с лихвой оправдал через год. Титул лучшего снайпера «Атланты», поездка в Солт-Лейк-Сити и бронзовая олимпийская медаль. В матче «Молодых звезд НХЛ» Ковальчук забросил аж шесть шайб, за что удостоился сравнения с Марио Лемье. Далеко не каждый 19-летний парень может похвастаться подобным. Сегодня Илья выйдет на лед «Сокольников» в благотворительном матче, посвященном 30-летию суперсерии СССР – Канада.

ХОЧУ ПОМОЧЬ «МОЛОДЕЖКЕ»

– Илья, за один сезон вы добились колоссального прогресса. Теперь ваше имя в газетах, на телевидении, в Интернете. Эта шумиха не раздражает?

– Мое дело играть в хоккей. Дело журналистов – писать о тех, кто этого достоин. К тому, что мое имя появляется в газетах, я отношусь нормально и даже рад этой известности. Она приятна.

– После травмы плеча у вас были шансы поехать на чемпионат мира в Швецию или врачи все-таки советовали не рисковать?

– Поехать в Швецию было нереально. Ведь я хотел еще в регулярном чемпионате пару-тройку матчей сыграть, чтобы набрать форму, войти в привычный режим. Но доктора сказали, что выходить на лед очень не рекомендуется. Травма плеча была достаточно серьезной. Но сейчас со здоровьем все в порядке.

– Зато на Олимпиаде вы были в составе нашей сборной. Какое общее впечатление от того турнира?

– Я рад, что поехал в Солт-Лейк-Сити. В 18 лет такой шанс выпадает далеко не каждому. Я познакомился со многими игроками: не только с нашими, но и американцами, канадцами, шведами. Изнутри увидел, что такое Олимпиада. В первую очередь, получил большой опыт.

– Еще до отъезда за океан ваша клюшка попала в Зал хоккейной славы НХЛ. Как это получилось?

– В Канаде проходил юниорский турнир для сборных из ребят 1983 года рождения, нашей командой руководил Владимир Плющев. Мы выиграли, я стал лучшим бомбардиром, а после финала ко мне подошли организаторы и забрали клюшку. На самом деле я не понял ничего. Только потом узнал, что это для Зала славы.

– Фирменное скоростное катание вам ставил тренер или это, как говорится, дар свыше?

– В детстве катание у меня было не очень. Потом по просьбе отца Петр Аникеев, тренер в Твери, стал подтягивать меня в этом компоненте. Петр Андреевич – классный специалист, он сам из Мурманска и когда-то тренировал Сергея Федорова. Мы долго работали над катанием и вот чего-то достигли. Большое спасибо моему учителю.

– Следующий молодежный чемпионат мира будет проходить в Канаде, и по возрасту вы еще можете принять в нем участие. Однако в те дни будет идти регулярный чемпионат НХЛ, и «окон» в календаре не предвидится. Рассматривалась ли ситуация, при которой вы на один-два матча отпроситесь из клуба и поможете сборной?

– На самом деле я и в прошлом году хотел поехать на молодежный чемпионат мира, но меня просто не отпустили. А в этом году турнир будет проходить в Канаде, это совсем близко. Очень хотел бы помочь сборной как минимум в полуфинале – финале. Если получится, обязательно приеду.

– На Кубке «Спартака» за родную команду не планируете сыграть?

– «Спартак» планомерно готовится к сезону, ему нужно обкатывать своих молодых ребят. Зачем мне ломать командные схемы?

– Хотя бы один матч! Как подарок болельщикам, которые не видели вас год и уже соскучились.

– 21 августа в рамках Кубка «Спартака» должна состояться игра вроде той, что была недавно в Подольске – звезды НХЛ против ветеранов. Я с удовольствием приму в ней участие.

НАС С МАКТАВИШЕМ РАССУДИТ ИГРА

– Многим вашим поклонникам памятен матч «Атланты» с «Эдмонтоном». Что вы тогда сказали тренеру «Нефтяников» Крэйгу Мактавишу?

– Я – игрок эмоциональный, и немного завелся, когда меня с подачи Мактавиша удалили за неправильный загиб клюшки при очень скользком счете. Потом я отсидел штраф, тут же забил гол, подъехал к скамейке «Эдмонтона» и спросил у Крэйга: «Теперь у меня правильная клюшка?»

– Да, но эта фраза на английском звучала очень двусмысленно!

– В тот момент я не задумывался над тем, что говорю. Ляпнул первое, что пришло в голову.

– Мактавиш, наверное, жутко обиделся.

– На самом деле мне все равно, обиделся он или нет. Игра нас рассудит.

– Это говорит о том, что английский вы освоили в совершенстве.

– Ну не в совершенстве, но элементарные фразы сказать могу. Язык знаю процентов на тридцать. На первых порах в общении мне помогал скаут, потом я втянулся в коллектив, достиг взаимопонимания с ребятами.

С ХИТЛИ ОТНОШЕНИЯ НЕ ИСПОРТИЛИСЬ

– Некоторые болельщики говорят, что у вас несколько эгоистичная манера игры. Дескать, Ковальчук катается у чужой синей линии и ждет длинного паса, чтобы убежать один на один. В обороне, опять же, не отрабатывает. Что ответите критикам?

– Мне в лицо такое никогда не говорили, поэтому даже не знаю, что отвечать. В НХЛ от форвардов ждут голов, поэтому я стараюсь играть на острие атаки. В обороне держу своего защитника, но близко к нашим воротам не лезу. Для нападающего моего плана, думаю, это и не нужно. Может быть, моя манера игры кому-то не нравится. Но прямой критики на этот счет я еще не слышал.

– Травма помешала вам получить «Колдер Трофи». А ведь шанс стать лучшим новичком НХЛ выпадает раз в жизни. Обидно, что все так вышло?

– Обидно, конечно. Но что тут поделаешь? Жизнь – сложная штука. Я играю в хоккей, а травмы – это неприятная сторона моей профессии. Может быть, я сам в чем-то виноват: неловко сыграл в том эпизоде, когда Шон Бэйтс из «Айлендерс» впечатал меня плечом в борт.

– В результате приз достался вашему партнеру Дэни Хитли. У вас после этого отношения не испортились?

– Нет, у нас по-прежнему прекрасные отношения. Дэни – классный парень, мне с ним приятно общаться. Можно сказать, что он мой лучший друг в «Атланте». Мы постоянно вместе, живем в одной комнате на выезде.

СИНДРОМА ВТОРОГО СЕЗОНА НЕ БОЮСЬ

– Как вам живется в Атланте?

– Атланта – красивый зеленый город, настоящий курорт. Погода там замечательная, вот только летом бывает жарковато. Но это меня не беспокоит, потому что я на это время уезжаю в Россию. Атланта находится недалеко от штата Флорида и Майами, минут сорок лететь. В городе живет много афроамериканцев, но между белыми и черными никаких конфликтов нет, там доброжелательные отношения.

– Болельщики в Атланте к вам относятся как к звезде? Проходу не дают, автографы просят?

– Я не считаю себя звездой. Ведь в НХЛ я провел только один сезон! Это через три-четыре года можно говорить о том, состоялся ты в лиге или нет. Но болельщики на улице, конечно, узнают: ведь меня показывают по телевизору, берут интервью, в газетах обо мне пишут. Как говорится, примелькался, и поэтому автографы просят довольно часто. Но чтобы не давать игроку прохода, как это бывает в Торонто или Монреале, такого нет.

– В НХЛ существует такой термин, как синдром второго сезона. В первый год новичок может выстрелить за счет того, что его не знают. Но второй год в чем-то является определяющим. Не боитесь, что второй сезон может не сложиться?

– Не боюсь. Я готовлюсь к сезону так же, как и раньше, ничего не меняю. Мне кажется, тут дело в психологии. Вот хоккеист удачно провел год, возгордился и дал себе слабинку. Это, конечно, потом скажется на его игре. Я же не расслабляюсь, понимаю, что это только начало моей карьеры и мне еще нужно много работать, чтобы добиться чего-то серьезного.

ЛЮБОПЫТНО

5 февраля 2002 года «Атланта» принимала «Эдмонтон». На 7-й минуте третьего периода при шатком счете 1:1 наставник «Нефтяников» Крэйг Мактавиш потребовал, чтобы арбитр измерил загиб крюка клюшки у Ковальчука. В результате Илью удалили на две минуты, но «Эдмонтон» большинство так и не реализовал. Ковальчук, который за время вынужденного отдыха занял клюшку у Шина Донована, выскочил из бокса для штрафников и реализовал выход один на один с голкипером Юсси Маркканеном. После чего Илья подкатился к Мактавишу и торжествующе бросил что-то вроде: «Теперь у меня правильная клюшка?» Слово «stick» в английском языке имеет два значения: клюшка и втыкать. В результате получилась довольно забавная двусмысленность, на которую так бурно отреагировал Мактавиш.