«Болею за «Сибирь»
– Кому-кому предложил «Адмирал»? – уточнил Карелин. – А почему не стоит? Конечно, да! Мы ведь не можем всю селекционную работу свести к тому, что будут активными три-четыре клуба. Всегда нужны сюрпризы.
Я по территориальной принадлежности и месту рождения болею за «Сибирь». И понимаю, что интрига в чемпионате возможна, только когда будут составы клубов с примерно равными возможностями.
– Это данность. Так получилось. Следствие того, что деньги на спорт дает либо государство, либо с молчаливого согласия государства. А то, что сегодня делает КХЛ, – это правильный и разумный пример. Как нужно упаковывать и продавать свой вид спорта, как проводить каждый сезон, чтобы это было интересно и выгодно.
У нас есть областной бюджет. Есть новосибирские угольщики, хотя это определение имеет не очень широкое хождение в нашем городе. Они делают все, чтобы «Сибирь» чувствовала себя защищенной.
«За Ковальчука я не в ответе»
– Да, опять проиграли. Но это же спорт. Если наши доблестные хоккеисты – не только легендарные, но и сегодняшние (я имею в виду руководство) – примут несколько регламентных самоограничений, то у нас в матчах с любым соперником будет больше шансов. Даже с самым сильным и неудобным.
– Например, возраст отъезда в заокеанскую лигу. Подчеркну, это вопрос не законодательства, а внутреннего регламента.
– Это перебор по понятным причинам. Тем не менее.
А заслуги сегодняшнего руководства хоккея в одном – они вернули престиж выступления за национальную команду. Еще 10 лет назад было обычным утверждение, что лучше поиграть в клубе, чем представлять интересы своего флага. Сейчас такого нет. Единичные примеры – не данность, а исключение.
– Это не моя история – комментировать решения тренерского штаба по хоккею.
Во-первых, они отвечают за результат. Во-вторых, я не предполагаю для себя вообще наличие выбора. Это мое мнение, борца из прошлого века. Команда, дисциплина – или твое местоположение в хоккее. Неважно, кто ты, статист или звезда. Выбора тут нет.
Не хочу обсуждать ребят или штаб. Но тут видно следствие вывихов после распада СССР и развала советского хоккея.
«Тут дело в жадности»
– Все это тенденциозное суждение. Нас пытаются поставить в неудобное положение, только и всего. Так нельзя. Ведь закон обратной силы не имеет. И я говорю не о сроке давности, а даже об этом препарате, который навяз у всех в зубах. Нельзя использовать любой способ, чтобы уесть российский спорт.
Я считаю, что вскрывать ничего нельзя. Хотят подробностей – нужно сделать глубокий анализ. Это в том числе в репутационных интересах WADA. Наша страна четко заявила, включая первое лицо государства. Мы готовы предоставить вторые пробы, пройти тесты. Но это не должно иметь такие последствия, как отзыв медалей. Это все прошло давным-давно.
И тогда мельдоний не рассматривался как опасный препарат. Даже не думали, что он попадет в запретный список. Просто нас пытаются воспитывать.
– Советую вам сосредоточить свои пытливые умы на том, чтобы понять, откуда появился этот злой гений. И почему мы сегодня с вами комментируем на спортивный лад библейский сюжет про 30 сребреников.
Я не сторонник теории заговора. Но здесь все намного проще. Тут чистая анатомия. Жадность – одно из проявлений всего этого.
– Я не знаю. Но если бы мы не давали поводы, у нас бы ничего такого не возникало. Имею в виду наше руководство – например, Олимпийский комитет России. Все очень просто. За что судят мельдоний и все, что с ним связано? За место распространения – бывший Советский Союз и соцлагерь. Сейчас это Восточная Европа.
Мягко говоря, это притянуто за уши. Ни один ученый, который дорожит своим именем и репутацией, не подпишется под столь скоротечными и необоснованными утверждениями. Это мое личное мнение.





